Сны богов и монстров - Тейлор Лэйни - Страница 102

Их приняли без торжественных фанфар. Прибывших мужчин быстро оттеснили в сторону. Клык и Хищник, демонстрируя солидарность, сочувственно вздохнули, но все же отвели Зири, Вирко, Рафа и Иксандра и нескольких изумленных Незаконнорожденных под навес.

Скараб, Элиза и Певчая между тем проводили Кэроу, Иссу, Лираз, Зузану и Живых Теней через покои королевы в дворцовые бани, где их окутал ароматный пар. После такого путешествия ничего не может быть лучше. На этом сошлись все.

Ну, почти все. В те короткие секунды, которые прошли между приземлением и загадочным похищением, Кэроу высматривала возлюбленного, однако так и не увидела его. Певчая сжала ее руку и улыбнулась. Это в каком-то смысле успокаивало, хотя девушка знала: по-настоящему тревога уйдет, только когда она увидит Акиву и убедится, что связь между ними по-прежнему нерушима.

Кэроу верила, что так и есть. Нерушима. Каждое утро она просыпалась с уверенностью в этом, словно в сновидениях они были рядом.

– Как идут дела? – поинтересовалась Скараб, когда все разделись и опустились в пенящуюся воду, сжав в руках глиняные кубки, наполненные незнакомым напитком. Он прекрасно охлаждал, что было как нельзя кстати в невыносимом жаре бань. – Все готово?

Кэроу мысленно поблагодарила Иссу, когда та включилась в разговор. Сама Кэроу была не способна сейчас вести пустые вежливые беседы.

Где же он?

– Готово, – сказала Исса. – Души собраны и теперь в безопасности. Однако нам предстоит тяжелая зима: беженцы все прибывают и прибывают. Лучше подождать с воскрешением до тепла.

Очень деликатный способ сказать, что если воскресить их сейчас, жители погибшего Лораменди испытают все прелести голода, ледяных ливней и жизни по колено в размокшем пепле. Недоставало пищи и места под крышей. Не такого пробуждения хотели для них Бримстоун и Воитель, когда уничтожали длинную винтовую лестницу, ведущую в подземный храм, и замуровывали укрывшихся внизу. И не ради этого погибли те, кто остался снаружи и принес себя в жертву. Нет, когда воскрешенные придут в сознание, их должно встречать ясное небо, солнечное тепло и новая жизнь.

Этот день еще не пришел.

Оправданное решение. Но поскольку оно давало ей возможность заняться, наконец, тем, чего она хотела больше всего, Кэроу не позволяла себе участвовать в дискуссиях. Пусть решают другие. Она по-прежнему упрекала себя в эгоизме. Нельзя потворствовать желаниям своей души, когда так много других лежит в стазисе.

Словно почувствовав, какой раздрай творится в душе у Кэроу, Скараб сказала:

– Отважное решение и, думаю, нелегкое. Но все наладится. Города можно восстановить. Всего лишь вопрос времени, физической силы и желания.

– Если уж говорить о времени, – спросила Певчая, – вы сюда надолго?

Лираз ответила:

– Большинство – всего на пару недель, но было решено, – она бросила на Кэроу суровый взгляд, – что вот она останется до весны.

В этом и заключался основной внутренний конфликт Кэроу. Как бы она ни мечтала об этом – целая зима с Акивой, – не думать о тяжелых условиях, в которых придется зимовать остальным, не получалось. Когда всем плохо, нельзя устраивать себе каникулы.

– Для твоего народа самое важное, чтобы на душе у тебя было спокойно, – сказала Скараб. – Никогда этого не забывай. Нельзя исцелять других, если сам несчастен.

Певчая кивнула:

– Сила, которую можно извлечь с помощью боли и невзгод, не самый прямой путь.

– Когда ты счастлив, – добавила Элиза, – душа расцветает.

И уж она-то понимала, о чем говорит.

Исса горячо кивнула, соглашаясь со всем сказанным. Конечно, она и сама сказала бы ровно то же самое – возможно, иными словами.

– Это твой долг, милая девочка, – добавила она. – Жить так, чтобы тело и душа были в порядке.

Счастье уже стоит на пороге, вспомнила Кэроу, и со вздохом ушла глубже в воду. Какие-то повороты судьбы принять тяжело, но здесь не тот случай.

– Ладно, – сказала она, словно поддавшись уговорам. – Если очень надо.

