Полночный гость - Сьюзон Марлен - Страница 8

Может, она из семьи плантаторов? За время рабской службы у Гирама Флинта Стивен узнал, что в этой части Виргинии, в Тайдуотере, плантаторы жили очень богато, если не сказать роскошно. К примеру, особняк в Эшли-Гроув, не так давно приобретенный Флинтом, ни в чем не уступал многим загородным домам английской аристократии.

– Мистер Уингейт... Мистер Уингейт! Стивен не сразу догадался, что Мэган зовет именно его. Он не солгал ей, сказав, что при крещении получил имя Стивен Уингейт. Но мистер Уингейт? Так к нему никто никогда не обращался. Прежде чем унаследовать отцовский титул, он звался виконтом Гастингсом.

Мэг вновь подозрительно прищурилась и поджала губы:

– Не очень-то вы знакомы с собственным именем.

Дьявольщина. Все ее сомнения вернулись, а виной тому лишь он сам.

– Боюсь, я витал в облаках. Простите, ради бога. Так о чем вы спросили?

– Не хотите ли еще ячменной воды?

– Попозже, благодарю вас.

Простыня из грубого холста, которой был укрыт Стивен, сползла с обнаженной груди на талию. Он вдруг сообразил, что и под простыней на нем ничего нет. Интересно. Кто же его раздел? Кто угодно, только не Мэган. У нее вид чопорной старой девы, ни разу в жизни не видавшей мужчину даже в нижнем белье, а уж голого – тем более.

– Где моя одежда? – хрипло поинтересовался Стивен. Голос, как и силы, все еще не желал к нему возвращаться.

– Я все сожгла. – Мэг передернула плечами. – Одни лохмотья.

– Других у меня нет. – Он чуть не подавился этим вынужденным признанием.

– Там наверняка все кишело вшами.

Неприкрытое омерзение в голосе Мэган точно плетью ожгло сердце. В той, другой – настоящей! – жизни в его распоряжении были полные гардеробы такой одежды, которая и не снилась этой нищей провинциалке!

Горечь стыда он попытался скрыть за злым сарказмом:

– Ну, и что прикажете теперь делать? Не уйду же я отсюда голым. Или вы все-таки хотите задержать меня, а?

Даже из другого конца комнаты он увидел, как напряглась Мэган.

– Я хочу, чтобы вы покинули этот дом в ту минуту, когда состояние позволит вам это сделать. Какую-нибудь одежду для вас найдем.

– Давно вы сожгли мою?

– Как только затащила вас в дом.

Иными словами – четыре дня назад. Следовательно, все эти четыре дня, пока Мэган его выхаживала, он лежал в постели в чем мать родила. Видела ли она прежде обнаженного мужчину? А если нет – Стивен спешно стер с губ ухмылку, – то каковы, интересно, были ее первые чувства? Что она в тот момент испытала? Смущение? Изумление? Благоговение? Он опять ухмыльнулся. Если Мэган Дрейк хоть чуть-чуть похожа на его приятельниц... наверняка имел место третий вариант.

Мэг прошла к очагу, налила в небольшую миску теплой воды из чайника, что висел над горящими поленьями на крюке, приделанном к толстой поперечине, венчающей очаг.

С миской в руке она шагнула к кровати Стивена:

– Займемся вашей спиной.

– Не нужно!

Его бросило в дрожь от одной только мысли о страданиях, которые ему наверняка причинит эта процедура.

– Это необходимо. Неужели вы настолько трусливы, что боитесь небольшой боли?

Странное дело – мысль о том, что он может предстать перед Мэган трусом, пугала его гораздо сильнее предполагаемых страданий. Покорно вздохнув, Стивен осторожно перевернулся на живот.

Мэган присела на край кровати. И вновь дурманящий апельсиновый аромат облаком накрыл Стивена.

С величайшей осторожностью она сняла прилипшие к исполосованной спине повязки. Стивен затаил дыхание, но боль была вполне терпимой.

Потом Мэган тщательно омыла кожу вокруг раны теплой водой. Уверенные, но ласковые ее пальцы приносили такое облегчение, наполняли таким восхитительным чувством здоровья и силы, какого он не помнил с той жуткой ночи в Дувре, когда его взяли в плен.

