Железное испытание (ЛП) - Клэр Кассандра - Страница 45

— Забудь, — отмахнулся Кэлл. Это было ненастоящее извинение, — а ведь Тамара даже не знала о том случае, когда Джаспер крикнул Кэллу убираться из библиотеки, — поэтому мальчик не думал, что должен принимать его. Но Кэлл сообразил, что, если Тамара уйдёт с Джаспером, это даст ему время разобраться с волчонком. Время, в котором он очень нуждался. — Ты должна ему помочь, Тамара. Ему нужно очень, очень, очень много помощи. — Кэлл посмотрел Джасперу в глаза.

Тамара тяжело вздохнула.

— Ладно, Джаспер. Но ты должен быть вежлив не только со мной, но и с моими друзьями. Больше никаких ехидных комментариев.

— А как же он? — возразил Джаспер. — Он постоянно меня подкалывает.

Тамара перевела взгляд с Кэлла на Джаспера и снова вздохнула.

— Давайте вы оба перестанете ехидничать.

— Ни за что! — заявил Кэлл.

Тамара закатила глаза и последовала за Джаспером по коридору, договорившись встретиться с Кэллом за ужином.

В итоге Кэлл остался в комнате наедине с неугомонным Одержимым хаосом волчонком. Подняв зверька и, несмотря на визгливые протесты, засунув его за пазуху, Кэлл направился к Вратам поручений, шагая так быстро, как позволяла ему нога. Мальчик боялся, что дверь наружу будет заперта, но оказалось, что её легко открыть изнутри. Створки железных врат были закрыты, но Кэллу и не нужно было выходить так далеко. Надеясь, что никто за ним не следит, Кэлл выпустил волчонка из-под куртки. Тот потоптался на месте, нервно глядя на металл и принюхиваясь к воздуху, после чего пописал на замерзший кустик сорняков.

Кэлл дал ему ещё пару секунд, после чего поднял зверька и засунул его обратно под куртку.

— Идём, — сказал он щенку. — Нужно вернуться, пока нас не заметили. И пока не выбросили остатки завтрака.

Он направился обратно к комнате, горбясь, когда проходил мимо других подмастерьев, чтобы они не заметили, как у него под курткой что-то двигается. Кэлл едва успел завалиться в комнату, когда волчонок вырвался на волю и стал хозяйничать в гостиной: перевернул мусорное ведро и съел оттуда остатки Тамариного завтрака.

Наконец, Кэллу удалось загнать волчонка обратно в спальню, куда он принёс миску воды, два сырых яйца и одинокую холодную сосиску, которую оставили на столе. Волчонок проглотил еду в мгновение ока, яйца — вместе со скорлупой. Потом они поиграли в перетягивание каната с одним из одеял на кровати.

Кэлл только отвоевал одеяло, а волчонок прыгнул на него снова, когда мальчик услышал звук открывающейся входной двери. Кто-то вошёл в гостиную. Кэлл замер, пытаясь сообразить, кто это: Тамара, в очередной раз осознавшая, какой Джаспер придурок, или Аарон. В установившейся тишине он отчётливо услышал, как что-то ударилось о стену. Волчонок спрыгнул с кровати и забрался под неё, тихонько поскуливая.

Кэлл прошагал к двери. Открыв её, он увидел Аарона, сидевшего на диване и снимавшего ботинок. Второй ботинок лежал на другом конце комнаты. На стене, о которую он ударился, виднелся тёмный отпечаток подошвы.

— Эй, ты в порядке? — поинтересовался Кэлл.

Казалось, появление Кэлла удивило Аарона.

— Я думал, здесь никого нет.

Кэлл прочистил горло. Он чувствовал странную неловкость. Мальчик задался вопросом, останется ли Аарон жить с ними, раз он теперь Макари, или его переведут в другую комнату, более подходящую герою, которому суждено спасти мир.

— Ну, Тамара ушла куда-то с Джаспером. Видимо, они снова дружат.

— Плевать, — сказал Аарон безразличным тоном. Обычно он бы с радостью поговорил на эту тему. Кэлл хотел обсудить с ним и другие вопросы, например, волчонка, или странное поведение родителей Тамары, и чёрный камень в браслете Аарона, и что это значило в отношении браслета, который отец Кэлла прислал Руфусу, но Кэлл не был уверен, с чего начать. И стоит ли вообще начинать.

— Слушай, — проговорил он, — наверное, ты дико рад из-за всей этой... магии хаоса.

— Ага, — ответил Аарон. — Я просто в восторге.

