Цвет победы - Чиркова Вера Андреевна - Страница 34

Тогда она дружила в группе с одним пареньком, ничего особенного, просто гуляли иногда вечерами по набережной и ели мороженое. Там, в тени камышового балагана, они однажды впервые поцеловались… и это было так странно и приятно, чувствовать на своих губах вкус чужих, сладких от арбузного сока губ.

Что? Каких ещё губ? Сосредоточив всю силу воли, Ярослава с трудом открыла глаза, буквально за шиворот вытаскивая себя из навеянного музыкой колдовского наваждения. И с невыразимым изумлением обнаружила, что её голова почему-то повёрнута набок и лежит щекой на тонком кружеве, украшающем бледно-салатную, очень знакомую рубашку. А прямо перед глазами нашлось и лицо хозяина рубашки, оно нежно и чуточку насторожённо смотрело на Славу зелёными глазами, словно ожидая чего-то нехорошего. Для себя.

Ну да, ну да! Она же по всем правилам игры должна сейчас закатить наглецу скандал… дать ему пощёчину, отодвинуться хотя бы. И он этого ждёт и заранее готов к любому повороту и к любому наказанию. И это почему-то расстраивало Славу. Ну вот почему у него такая низкая самооценка? Какие события или взаимоотношения подорвали в таком красивом и умном мужике веру в своё мужское обаяние, обрекли на долгие годы одинокого существования?

Помнится, Тина что-то бросила вскользь… нужно будет с ней поговорить, выяснить досконально. А сейчас сделать вид, будто ничего такого не произошло… она же согласилась несколько часов считаться его невестой? Значит, дала некоторые права… и отбирать пока не собирается.

Слишком уж приятно это… чувствовать себя любимой и защищённой, даже если всё это досталось тебе ненадолго или по какой-то странной нелепой случайности.

Слава едва заметно улыбнулась зелёным глазам и повернула голову в сторону королевы, посмотреть, как проходит процесс излечения. И в тот же миг почувствовала, как руки жениха осторожно скользнули ей на талию, обняли чуть крепче, а виска коснулось мимолётное тепло губ.

Ну, наглец, развеселилась про себя Слава, действует по пословице – палец в рот не клади. Как быстро активизировался-то! Она легонько шлёпнула по бесцеремонной руке нахала, и в тот же момент её ладошка попала в плен тонких горячих пальцев, вот только сердиться на блондина у землянки не хватило ни желания, ни возможности.

Всё её внимание переключилось на Конса и сидевшую перед ним королеву. Она уже была в кресле не одна, на подлокотнике пристроился адмирал и бережно сжимал Лиоканию в объятиях, нашёптывая ей на ушко только ему одному известные доводы вернуться к нему и детям в здравом уме. А по лицу королевы текли ручьём слезы, и Славе было совершенно непонятно, радоваться этому факту или огорчаться.

– Достаточно, – скомандовала вдруг моряна и резко оторвала инструмент от губ побледневшего лекаря. – Слава!

Ярослава ринулась на зов, но бежать ей не дали, просто подхватили и переставили вплотную к сыну, так и не выпуская из объятий.

– Положи ему руки на плечи, – едва слышно шептала русалка, – попытайся согреть… в тебе много тепла, отдай ему часть, чувствуешь, как он замёрз?

С другой стороны к Консу прильнула Майка, поддерживала плечом, растирала его руки.

– Он всегда падает после лечения, господин Авронос ему драконью кровь давал, и всё равно он потом спал полдня. И ел… очень хорошо, – застенчиво пробормотала таджерка.

– Не волнуйся, – серьёзно посмотрела на девушку моряна, – всё это у него будет. И поспать ему нужно обязательно, он в последние дни недосыпал. Тарос!

Квартерон сразу понял, что от него требуется, легко поднял внезапно обмякшего Конса на руки и понёс прочь. Майка ринулась следом.

– Королеве и Гебу тоже лучше поспать, – правительница достала флакончик и мазнула зельем по губам ещё находящихся в трансе пациентов, – сон лечит. Особенно Лиоканию. Зайл, её отнесёшь ты, адмиралу лучше пока не показывать своих чувств на публике. Через несколько дней, когда люди немного привыкнут к переменам, такое развитие событий покажется всем более… естественным, чем сейчас.

Когда вызванный гвардеец повёз кресло с Дагебертом в его покои, сопровождать принца вместе с Ади неожиданно вызвалась Юна.

– Вам не кажется, коллеги, что мы её теряем? – с комичной важностью спросила Тина, глядя вслед приёмной сестре.

