Правила охоты - Сэндфорд Джон - Страница 90

— Ну конечно же. Поэтому мои друзья и называют это место ловушкой для кошек — ой! ой! Отпусти меня...

— У тебя найдется минутка времени?

В дверь заглядывал Слоун. Во рту он держал пластиковую палочку, которая заменяла ему сигарету.

— Конечно.

Лукас приехал в Миннеаполис настолько расслабленным, что ему казалось, что у него нет позвоночника. Это ощущение длилось всего пятнадцать минут, когда он вошел в главное полицейское управление, поговорил с Андерсоном и получил всю свежую информацию. Пока он дошел до своей комнаты, это настроение улетучилось.

— Ты помнишь, как я рассказывал про владельца галереи восточных искусств? — проговорил Слоун, усаживаясь на свободный стул.

— Да. Там что-то есть?

— Кое-что. Но я пока не уверен. Может быть, ты с ним поговоришь?

— Если это поможет.

— Думаю, поможет. Мне больше удаются уговоры. А на этого приятеля нужно поднажать.

Лукас взглянул на часы.

— Сейчас?

— Да. Если у тебя есть время.

Когда они вошли, Алан Нестер стоял к ним спиной, согнувшись над тонким фарфоровым блюдом. Лукас огляделся. На паркетном полу лежал восточный ковер. На полках из светлого дуба стояло всего несколько предметов из фарфора, керамики и жадеита. То, что вещей было немного, говорило о том, что где-то недалеко имелось нечто вроде кладовой или склада. При звуке дверного колокольчика Нестер вздрогнул и его длинное лицо сморщилось.

— Сержант Слоун, — сердито проговорил он. — Я вам ясно сказал, что мне вам нечего сообщить.

— Я подумал, что вам следует поговорить с лейтенантом Дэвенпортом, — произнес Слоун. — Возможно, ему удастся объяснить вам ситуацию более доходчиво.

— Вы знаете, какое преступление мы расследуем, и у сержанта Слоуна сложилось впечатление, что вы что-то утаиваете, — сказал Лукас. Он взял в руки хрупкую фарфоровую вазочку и начал ее разглядывать. — Такое положение вещей недопустимо... И, прошу прощения, мне не хотелось бы, чтобы мои слова прозвучали резко. Но дело в том, что нам нужна вся информация. Абсолютно вся. И если вы что-то утаиваете, то наверняка эта информация имеет значение, иначе вы не стали бы себя так вести. Вы понимаете, о чем я говорю?

— Но я ничего не скрываю! — раздраженно воскликнул Нестер.

Он был высоким худым мужчиной, похожим на голубую цаплю. Сделав несколько шагов по ковру, он взял вазочку из рук Лукаса.

— Пожалуйста, не трогайте ничего. Это очень хрупкая вещь.

— Да? — протянул Дэвенпорт.

Пока Нестер ставил вазочку на место, Лукас взял маленький керамический горшок.

— Мы всего лишь хотим знать, — проговорил он, — что произошло в доме Райсов. Потом мы уйдем. Так что не стоит так волноваться.

Прищурив глаза, Нестер наблюдал, как Лукас держит горшочек за ободок.

— Простите, я на минутку.

Он пересек комнату и подошел к стеклянному шкафу, поднял трубку телефона и набрал номер.

— Да, это Алан Нестер. Пожалуйста, соедините меня с Полом и побыстрее. — Ожидая ответа, он с опаской поглядывал на Лукаса. — Пол, это Алан. Ко мне снова пожаловали полицейские, и один из них сейчас держит за самый ободок горшочек времен династии Санг стоимостью семнадцать тысяч долларов и угрожает уронить его. Мне совершенно нечего им сообщить, но они этому не верят. Не мог бы ты подъехать ко мне?.. Да? Вот и отлично. Номер у тебя есть.

Нестер повесил трубку.

— Я звонил своему адвокату, — сказал он. — Если вы немного подождете, то сюда позвонит или ваш шеф, или заместитель мэра.

— Гм... — Лукас улыбнулся, обнажая зубы. — Кажется, нам здесь не рады. — Он осторожно поставил горшочек на место и повернулся к Слоуну. — Пойдем.

Когда они вышли на улицу, Слоун искоса посмотрел на Дэвенпорта.

— Не много же нам удалось.

— Мы еще вернемся, — с удовольствием заметил Лукас. — Ты абсолютно прав. Этот сукин сын что-то скрывает. А это уже хорошо. В деле с Бешеным кто-то что-то скрывает, и мы об этом знаем.

Из уличного автомата они позвонили Мэри Райс. Она согласилась с ними поговорить. Слоун прошел к дому первым и постучал.

— Миссис Раис?

— Вы те самые полицейские?

— Да. Как вы себя чувствуете?

Лицо Мэри Райс постарело, кожа стала красновато-желтой с коричневыми пятнами, сухая и жесткая, она походила на апельсин, который слишком долго пролежал в холодильнике.

— Заходите скорей, а то холод напустите, — сказала она.

Она зря боялась напустить холод, в доме стояла нестерпимая жара, но миссис Райс закуталась в толстый орлоновый жакет, и еще на ней были шерстяные брюки. Нос у нее был красным и немного припухшим.

— Мы говорили с человеком, который купил у вашего мужа фигурки из слоновой кости, — начал объяснять Слоун, когда они уселись за кухонным столом. — И мы стали размышлять над тем, что ваш муж...

— Вы полагаете, что он и есть убийца? — спросила женщина, и глаза ее сделались круглыми.

— Нет, нет, мы просто хотим получше разобраться кое в чем в отношении него, — тут же развеял ее страхи Слоун. — Может быть, ваш муж сказал что-нибудь о нем, что вам показалось необычным или интересным?

Женщина попыталась сконцентрироваться, и у нее на лбу собрались морщинки.

— Нет... нет, просто он купил эти маленькие резные фигурки и спросил, есть ли у Лэрри еще что-нибудь. Ну, например, старинные мечи или что-либо в этом роде. Но у Лэрри ничего не было.

— Они еще о чем-нибудь говорили?

— Нет... я не знаю... Лэрри сказал, что этот человек спешил, он не захотел ни кофе, ни чего-нибудь другого. Просто отдал ему деньги и ушел.

Слоун посмотрел на Лукаса. Тот задумался на минутку, потом спросил:

— И все-таки, как выглядели те статуэтки?

— У меня осталась одна, — сказала старушка. — Это последняя. Лэрри подарил мне ее на память, когда мы поженились. Я могу вам ее показать.

— Да, пожалуйста.

Миссис Райс ушла в другую комнату. Через несколько минут она вернулась и протянула Лукасу руку. В ее ладони уютно устроился крошечный мышонок из слоновой кости. Лукас взял его и начал рассматривать, у него перехватило дыхание.

— Хорошо, — сказал он после минутной паузы. — Можем мы на время взять это у вас, миссис Райс? Мы дадим вам расписку.