Берег черного дерева и слоновой кости (сборник) - Жаколио Луи - Страница 90

Коллингвуд сделал опять движение рукой, и железных заслонов как не бывало.

— Я могу запереть таким образом весь дом, — пояснил он, — и, кроме того, каждую комнату в отдельности.

— А известна ли вашему секретарю тайна этого механизма?

— Нет, кроме меня и Мак-Грегора — никому.

— Теперь у нас все козыри в руках, — пробормотал старик. — А, господин северный герцог! Вы задумали тягаться со стариком Пеггамом… Посмотрим, чья возьмет! Не удастся ли мне теперь осуществить мечту всей моей жизни!.. С того времени, как я основал общество «Грабители морей», я сделал все, чтобы упрочить его могущество. Наше общество располагает в данное время шестнадцатью корсарскими кораблями, экипажи которых состоят из восьмисот прекрасных матросов, и сухопутными шайками, насчитывающими тысячу двести «джентльменов». За время своего существования мы ограбили несколько сот купеческих кораблей и разрушили множество замков, завладев хранившимися в них сокровищами. Мы навели ужас на весь Лондон. Богатые коммерсанты, банкиры и арматоры охотно платят нам регулярную дань, чтобы избежать полного разорения. Даже вам, милорд Коллингвуд, мы помогли сделаться герцогом Эксмутским и за это получили от вас два документа… Вам очень не хотелось подписывать их, но старый Пеггам умеет добиваться того, чего хочет. Теперь мы с вами квиты. Бумаги вам возвращены… гм… и уничтожены.

— Охота вам перечислять ваши преступления! — недовольно заметил Коллингвуд.

— Что же тут такого? Эти преступления принесли нам много пользы. Благодаря им я мог создать надежное убежище на неизвестном острове, где живут жены и дети «грабителей», где у нас лечат раненых и больных и призревают слабых. На этом острове я — неограниченный властелин. Там у меня собраны несметные богатства: золото, серебро, драгоценные камни, роскошные ткани и произведения всевозможных искусств. Не было ничего невозможного для «Грабителей». И только один раз я потерпел неудачу…

— В чем именно? — спросил Коллингвуд.

— Три раза снаряжал я экспедиции, имевшие своей целью овладеть Розольфсским замком, и ни одна из них не удалась. Желание овладеть старым поместьем Биорнов не дает мне покоя, отравляет каждую минуту моей жизни… Сорок поколений Биорнов, дружинников Роллана, скандинавских викингов, в течение десяти веков копили в этом замке сказочные сокровища. Корабли Биорнов бороздили моря во всех направлениях. В Розольфсе собраны китайские вазы и дорогие статуи времен династии Цзинь, превосходные японские вещи из бронзы и слоновой кости, сделанные три тысячи лет назад, индийские идолы из чистого золота… Я сам видел…

— А разве вы были там?

— Да, к своему несчастью, и то, что я видел, привело меня в неистовый восторг. Я не могу забыть огромный бриллиант, который вдвое больше всех известных бриллиантов и изображает Аврору в виде молодой прекрасной девушки, лежащей на лотосовом листке. Индийское предание говорит, что эту фигурку гранили четыре поколения в течение двух веков. Это чудо искусства лежит на золотом блюде, изображающем морские волны… Да что! Разве можно описать словами все, что там собрано. Представьте себе погребальных жуков времен Сезостриса, сделанных из цельных рубинов, скипетры и короны эфиопских царей первой расы, статуи лучших греческих мастеров, серебряные амфоры, золотые блюда и кубки ассирийских царей… Ни у одного короля нашего времени нет ничего подобного. Сам султан позавидовал бы этим неисчислимым богатствам. Все, что было лучшего, начиная с глубокой древности и кончая семнадцатым веком, нашло себе место в громадных залах Розольфсокого замка. С большим трудом удалось мне проникнуть туда под видом секретаря в свите одного пэра. Но с тех пор, как из Розольфсского музея пропало несколько вещей, двери его были безжалостно закрыты для всех. Биорны нарочно распространили слух, что сокровища увезены из замка и скрыты в различных местах. Можете себе представить мою радость, милорд, когда сама судьба предает в мои руки Фредерика Биорна и когда у меня есть все основания надеяться, что розольфсские сокровища станут моим достоянием и я смогу перевезти их на свой остров.

