Правила охоты - Сэндфорд Джон - Страница 69

— Через час? Мы уже летим черт знает сколько.

— Всего десять минут, — уточнила женщина.

— О Господи!

Психолог у них в полиции как-то объяснил ему, что он боится потери контроля. Он говорил Лукасу:

— Вы никак не можете свыкнуться с мыслью, что ваша жизнь находится в чужих руках, независимо от того, насколько умелы эти руки. Вы всегда должны думать о том, что ваша жизнь постоянно находится в чужих руках. Вы можете ступить на мостовую, и вас собьет какой-нибудь пьянчуга в «кадиллаке». Гораздо больше шансов погибнуть так, чем в авиакатастрофе.

— Но в случае с пьяным водителем, возможно, я бы смог заметить, как он приближается. Я мог бы это почувствовать и отскочить. Мне могло бы повезти. Или что-нибудь еще. Но когда летит самолет... — Лукас жестом изобразил, как самолет падает носом вниз. — Шлеп. И все всмятку.

— Это неправильно, — возразил психолог.

— Я понимаю, — ответил Лукас. — Я хочу знать, как мне с этим бороться.

Психолог покачал головой.

— Ну, можно подвергнуться гипнозу. Еще есть книги, которые могут помочь. Но на вашем месте я бы просто выпил пару стаканчиков. И постарался бы не летать самолетами.

— Может быть, какие-нибудь лекарства?

— Можно принять успокоительное, но от него будет тяжелая голова. Я бы не советовал ничего принимать, если вам нужно быть в форме и ко всему готовым там, куда вы летите.

Во время полета до Сидар-Рапидс спиртные напитки не предлагали. Таблеток у него не было. Когда самолет выпустил шасси, у Лукаса оборвалось сердце.

— Мы всего лишь идем на посадку, — с готовностью объяснила соседка.

— Знаю, — проскрипел он.

Лукас сдал обратный билет на самолет.

— Вы получите не полную стоимость, — предупредил его служащий.

— Это не самое страшное, — ответил Лукас.

Он взял напрокат машину, чтобы на ней вернуться в Миннеаполис, и поехал в сторону полицейского участка, который находился в старом доме, похожем на четырехугольную бетонную коробку. Полицейский по имени Макэлрени уже ждал его.

— Кэрол Макэлрени, — представился он. У него были крупные зубы и пышные усы. Одет он был в спортивную куртку в клетку, коричневые брюки и коричневые с белым ботинки.

— Лукас Дэвенпорт. — Они пожали друг другу руки. — Мы вам признательны за все. Мы завязли.

— Я слышал об этом. Сержант Андерсон сказал, что вы не подозреваете в этом Спаркса, но, возможно, он что-то знает. Это так?

— Да. Возможно.

— Пойдемте посмотрим.

Макэлрени провел его в комнату для допросов.

— Мистеру Спарксу у нас не нравится. Он считает, что с ним поступили несправедливо.

— Он просто сукин сын, — сказал Лукас. — Вы нашли его девчонку?

— Да. Уж очень молоденькая.

— А разве они не все молоденькие?

Когда Лукас вслед за полицейским из Сидар-Рапидс вошел в комнату, Спаркс сидел на одном из трех металлических стульев. «А он стареет», — подумал Лукас, глядя на него. В первый раз он увидел Спаркса на улице в начале семидесятых годов. Тогда у него были длинные курчавые черные волосы. Теперь он был весь седой, а его лоб прорезали глубокие морщины. Нос был сплющен в лепешку, кривые зубы пожелтели от никотина. Он явно нервничал.

— Дэвенпорт, — сказал Спаркс, не выказывая никаких эмоций. Глаза у него были такие же желтые, как и зубы.

— Спарки! Сожалею, что у тебя опять неприятности.

— Перестань молоть чепуху и говори прямо, что тебе от меня нужно.

— Я хочу знать, почему ты удрал из города через пятнадцать минут после того, как одной из твоих девчонок всадили нож в сердце?

Спаркс вздрогнул.

— Так вот...

— И не ври мне, Спарки. Мы только хотим узнать, куда ты выбросил нож. — Лукас внезапно замолчал и посмотрел на Макэлрени. — Вы объявили ему его права?

— Только по обвинению, связанному с проституцией.

— Господи, надо сделать это еще раз, где моя карточка...

Лукас потянулся за своим бумажником, но тут заговорил Спаркс.

— Эй, Дэвенпорт, подожди, — сказал он еще более озабоченно. — У меня есть свидетели, которые подтвердят, что я ничего такого не делал. Мне эта девчонка нравилась.

Лукас засунул бумажник обратно в карман.

— Ты видел, кто это сделал?

— Ну, я не знаю...

Дэвенпорт наклонился вперед.

— Лично я не думаю, что это сделал ты, Спарки. Но ты должен дать мне нечто такое, над чем я мог бы работать дальше. С чем я мог бы вернуться. Ребята из отдела по борьбе с проституцией имеют на тебя зуб. Ты знаешь, что они говорят? Так вот, они говорят: «Конечно же, он не виновен в этом. Но он виноват во многом другом, и за это его можно брать. Засадим старика Спарки в Стилуотер, это решит множество проблем». Вот что они говорят. Еще они обнаружили у твоей дамочки в сумке кокаин, это тоже не пойдет тебе на пользу...

Спаркс облизнул губы.

— Я так и знал, что эта сука не все отдает.

— Мне нет до этого дела, Спарки. Что ты там видел?

— Я видел этого парня...

— Дай я включу запись.

Спаркс употреблял крэк, и порой ему трудно было терпеть. В ночь, когда была убита Хизер Браун, он сидел на скамейке возле автобусной остановки на противоположной стороне улицы и ждал, когда она принесет деньги. Он видел, как к ней подошел клиент.

— Было темно?

— Да, но горели большие уличные фонари.

— Ладно.

Ничего примечательного в Бешеном он не заметил. Среднего роста. Белый. Правильные черты, округлое лицо. Да, он немного толстоват. Подошел прямо к ней, они не долго договаривались.

— Думаешь, она его знала?

— Да. Может быть. Но я не уверен. Я никогда не видел его раньше, а она уже довольно давно работала на улице. Он не постоянный клиент.

— Она продолжала обслуживать клиентов с садистскими наклонностями?

— Да, есть такие любители. — Тут он поднял обе руки вверх. — Я ее не заставлял. Ей самой это нравилось. Ну, чтобы ее побили немного. И деньги за это хорошие платят...

— Ладно, вернемся к этому парню. Как он был одет? Модно?

— Нет, — ответил Спарки. — Он скорее походил на фермера.

— На фермера?

— Да. На нем была такая кепочка с козырьком, ну, знаешь, с надписью спереди. Одет он был в дешевую куртку, такие продают на автозаправочных станциях. Бейсбольная куртка.