Кэроу вышла из бассейна, чувствуя себя очищенной физически и духовно. Как хорошо, что остальным женщинам ее состояние небезразлично. Компания собралась – как на подбор. Самая бесстрашная из рода химер, самая убийственная из рода серафимов, нага, свирепая «скорпиониха» в обманчиво хрупкой человеческой форме, пара огненноглазых стелианок, обладающих невообразимой силой, и Элиза, которая, собственно, и была ответом на все вопросы. Ключ, подходящий к замку. А еще просто отличная девчонка.

Они причесали Кэроу, скрутили ее все еще влажные волосы в жгут, ниспадающий на обнаженную спину. Принесли светлый шелковый наряд в стелианском стиле и приложили ткань к коже.

– Тебе не идет белое, – сказала Скараб. – Будешь похожа на привидение.

И протянула Кэроу шуршащий наряд цвета полуночи, украшенный россыпями крошечных кристалликов, похожими на звездные скопления. Кэроу засмеялась. Шелк струился сквозь пальцы, словно вода. Пусть так же уходят все беды прошлого.

– Что? – спросила Зузана.

– Ничего, – ответила Кэроу и позволила им ее одеть.

Сари оставляло открытой одну руку, и Кэроу почти пожалела, что поблизости нет блюда с сахарной пудрой – как когда-то. Отзвук той, другой первой ночи. Сегодняшний ее наряд очень походил на тот, что был на ней во время бала у Воителя, когда Акива разыскал ее впервые после битвы.

– Что делать с твоей одежкой? – поинтересовалась Элиза, отпихивая ногой неровную кучу тряпок.

– Сожгите все, – попросила Кэроу. – Или… погоди.

Она залезла в карман джинсов и достала счастливую косточку, которую носила с собой все эти месяцы.

– Вот. А теперь сжигайте.

Когда женщины вывели ее наружу, Кэроу чувствовала себя невестой. Дождь прекратился, но на растениях остались капли влаги. Пели птицы; пахло цветочным нектаром, воздух был ароматен и свеж.

Ее ждал Акива.

Он промок от костей; вода испарялась с горячей кожи, создавая вокруг тела яркий сверкающий ореол. И так же ярко мерцали глаза. Руки тряслись, и он их постоянно стискивал.

А потом увидел Кэроу.

Время замерло – или это только показалось? Неважно.

Они вместе поднялись в воздух. Секунды замирали и прыгали снова; земля быстро таяла внизу.

Скрылся из виду остров. Теперь их обнимало небо. В облаках прятались луны, забирая все невыплаканные слезы и сожаление, которые принадлежали завершившемуся веку.

Танец душ, танец крыльев, сомкнувшиеся губы. Благодарность, облегчение, страсть. Радость. С тихим смехом из сердца уходила печаль. Сердца стучали близко-близко, они будто вели разговор. И в нем было всего лишь одно слово: «да».

Да.

Кэроу и Акива наконец обрели друг друга. И разлуки больше не будет.

Что ждет впереди – кто знает? А сейчас была просто жизнь. Их счастье пришло не сразу, они шагали к нему трудными дорогами.

История их «вместе» будет долгой. О них напишут тома, сочинят стихи и песни; книги будут храниться в архивах не построенных еще городов. И вопреки высказанному когда-то Кэроу желанию, жизнь в этих городах никогда не будет скучной.

Чему она будет радоваться снова и снова. Начиная с сегодняшней ночи.

Взявшись за руки, они парили в небе. Остров среди множества других островов. Дом на самом берегу. Раньше Акива представлял дверь, которая однажды отгородит их двоих от всего мира, но двери не было, и мир казался продолжением дома: море и звезды. Навсегда.

Акива не солгал Меллиэль. Дом был в форме беседки: соломенная крыша на столбах; от непогоды его защищала скала. Пол из мягкого песка, виноградные лозы сбегают по скале вниз, так что две боковые стены почти полностью увиты зелеными побегами. Вот и все, что успел к сегодняшнему дню Акива. А еще здесь имелись стол и стулья. Они были вытесаны из сплавного леса, но на столе лежала скатерть, красивее, чем он того заслуживал. А сейчас на скатерти стояло деревянное блюдо с фруктами, и замечательный чайник, и коробка с чаем, и пара чашек. На крюках висели лампы, а вместо третьей стены струилась драпировка из прекрасной ткани, прозрачной, как морской туман.