Полночная невеста - Сьюзон Марлен - Страница 69

Он постучался. Никто не ответил. Тогда он толкнул незапертую дверь.

В спальне они обнаружили несколько деликатных принадлежностей туалета, которые выдавали женское присутствие. Рядом с постелью на стуле небрежно висело изысканное шелковое белье и подвязки. Мысль о том, что Дентон снимал их с его жены и видел ее обнаженное тело, приводила Джерома в бешенство.

– Пока здесь никого нет, – сказал Морган. – Значит, у нас есть время, чтобы хорошенько пообедать и вернуться сюда немного позже, когда появятся твои непрошеные гости. Мы можем пообедать в «Короне». Это ведь недалеко.

– Прекрасно! – излишне бодро согласился Джером. – Сегодня я почти не покидал седла, у меня нет ни малейшего желания делать лишний крюк. – Но больше всего ему не хотелось обедать с неверной женой в той очаровательной семейной столовой, в которой они провели столько счастливых часов.

Они отправились в «Корону». Когда они въехали на постоялый двор, оттуда выезжал дилижанс, отправляющийся на север. Джером заметил в окне женщину, по всей видимости, находившуюся в глубоком трауре. Ее лицо было закрыто частой вуалью.

За обедом Джером едва притронулся к еде. Он не мог ни пить, ни есть, ни думать о чем-нибудь, кроме предательства Рейчел. Он вполуха прислушивался к разговору двух мужчин за соседним столом.

– Интересно, кто эта женщина в черном? – задумчиво спрашивал один из них, явно поддерживая пустой разговор. – Та, которая сидела в дилижансе.

Его собеседник, мускулистый человек с повязкой на левом глазу, ответил:

– Да она так закуталась, что, будь это моя собственная сестра, и то бы не узнал.

После обеда Морган с Ферри взяли по кружке пива. Джером пил бренди. Он пытался прогнать преследующий его образ – отчаянное лицо Рейчел, когда он отказался признать своим ее ребенка. Нет, он не хотел этого говорить, видит Бог, не хотел.

Но, увидев ее непонимающие глаза, он пришел в неистовство. Он бушевал, почти не сознавая, что делает. «Почему? – спрашивал он самого себя. – Потому что ты никогда и никого не любил так сильно, как любишь ее, ни мать, ни Клео, ни даже Моргана. И ты это сам знаешь».

Да – помоги ему, Господи, – в самой глубине души он знал это.

Когда Рейчел так радостно встретила его сегодня, он хотел только одного – немедленно оказаться с ней в постели, погрузиться в ее сладостную, страстную глубину и забыть все на свете, даже ее предательство и вероломство. Он ненавидел себя за свою слабость. Джером стиснул бокал с бренди.

Морган и Ферри уверяли его, что Рейчел не могла быть ночью с Дентоном. Но Джером-то знал, что она провела их, хитрая бестия. Он допил бокал. Скоро он узнает всю правду. И тогда...

Около полуночи мужчины вернулись к Вдовьему домику. Они спешились и привязали лошадей подальше, чтобы не спугнуть обитателей своим появлением.

Ночное небо ярко освещали звезды, сияла почти полная луна. Они тихо прошли к дому. У входа стояли привязанными две лошади, одна из них – под женским седлом.

Из спальни сквозь неплотно прикрытые занавески пробивался.свет. Мужчины подкрались ближе. Через открытые окна доносились страстные стоны любовников.

Ненависть закипела в Джероме. Вряд ли понимая, что делает, он вошел в дом и распахнул двери спальни. Морган и Ферри последовали за ним.

Женщина ахнула. Что-то упало со стуком. Джером услышал, как Энтони Дентон воскликнул:

– Это что еще за чертовщина!

Дентон был, разумеется, не один. Теперь Джером видел его любовницу и не мог прийти в себя.

Глава 30

Удивленный голос Моргана привел Джерома в чувство.

– Наша... наша святоша! Вот это да! Что ж ты не подождала до свадьбы, Эмили?!

– Убирайтесь! Как вы смеете врываться сюда? – заверещала Эмили голосом базарной торговки с Билленгейта. – Дорогой, выгони их отсюда немедля.

– У него нет на это никаких прав, – возразил Морган. – Это вы со своим любовником посягнули на собственность герцога Уэстли. Вам известно наказание, которое ждет вас за это?

