Поиски в темноте - Тодд Чарльз - Страница 65

Он вернулся к амбару, размышляя о том, что здесь могло произойти. Хэмиш предлагал самые очевидные версии.

И вдруг среди наваленного сена на сеновале расцвел желтый шар огня, яркий, как солнце. Он увеличивался с пугающей скоростью.

Саймон поджег амбар!

Ратлидж побежал; шаги его приглушала утоптанная земля; он слышал эхо от мощеной дорожки. Он обшаривал глазами конюшню, амуничную, сеновал. Осматривал все углы, хотя времени уже не оставалось. Он закашлялся от густого, едкого дыма и почувствовал, как ожгло спину, когда его лизнуло пламя. Спотыкаясь, он бросился к ближайшей двери, но тут же развернулся, заметив что-то у подножия одной из прочных дубовых балок, которые поддерживали крышу сеновала. Оно было в тени балки почти невидимое, черное на черном, но огонь плясал на серебряных застежках чемодана. Его бросили там, где пламя будет самым жарким — рядом с балкой, которую огонь пожрет целиком и в конце концов расплавит даже металл.

Что бы Хильдебранд ни подумал завтра, улика сгорит. И подозрение по-прежнему будет падать на Аврору. На что рассчитывал Саймон? Чего он хочет, спасти жену или отправить ее на виселицу?

Хотя Хэмиш приказывал ему все бросить, Ратлидж кинулся назад, в дым, мрачный, черный, и схватился за ручку чемодана, прикрывая другой рукой глаза. Шляпа, наверное, тоже здесь? Он стал шарить рукой по полу и споткнулся. Глаза заволокло дымом; он забыл, куда нужно идти. Он очутился в пекле. На него словно упала завеса, которая душила его, ослепляла, окутывала, как плащом, высасывала его волю. Хэмиш кричал на него, приказывал немедленно бежать!

— Саймон! — крикнул Ратлидж, сразу сообразив, что огонь уничтожит не только амбар и чемодан, но и человека. В горле сразу запершило. — Саймон!

Но ответа не последовало. Ратлидж понимал: еще несколько секунд — и он сам окажется в ловушке. У него в голове бесновался Хэмиш. Повсюду занималось сено. Он слепо пошел куда-то. Неожиданно он преодолел огненную завесу. Сначала он ударился о стену, потом почувствовал приток воздуха. Наконец, спотыкаясь, он вышел из двери. Судорожно кашляя, он подбежал к черному ходу дома и замолотил в дверь. Когда пламя разгорится во всю мощь, спасения не будет и в доме.

Он ворвался в дом, громко зовя Джимсона, проверяя темные, пустые комнаты на первом этаже. В окнах уже мерцало зарево; стало светло, как днем. Он взбежал по лестнице. В старых окнах, выходивших на амбар, отражалось пламя. Его языки плясали по стенам, освещая ему путь. С другой стороны по-прежнему царил мрак, и он обошел все комнаты, чтобы убедиться наверняка. Но Джимсона здесь не было. Как и Саймона. Где бы они ни были, опасность сгореть им не угрожала.

Ратлидж выбежал на улицу, по-прежнему судорожно кашляя. Пламя поднялось до самой крыши; оно пожирало старую древесину, стружки и сено. Трава у сарая уже дымилась от падающих искр. Обыскав сараи и убедившись в том, что они пусты, он увидел, что в них лежит свежее сено. Достаточно одной искры…

Было душно, тяжело дышать. Вдали встревоженно ржали лошади. Хэмиш приказывал скорее уходить, торопиться.

В амбаре ревел огонь. Вот он вырвался наружу, взметнув вверх столб черного дыма и сноп искр.

Ратлидж застыл на месте, хотя понимал, что амбар уже не спасти. Ни один человек, ни даже целая армия не может ничего поделать, когда огонь жадно пожирает сено, а потом лижет сухие старые деревянные перегородки, подпорки и стены… Он в отчаянии смотрел на пожар, понимая, что значит для Авроры разрушение фермы.

Наконец, забрав чемодан с крыльца, где он его оставил, он поспешил по дорожке к своей машине.

Где бы ни был Саймон, он должен его найти. У него крепло чувство, что он опоздал. И все же попытаться стоит. Для того чтобы жить дальше, он должен попытаться.

Но Уайета не оказалось и на дороге. Судорожно кашляя, Ратлидж думал: «Я не мог его пропустить, когда ехал сюда… огонь еще не разгорелся. Должно быть, он пошел в Чарлбери короткой дорогой — вышел где-то рядом с церковью, где его никто не видел. Он меня опередил!»