– Не кажется, – отрицательно мотнул головой Стан, – в её ауре были только жалость и сострадание Адистанне.

– А как королева? – устраиваясь в кресле, осторожно осведомилась моряна, и залпом выпила полный бокал местного напитка, чём-то напоминающего лимонад.

– Сейчас сказать трудно, насколько хорошо она будет ориентироваться в происходящем, но страх почти исчез, и безразличия тоже поубавилось… а ещё довольно очевидно усилился интерес к Инварду. И это, как мне кажется, результат действия музыки… Костик очень здорово научился пробуждать нужные эмоции. Ну конечно, ещё и Чудик усиливал.

Вот как, задумалась Слава, значит, во всём происходившим с нею виновата гениальная игра среднего? И все они просто подпали под её влияние и послушно выполняли то, что наигрывал Конс?

– То есть… ты хочешь сказать, если бы он не играл и не вкладывал в излечение свои способности, Лиокания не вспомнила бы про нашу любовь? Никогда больше не потянулась ко мне? И если теперь… случится чудо… и она вспомнит… это будет не движение её души, а только влияние музыки? – тоже сообразивший это адмирал смотрел на моряну требовательно и горько.

– Ты всё неправильно понял. – Правительница выпила ещё бокал лимонада и вздохнула. – Мне нужно поплавать, поэтому объясню коротко: всё наоборот. Какая бы талантливая ни была музыка и как бы ни были сильны способности Конса, пробудить в душе человека то, чего там никогда не было, он не может. Он же ясно объяснил, что только помогает пациенту сделать со своим телом и душой то, к чему тот стремится сам. А теперь давай подпишем указ… ты ведь не Геб и уже прекрасно понял все выгоды этого союза. И для страны, и для себя лично. Да и для своих детей. А я пойду плавать… пока окончательно не высохла. Если что-то понадобится, обращайтесь к Станару, он мой старший помощник.

– Поражаюсь собственной слепоте, – ставя витиеватую подпись на своём экземпляре указа и убирая его в серебряный футляр, беззлобно бурчал адмирал, – просмотреть у себя под боком целое государство… с отлично отлаженной структурой и почти военной дисциплиной!

– Почему почти? Они живут в обстановке выживания и постоянной военной готовности, поэтому все считают себя солдатами собственного народа, – пожал плечами Стан, подозрительно посматривая в дальний угол комнаты, и вдруг вежливо позвал: – Господин ветал, не знаю вашего имени, но хочу спросить, а вы не желаете, как независимый наблюдатель, подписать договор об изменении статуса Сузердского королевства?

– И давно ты меня видишь? – проявился прямо перед столиком вампир.

– С той самой минуты, как ты вошёл в комнату, – мгновенно перехватил стиль его общения Станар, – это было, когда Конс заканчивал играть. Думаю, ты неплохо пообедал? Мне тут объяснили некоторые подробности вашей физиологии.

– Наглец, – почти весело фыркнул ветал, – но пока прощаю. Звать меня можно Юрейд, а вот подписывать указ я не имею права. Зато смогу подтвердить, если будет такая необходимость, что договор заключался на благо страны и по доброй воле, без принуждения. Собственно, за этим я тут и нахожусь.

– То есть вы имеете право вмешиваться, если что-то пойдёт против закона?

– Нет, мы не вмешиваемся ни в каких случаях. Мы – следящие. Наше дело – видеть всё и обо всём докладывать. Но рассказывать это никому не советую… а теперь я ухожу.

– Стой! Один вопрос! – вскочила с места Тина. – Про браслеты… ты должен знать точнее всех. Почему у браслетов Конса появляются зубы? Почему мои браслеты сжигают стрелы? Почему…

– Достаточно! – предупреждающе поднял руку вампир. – Я понял. Браслеты всегда раньше наполняли силой мастера… вы, наверное, знаете о договоре с гильдией кузнецов? Ну, моряна и анлезиец точно знают, я объяснять не буду. Теперь их наполняют силой в храмах святого Астандиса, и поскольку он считается богом любви и дружбы – то постепенно браслеты стали считать только брачными. Но раньше у них был и более широкий диапазон применения, любые два человека, связанные общим делом, симпатией или родственной привязанностью могли заключить союз взаимопомощи. В случае нападения браслеты могут защитить хозяев. Но есть и один недостаток. У тех, кто не имеет собственных способностей, браслеты постепенно теряют силу. А вот одарённые, наоборот, подпитывают амулеты своей энергией и делают их мощнее. Надеюсь, тебе помог мой ответ?