Эмили мгновенно умолкла.

Дентон вскочил с кровати и стал торопливо натягивать панталоны.

Джером с отвращением отвернулся и уставился в пол. «Боже, – подумал он с жалостью, – бедный сэр Генри. Он даже не успел еще жениться, а его уже предали».

Если бы Джером не видел перед собой Эмили своими глазами, то он никогда бы не поверил, что она способна на такое бесстыдство. Из всех известных ему женщин только набожная Эмили казалась ему заслуживающей полного доверия.

«Неужели ни одной женщине нельзя доверять?» – подумал он с жестоким разочарованием.

Он повернулся и направился вон из спальни. По дороге он думал, что Билл Таггард и окрестные крестьяне оказались гораздо проницательнее его. Они быстро раскусили Эмили.

Джером взялся за ручку двери, когда вдруг ему пришла мысль выяснить у Дентона кое-какие подробности.

– Перед моим отъездом из Лондона, – сказал Джером, – у меня был ваш лакей, Леонард Тарбок, так, кажется.

Дентон, казалось, не понимал, о ком идет речь.

– У меня нет лакея с таким именем по той простой причине, что у меня нет слуг вообще. Я распустил всех неделю назад, потому что мне нечем им платить. Я на грани банкротства и в полшаге от долговой тюрьмы.

Гнев Джерома сменился проблеском слабой надежды. Что же это? Выходит, Рейчел говорила правду? Он припомнил ее страдающее лицо и слова «Клянусь Богом, я не писала этих писем».

Его надежда окрепла, когда он припомнил, что бывший капитан «Бетси» тоже уверял, что не писал в Уингейт-Холл. А ведь из якобы написанного им послания следовало, что Стивен исчез во Франции, а не в Англии. Нет ли здесь какой-то связи?

Дентон с досадой скривил губы.

– Поверьте, я здесь только потому, что положение мое отчаянное.

– Так, Значит, Эмили та самая женщина, на которую вы поспорили с Биркхоллом?

Дентон утвердительно кивнул.

– Думаете, мне приятно соблазнять эту лицемерную шлюху? Я принял условия Биркхолла только потому, что это моя последняя надежда избежать долговой тюрьмы.

– Теперь у вас есть три свидетеля вашей победы, – заметил Джером.

– Будет ли это... не сочтите за дерзость, но прошу не говорить вашей жене о том, что вы видели.

– Зачем бы я стал рассказывать ей такие гнусности?

– Благодарю. Видите ли, мне не хочется, чтобы она думала обо мне еще хуже, чем сейчас. Рейчел – единственная женщина, которую я когда-либо любил. – Дентон усмехнулся. – Не верится, правда? И единственная женщина, которой я был безразличен.

Джером смотрел на него, как будто не совсем понимая.

– Вы не знаете, но я делал ей предложение несколько месяцев назад, но ее проклятая тетка и слышать не хотела об этом. Если бы только Стивен не пропал. Я уверен, что уговорил бы его дать согласие на наш брак.

Оказывается, исчезновение Стивена принесло Рейчел не только боль, но и счастье. В самом деле?! А что принес ей брак с Джеромом? Боль и горечь, вечный страх недоверия. Воспоминание о страдании на лице жены, когда он отказался от их ребенка, терзало его.

Он спросил Дентона:

– Почему именно Вдовий домик?

– Это идея Эмили. Она говорила, что здесь никто не бывает, так что никто не узнает о наших встречах.

– Она ошиблась. – Голос был бесцветен и глух. И он ошибся... Рейчел не изменяла ему. Это он предал ее. Он постоянно отказывал ей в доверии. Как она говорила: «Это так или иначе подтачивает наш брак». Проклятие, он так виноват перед Ней. Во что обойдется им эта ошибка?

Джером вышел из дома и вскочил на лошадь. Он хотел только одного – поскорее добраться до дома и просить у жены прощения за каждое сказанное дурное слово. Может быть, ему удастся совершить невозможное и она простит?

Они скакали по дороге прочь от Вдовьего домика, когда Морган сухо заметил:

– Хорошо, Джером, что ты не женился на Эмили. А то сейчас был бы не только несчастным, но еще и рогатым.

Да, так бы и было, если бы Рейчел не похитила, его и не спасла от собственной глупости. У Рейчел душа так же прекрасна, как и лицо. Проклятие, почему он не видел этого раньше?