— А о каком же острове вы все время упоминаете? — полюбопытствовал Коллингвуд.

— О, это не имеет значения для вас, потому что вы все равно никогда не попадете туда. Этот остров не обозначен ни на одной географической карте и лежит в стороне от всех известных морских путей… Впрочем, я могу отчасти удовлетворить ваше любопытство: этот остров называется Безымянный. Название это я сам придумал. Нужно в течение трех лет служить верой и правдой нашему обществу, чтобы быть допущенным туда и пользоваться всеми преимуществами, которые дает звание гражданина острова. Получивший это звание год работает на суше и на море для пользы общества, а потом год отдыхает на острове. Остров дает своим гражданам все, что только может пожелать человек для своего счастья и наслаждения. Единственное условие ставится для принятого на остров — обзавестись семьей. Этим мы гарантируем себя от измены, так как за изменников отвечают их семьи. Надод, например, никогда не будет допущен на остров, потому что служит всего два года и, занимая важный пост начальника лондонского отдела, собрался бежать с принадлежащими нам деньгами.

— О, я вовсе и не добиваюсь чести прожить с вами всю жизнь, мистер Пеггам, — сказал бандит.

— Знаю, — возразил старик. — И, если бы ты сказал мне об этом прямо, я бы отдал тебе добровольно в награду за твою службу ту сумму, которую ты собирался похитить. Я и теперь готов обещать ее тебе с условием, что ты не уйдешь от нас до окончания новой экспедиции против Розольфсского замка, каков бы ни был ее исход.

— Конечно, я принимаю это условие! — воскликнул Надод, пораженный этим великодушием главы «Грабителей».

Глава IX

В руках злодеев

В этот вечер старик-нотариус предстал перед адмиралом Коллингвудом совсем в другом свете. Это уже не был маленький продувной старикашка, бандит и негодяй… Нет! Это был добрый и могущественный король, заботящийся о благе своих подданных…

Коллингвуд только что собирался высказать Пеггаму все свое восхищение им, когда дверь отворилась, и в комнату вошел Мак-Грегор в сопровождении скорохода.

— Что нового, Иоиль? — торопливо спросил нотариус.

— Шестьдесят человек, взятые с трех кораблей, стоящих в Саутварке, беглым шагом идут сюда. Я едва успел обогнать их на четверть часа.

— Кто ведет их?

— Эдмунд Биорн, которому не терпится поскорее увидеться со своим братом.

— Не заметил ли ты чего-нибудь особенно интересного?

— Нет, господин мой, ничего не заметил. Как только розольфсцы сошли с кораблей на землю, они разделились на два отряда и двинулись вдоль Темзы. Я побежал боковыми кварталами — там дорога прямее, — и потому опередил их.

— Хорошо. Ты помнишь мои приказания?

— Помню, господин.

— Можешь идти.

Гонец ушел.

— Господа, надо торопиться! — сказал Пеггам, обращаясь к Коллингвуду и Надоду. — Мы не должны терять ни одной минуты. Иди за мной, Надод, а вы, адмирал, постарайтесь задержать здесь своего секретаря, покуда мы не впустим в дом своих людей.

Войдя к адмиралу и не видя обоих посетителей, Фредерик Биорн заподозрил неладное. Но адмирал успокоил его, сказав, что посетители просили разрешения переговорить друг с другом наедине в соседней комнате, прежде чем дать ему окончательный ответ.

Молодой человек сидел как на горячих угольях и почти не слушал того, что говорил ему адмирал, иначе бы он заметил, что адмирал чем-то взволнован. Но успех сегодняшнего дня вскружил ему голову, и он утратил свою обычную осторожность и наблюдательность.

А тем временем отряд из двадцати пяти вооруженных «грабителей» тихо и незаметно вошел в Эксмут-Гауз.

Когда Грундвиг и его товарищи пришли в Саутварк, было уже около полуночи и на борту всех трех кораблей люди давно спали. К счастью, в распоряжении Билля, когда он съезжал на берег, оставалась лодка, дежурившая у пристани день и ночь; в противном случае им не удалось бы так легко добраться до корабля, на котором находился Эдмунд Биорн.