Кэлл без труда распознал сарказм. На секунду он не поверил, что эти слова произнёс Аарон. Но вот он Аарон, уставился на свой ботинок, стиснув зубы. Он определённо был расстроен.

— Хочешь, я оставлю тебя в покое, чтобы ты мог бросить и второй ботинок? — поинтересовался Кэлл.

Аарон сделал глубокий вдох.

— Прости, — извинился он, проводя рукой по лицу. — Я просто не знаю, хочу ли быть Макари.

Кэлл настолько удивился, что на мгновение лишился дара речи.

— Почему? — наконец выдал он. Аарон идеально подходил на эту роль. Он был именно таким, каким все представляли героя: милый, смелый и склонный к героическим поступкам вроде того случая, когда он побежал навстречу стае Одержимых хаосом волков, а не от неё, как сделал бы нормальный человек.

— Ты не понимаешь, — сказал Аарон. — Все ведут себя так, словно это отличная новость, но для меня она никакая не отличная. Последняя Макари умерла, когда ей было пятнадцать. Да, она отсрочила войну и сделала возможным подписание Договора, но она всё же умерла. И умерла страшной смертью.

Что соответствовало всем предостережениям отца Кэлла о магах.

— Ты не умрёшь, — твёрдо заявил Аарону Кэлл. — Верити Торрес умерла в битве, в большом сражении. Ты в Магистериуме. Мастера не позволят тебе умереть.

— Ты не можешь этого знать, — ответил Аарон.

«Из-за этого умерла твоя мать. Из-за магии», — проговорил отцовский голос в голове Кэлла.

— Ну ладно. Тогда тебе нужно сбежать, — внезапно предложил Кэлл.

Аарон резко поднял голову. Это привлекло его внимание.

— Я не собираюсь убегать!

— Но мог бы, — проговорил Кэлл.

— Нет, я не стану. — Зелёные глаза Аарона сверкали; теперь он действительно разозлился. — Мне некуда идти.

— В каком смысле? — спросил Кэлл, но в глубине души он и сам знал ответ или догадывался: Аарон никогда не говорил о своей семье, никогда не рассказывал о жизни дома...

— Ты вообще ничего не замечаешь? — спросил Аарон. — Ты не задался вопросом, почему моих родителей не было на Испытании? Потому что их у меня нет. Мама умерла, а папа сбежал. Я даже не знаю, кто он. Я не видел его с тех пор, как мне было два. Я жил в приёмной семье. И не одной. Я быстро им надоедал, или государственное пособие было маленьким, и тогда меня переводили в другой дом. Я встретил девочку, которая рассказала мне о Магистериуме, в своей последней семье. Только с ней я мог нормально поговорить, пока её брат не окончил Магистериум и не забрал её. У тебя хотя бы был отец. Поступление в Магистериум — это лучшее, что со мной случилось. Я не хочу убегать отсюда.

— Прости, — пробормотал Кэлл. — Я не знал.

— После её рассказа о Магистериуме поступить в школу стало моей мечтой, — продолжил Аарон. — Моим единственным шансом. Я знал, что мне придётся отплатить Магистериуму за всё хорошее, что он мне даст, — добавил он тихо. — Но я не представлял, что платить придётся так скоро.

— Это ужасная мысль, — сказал Кэлл. — Никто не имеет права распоряжаться твоей жизнью.

— Конечно, имеют, — проговорил Аарон, и Кэлл понял, что ему никогда не удастся убедить друга в обратном. Мальчику вспомнилось, как Аарон стоял на сцене, как все ему аплодировали, как ему сказали, что он — единственная надежда магов. Такой милый человек, как Аарон, ни за что бы не скинул эту обязанность на другого, даже если бы такое было возможно. Это и делало его героем. Они нашли самого подходящего человека на эту роль.

А раз Кэлл был его другом — хотел Аарон того или нет, — то он сделает всё возможное, чтобы удержать Аарона от совершения глупостей.

— Дело не только во мне, — устало добавил Аарон. — Я маг хаоса. Мне нужен уравномер. Живой уравномер. Кто согласится на это?

— Это честь, — произнёс Кэлл. — Быть уравномером для Макари. — В этом у мальчика не было сомнений. Тамара восторженно лепетала об этом в своей пространной речи.

— Последний уравномер погиб, когда Макари пал в битве, — сообщил Аарон. — И все мы знаем, что случилось до этого. Как Враг Смерти убил своего брата. Что-то я не вижу, чтобы народ выстраивался в очередь.