Правила охоты - Сэндфорд Джон - Страница 96

За ним никто не пришел.

Где-то в глубине сознания он не мог этому поверить, но за ним не пришли.

Пошатываясь, он прошел через внутреннюю дверь из гаража прямо к себе в квартиру, шагнул было в комнату, но тут же заметил, что за ним на ковре остаются желтые следы глины, и остановился. Он постоял некоторое время, глубоко дыша, приводя мысли в порядок, потом осторожно шагнул обратно в кухню и там разделся на кафельном полу. Он снял с себя абсолютно все, включая нижнее белье, и оставил это кучей лежать на полу.

Из раны на ноге шла кровь, Бешеный присел на край ванны и начал ее разглядывать. Укусы оказались не слишком глубокими, но края раны были рваные. При других обстоятельствах он пошел бы в амбулаторию, где оказывают срочную помощь, и наложил бы швы. Но сейчас он не мог этого сделать. Он осторожно промыл рану мылом и горячей водой, не обращая внимания на боль, затем задернул штору душа и вымылся полностью. Мылся Бешеный тщательно — руки, волосы, лицо. Особенно усердно он вычистил ногти, под ними могли остаться частички глины.

Когда Бешеный заканчивал принимать душ, ему сделалось плохо, его начало рвать. Он стоял, прислонившись к стене, переполненный страхом и выделившимся адреналином. Но он не мог позволить себе распуститься. Это было бы роскошью. Он не мог позволить себе и роскошь долгих раздумий. Он должен был действовать.

Усилием воли Бешеный взял себя в руки. Закончив мыться, вытерся жестким полотенцем, перевязал ногу бинтом и закрепил повязку пластырем. Потом он прошел в спальню, надел чистую одежду и вернулся в кухню.

Всю одежду, которая была на нем в эту ночь, легко было купить повсюду. Джинсы «Левис», обычная водолазка, черная лыжная куртка, купленная прямо на улице. Обычное мужское нижнее белье. Синтетическая кепочка без надписи. Кроссовки. Бешеный выложил все из карманов куртки. Кляп, перчатки, клейкая лента, носок с картофелиной, пачка презервативов — все это он сложил кучкой на полу. Когда он убегал, то потерял ломик, но с этим все чисто, полиция тут ничего не найдет. Он собрал одежду в охапку и запихнул все в стиральную машину.

Пока одежда стиралась, Бешеный взял маленький пылесос и отправился в гараж чистить и пылесосить машину. Несколько комочков влажной глины крепко прилипли к коврику. Он вернулся в квартиру, взял бутылочку с жидкостью для мытья посуды и кастрюльку и аккуратно, тщательно промыл с мылом все те места, где была заметна глина. Если полицейские отправят его машину в лабораторию на исследование, то они смогут найти следы глины. Надо будет об этом поразмыслить. И обязательно надо будет еще раз все пропылесосить после того, как мокрые коврики просохнут.

Закончив чистить автомобиль, Бешеный вернулся в квартиру и проверил стиральную машину. Программа стирки уже закончилась, машина автоматически отключилась. Он переложил белье и кроссовки в сушилку, затем достал коробку с хирургическими перчатками, которыми пользовался во время своих походов, и натянул одни. На кухне из-под раковины он достал рулон черных мешков для мусора, взял один из них, вынул из пылесоса фильтр и бросил в мешок. Туда же он бросил все то, что достал из карманов, и коробку с оставшимися салфетками «Котекс», которые лежали у него в шкафу.

«Что еще? Да, картошка. Не слишком ли? Ведь у всех в доме есть картошка. Но, с другой стороны, вдруг они проведут какое-нибудь специальное генетическое исследование, которое покажет, что этот картофель из одной партии или места». Вся картошка тоже полетела в мусорный мешок.

Одежда все еще сушилась, и Бешеный пошел в спальню. Там он достал пачку газетных вырезок. На первой было заглавие: «МАНЬЯК-УБИЙЦА ВЫСЛЕЖИВАЕТ ЖЕНЩИН В МИННЕАПОЛИСЕ И СЕНТ-ПОЛЕ». Он вытащил ее, быстро перечитал в последний раз и отнес в туалет. Потом, доставая один за другим листки, он рвал их на мелкие клочки размером с конфетти и спускал в унитаз.

Когда одежда просохла, Бешеный засунул ее в другой мешок. К одиннадцати часам он закончил разбирать вещи, которые носил в ту ночь, затем позвонил в агентство по прокату автомашин в аэропорту. Там ему ответили, что контора будет открыта еще в течение часа. Он зарезервировал для себя машину по своей кредитной карточке «Виза», вызвал такси, съездил в аэропорт, подписал нужные бумаги и пригнал машину в город. «Так будет лучше всего, — подумал он, — следует на некоторое время убрать свою машину с улицы». Там у Макгаун такое творилось, перестрелка, всю округу, наверное, перебудили. Если кто-нибудь обратил внимание на то, как отъезжала его машина... Да и полицейские могли додуматься останавливать все «сандерберды» на шоссе, записывать номера, а потом производить проверку.

Вернувшись домой, Бешеный переложил мусорные мешки с одеждой и другими вещами во взятую напрокат машину. Через несколько минут он выехал на автостраду номер 94 и поехал на восток через Сент-Пол в Висконсин. Он останавливался на каждой площадке для отдыха между Сент-Полом и О-Клэром и выкидывал по одному предмету из пакетов в мусорные бачки.

За лыжную куртку Бешеный заплатил сто шестьдесят долларов, и ему жаль было с ней расставаться. Но это необходимо было сделать. В ткань могли впитаться неразличимые глазом частички желтой глины. Однако выбросить ее в мусорный бачок он не мог. Она была слишком дорогой. Кому-нибудь это может показаться странным, а очень скоро всем станет известно, что на Макгаун хотел напасть Бешеный, одетый во все черное. В конце концов он оставил ее висеть на вешалке в туалете открытого всю ночь ресторанчика, в котором обычно останавливаются водители грузовиков. Пусть думают, что ее кто-нибудь забыл. Если повезет, она скоро окажется где-нибудь в Бойсе.

Та же проблема возникла и с кроссовками. Это была новая пара фирмы «Рибок» модного матового черного цвета. Они ему нравились. Он выкинул их по отдельности из окна машины в придорожную канаву за милю друг от друга. Теперь ему придется купить новую пару взамен старой пары «Найк» на воздушной прослойке. Лучше уж купить пару этой фирмы, на тот случай, если полицейские обнаружат отпечатки его кроссовок в глинистой канаве и определят, какой они фирмы.