Теперь он гнал изо всех сил; фары освещали темноту. До Чарлбери он добрался за несколько минут.

Дом Уайета был ярко освещен — не огнем, а лампами. Он резко затормозил, машину занесло. Выскочил он, как только заглох мотор.

Аврора стояла в палисаднике с диким от страха лицом.

— Саймона нет дома, — сказала она. — Я нигде не могу его найти, хотя искала повсюду. Господи… видите пламя? Мы должны что-то сделать… Джимсон…

— Джимсон невредим. Саймон побывал на ферме… он поджег амбар, Аврора. Пройдет совсем немного времени, и амбар сгорит. Но его самого я там не нашел, как и Джимсона. И коровы, и лошади целы и невредимы. Там уже ничего нельзя поделать.

На выгоне ударили в набат; мужчины выскакивали из домов, торопливо заправляя в брюки ночные сорочки, собирались у гостиницы и садились в телеги и фургоны. У всех были с собой ведра. Ратлидж обрадовался, издали увидев Джимсона. Старик суетился и что-то кричал.

— Поджег… но почему?! — Аврора словно не обращала внимания на хаос. Все ее мысли были только о Саймоне.

— Из-за чемодана, — ответил Ратлидж. — Он хотел уничтожить его и все остальное, что еще могло сохраниться; улики, которые еще можно было найти. Ни о чем другом он не мог думать — ведь завтра утром сюда приедет Хильдебранд. Аврора, а теперь признавайтесь, где вы нашли ту соломенную шляпку!

— Чемодан… Маргарет?! — Она стояла неподвижно. — Не понимаю!

— Он был спрятан в церкви, Аврора. Генри знает, что там есть тайник. О нем знал и Саймон. Сегодня он пошел туда, чтобы забрать чемодан. Вы его не уничтожили, верно? Если вы солгали насчет чемодана, значит, солгали и насчет шляпки…

К двери подошла Элизабет Нейпир.

— Я услышала голоса… Саймон, это ты? — Она вгляделась в темноту, но увидела лишь высокую фигуру рядом с Авророй.

— Нет, это Ратлидж.

— Пахнет дымом! — воскликнула Элизабет, выходя из двери. Голос у нее был все еще хриплым. Она посмотрела на дорогу, по которой двигались телеги и повозки, увидела языки пламени на фоне ночного неба. — Боже мой!

— Ферма горит; скорее всего, ее уже не спасти. Не знаю, где Саймон. Элизабет, он знал о том, что в церкви есть тайники? Например, за старым алтарем, под напрестольной пеленой? Генри прятался под ней в детстве… а кто еще?

— Нам не разрешали там играть… ни о каких тайниках я не слышала. Саймон уже поехал на ферму? Нам надо спешить и помочь ему! Аврора, скорее, нам понадобится машина! — Она зашагала по дорожке.

— В багажнике моей машины лежит чемодан. Пожалуйста, взгляните на него и скажите, узнаете ли вы его. — Мужчины уже уехали тушить пожар, но у «Герба Уайета» толпились женщины. Одни глазели на зарево, другие грузили в фургон кирки, лопаты, ведра, бочку с пивом.

Аврора пошевелилась, но он схватил ее за плечо и удержал на месте.

— Чемоданы меня не интересуют! — сказала Элизабет. — Почему Бенсона никогда нет на месте, когда он мне нужен! Аврора, вы отвезете меня или…

— Прошу вас, выполните мою просьбу! — Услышав его голос, она осеклась и удивленно посмотрела на него.

От калитки она обернулась и посмотрела на Ратлиджа с непонятным выражением. Ему показалось, что ее лицо искажено гневом, потому что она по-прежнему думала о Саймоне. Но ведь и он тоже думал о Саймоне! Она направилась к машине.

Прошло совсем немного времени, и Элизабет удивленно воскликнула:

— Я знаю этот чемодан! Он был у Маргарет! Где вы его нашли, скажите на милость? Я думала, его забрал убийца…

— Вы совершенно уверены? Это ее чемодан?

— Конечно, уверена! Два года назад ей подарил его на день рождения мой отец. Он входит в набор. — Она обернулась. Внезапно до нее начало доходить. — Значит, вы знаете, кто убил ее, да?

— Мисс Нейпир, по-моему, вам лучше вернуться в дом и позвонить инспектору Хильдебранду в Синглтон-Магна.

Пожалуйста, передайте, чтобы срочно ехал сюда. Он здесь нужен. Аврора, а вы пока помогите мне найти Саймона!