Стивену вспомнились горячечные кошмары прошлых дней. Вспомнилось, как нежные руки и успокаивающий голос Мэган отводили от него липкий черный дурман бреда. Злобный волчий вой вновь зазвучал в ушах... Стивен содрогнулся. Боже, скольким же он обязан Мэган Дрейк!

Тем временем она нанесла на раны какую-то ароматную мазь из маленькой баночки.

– Спина быстро заживает. Я очень рада. Крепкий у вас организм.

Стивен прикрыл глаза. Ах, этот голос... звуки льются словно прозрачный лесной ручеек... они берут в плен душу и будоражат тело.

Целительная мазь, целительный голос... и целительные прикосновения. Когда все закончилось, Стивен едва не застонал вслух. Мэган выпрямилась, собираясь подняться с кровати, но он успел схватить ее за руку.

– Пожалуйста... не уходите! Еще! – легко поглаживая большим пальцем ее ладонь, взмолился Стивен. Этому соблазнительному тону ни одна женщина не способна была противостоять.

Но Мэг, вскочив на ноги, резко выдернула руку, как будто его жест был ей неприятен.

– Нет, мистер Уингейт! Достаточно! – Теперь ее голос звучал холодно, почти враждебно. В подтверждение своих слов Мэган тотчас же прошла за чистым холстом, который она заранее повесила над очагом, чтобы согреть.

Стивен скосил ей вслед глаза. Неужели наряду со всем остальным он утратил и способность пленять женщин?

Может, вы давно не смотрелись в зеркало?

Рука невольно потянулась вверх, легла на заросшую густой бородой щеку.

Господи, на кого же он похож? Ведь ему и в самом деле давным-давно не приходилось видеть себя в зеркале.

Вернулась Мэг с куском холста в руках. Накрыла тканью спину Стивена. Приятное тепло разлилось по телу, усиливая чудодейственный эффект мази. Даже остатки боли и жжения в ранах, казалось, в мгновение ока растаяли. Стивен застонал от наслаждения.

– О-о... как же приятно...

Но прикосновение ее пальцев было еще приятнее. Если б только эти пальцы вновь заскользили по спине... по груди... зажгли огонь в самых чувствительных точках, а потом остудили жар его плоти... Стивен еще долго лежал на животе, уткнувшись лицом в подушку. И долго еще восхитительные образы мелькали перед его мысленным взором.

Какой-то странный скрип неожиданно отвлек его от фантазий. Любопытство заставило открыть глаза. Он перекатился на бок и приподнялся на одном локте.

Необычные звуки издавало диковинного вида кресло, в котором сейчас устроилась Мэг. С изогнутыми полозьями, похожими на полозья деревянных детских лошадок-качалок, кресло покачивалось точно так же, как любимая игрушка многих малышей. Стивен подумал, что впервые видит Мэган отдыхающей. За весь день она только присела на несколько минут, чтобы поесть. Впрочем, она и сейчас не бездельничала. Иголка так и летала над потрепанной парой брюк в ее руках.

– Откуда у вас это забавное кресло? – прозвучал вопрос Стивена в тот момент, когда на пороге хижины появился Джош. Мальчик сгибался под тяжестью двух ведер с водой, привешенных к крюкам того самого, похожего на ярмо приспособления.

– Что значит – забавное?! – возмутился Джош, поставив полные ведра к стене у очага. – И ничего оно не забавное! Очень даже удобное кресло. Вильгельм сделал его специально для Мэг. – Стивен уловил восхищение в тоне мальчика. – Вильгельм все на свете умеет!

– И кто же эта выдающаяся личность? – с нескрываемой иронией поинтересовался Стивен.

– Наш ближайший сосед, – ответила Мэг, – Живет приблизительно в полумиле отсюда.

Стивен прищурился и пристально взглянул на Мэган. Ближайший сосед? Может, этот самый Вильгельм еще и ухаживает за ней? Сама Мэган ничем не выдала своих чувств, но для ее брата неизвестный Вильгельм определенно был кумиром.

Джош снова направился к выходу. На пороге остановился и небрежно бросил через плечо:

– Вокруг солнца появился ореол. Значит, часов через восемь будет дождь. Не очень сильный, но затяжной.

Что за чушь. Стивен счел предсказание абсолютно бессмысленным. – С чего ты взял?

– Так Вильгельм говорит. А Вильгельм никогда не ошибается. – Джош исчез за дверью.

– Может, он еще и судьбу предсказывает, этот ваш Вильгельм? – буркнул себе под нос Стивен.