Леди ведьма. Рыцарь Ртуть. В отсутствие чародея - Сташеф (Сташефф) Кристофер Зухер - Страница 56

Нет, в целом король возлагал большие надежды на эту поездку — она вполне могла сделать из Алена и настоящего мужчину, и просто нормального человека.

И все же, путь их будет полон опасностей.

Разумеется, он не мог просто поехать и обсудить все это с Родом Гэллоугласом, но почему бы им вместе не поохотиться?

— Оставим женщин их хлопотам и забавам, — сказал король, прогуливаясь с Верховным магом во дворе замка Гэллоугласов. — Мы так давно не скакали вдвоем по зеленому лесу, вспомнив об истинных ценностях бытия.

Род что-то не мог припомнить, чтобы они вообще когда-нибудь вместе охотились, зато намеки он понимал.

— В конце концов, что может быть естественней совместной охоты короля и его поданного Верховного мага?

— И я того же мнения! — ухмыльнулся Туан. — А по дороге, Род Гэллоуглас, мы сможем обсудить наши общие заботы, а возможно, и общие чаяния.

— И совершенно случайно свернуть на ту же дорожку, по которой уехали наши сыновья, — кивнул Род, — Разумеется, путешествовать менее чем с дюжиной рыцарей за спиной будет ниже нашего достоинства.

— Воистину так, — согласился Туан. — Правда и то, что обоим нам нередко случалось шататься в одиночестве среди простого народа, скрывая при этом свое имя, но на этот раз нам предстоит нечто вроде государственного совета.

— Разумеется. Теперь всякая наша официальная встреча становится государственным советом, и судьба наших детей как раз попадает под это определение.

— Безусловно. Итак, ты не против этого брака?

— Корделии и Алена? Нисколько. Хотя я бы оценил по достоинству, последуй Ален светской манере испрашивать согласия отца, прежде чем делать предложение. Это могло предотвратить нынешние осложнения.

— Да уж, — кивнул Туан. — Сколько раз я объяснял ему, что попирать обычаи не позволено и членам королевской семьи…

— А мать говорила, что принцы выше традиций, не так ли? Что ж, мне кажется, теперь он начнет понимать, что обычаи возникают не на пустом месте. — Род нахмурился. — Но есть и другая сторона у этого дела, мой повелитель.

— Да. — Лицо Туана омрачилось. — Любят ли они друг друга?

— Такое короткое слово, — вздохнул Род, — однако оно способно вызвать определенные сложности, не так ли? Особенно, если любовь отсутствует.

Туан озадаченно покачал головой:

— Разве мог он отправиться просить ее руки, не убедившись в чувствах девушки?

— Эх, да ведь они росли в полной уверенности, что в один прекрасный день станут мужем и женой, — вздохнул Род. — В конце концов много ли ровесников найдется у них среди знати Грамария?

— Возможно, около сотни, — медленно проговорил Туан.

— Да, и большинство состоит друг с другом в кровном родстве! К тому же половина из них считает Алена наследственным врагом просто потому, что отцы их в то или иное время восставали против тебя и Екатерины.

— Точно, — согласился Туан, — а другая половина живет так далеко от Раннимеда, что мы видим их не чаще раза в год. И все же мой мальчик встречался и с другими девушками его возраста. И меня не раз поражала его непоколебимая верность Корделии.

— В чем не было бы ничего удивительного, — продолжил Род, — но Ален необыкновенно последовательный юноша, и очень преданный. — На языке у него вертелось: а еще унылый и скучный, но он промолчал. — Возможно, он считает, что коли однажды в мыслях своих вручил сердце Корделии, то более не вправе и взглянуть на другую женщину.

Туан покачал головой:

— Если это не любовь, значит, рано или поздно его подстрелит какая-нибудь красавица.

— Чем раньше, тем лучше, — согласился Род. — Скажу прямо, я вовсе не уверен, что наши дети станут идеальной парой; они могут и ошибаться друг в друге.

— Корделия, безусловно, достаточно знатна, чтобы стать королевой, — поспешно вставил Туан, — да и сама по себе достойна престола. В самом деле, я почел бы за честь назвать ее снохой.

— И я, в свою очередь, не могу пожелать ей более достойной и надежной пары. — Род тактично не стал упоминать, что на самом деле он вовсе не желает в мужья своей дочери такого эгоиста, как Ален. Конечно, если она любит по-настоящему, он спорить не будет. — Однако, подходя друг другу по положению, они вполне могут не сойтись характерами. В конце концов, насколько я знаю, никто из них пока не влюблен.

— О, я замечал, какими многозначительными взглядами обмениваются эти дети, — возразил Туан, — а еще, как она говорит и как вскидывает голову.

— Кокетство, разумеется, — сказал Род, — но его можно объяснить скорее нехваткой ровесников, нежели подлинной увлеченностью.

— В общем, нам следует присмотреть за ними, учитывая все варианты. Что ж, пойду сообщу Екатерине об отъезде. Не сомневаюсь, что она не откажется посвятить немного времени самой себе.

Екатерина, может, и не имела бы ничего против, не разгадай она тут же уловку мужа. К счастью, к ней зашла леди Гвендилон, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию. Они сидели на террасе у Екатерины, когда туда ворвался Туан и ошарашил жену неожиданным известием.

— Ты, несомненно, не очень расстроишься, любовь моя? Ведь правда? Вручаю тебя заботам леди Гвендилон. Ну, поцелуй же меня!

Все возражения Екатерины были подавлены этим напором, и когда она перевела дыхание, Туан уже был таков.

— Ох! Вот глупость мужская! — взорвалась королева. — Он что, думает, я ничего не понимаю? На охоту, так мы и поверили!

— В какой-то мере, так оно и есть, — вздохнула Гвендилон, — хотя охотиться они собираются не на оленей, а на наших сыновей.

— И кто знает, когда мы увидим их снова! Молись, чтобы они не попались мальчикам на глаза.

— Помолюсь и о них, и о моей Корделии.

Екатерина вытаращила глаза:

— Ведь она-то не кинулась за ними!

— Увы, стрелой помчалась. Не слишком-то она доверяет своему братцу.

— Что ж, здесь я с ней согласна, — рассудительно сказала Екатерина. — Джеффри побольше других набит всяким мужским вздором, прости уж мне это замечание, Гвендилон.

— Когда это правда нуждалась в прощении? — отозвалась Гвен, хотя сама могла ответить: да почти всегда.

— Они так нелепы! — фыркнула Екатерина. — Скорей всего, будут держаться в дневном переходе — слишком далеко, чтобы защитить от убийц, и слишком близко, чтобы мальчики могли рассчитывать только на себя!

— Да уж, совершенно нелепо, — согласилась Гвен, — но разве не так же ведут себя и Джеффри с Аленом. Однако я не сомневаюсь, что поблизости будут молодцы Брома. Так что можно не беспокоиться, молодые люди под надежной защитой. — Ей ли не знать, и куда лучше Екатерины, насколько вездесущи и действенны отряды Брома, по крайней мере, его личная гвардия. Ведь эльфы воспитали ее, и тайн от Гвендилон у них не было, если не считать имени ее отца.

— Что ж, вреда от мужчин уж точно не будет, — с неохотой признала Екатерина.

— Нам остается только смириться. Ах, как часто от нас ничего не зависит!

— И все же… — блеснули глаза Екатерины.

— Да, ваше величество? — напряглась Гвен.

— Почему бы тебе не последовать за преследователями? — с озорной улыбкой спросила Екатерина.

На лице Гвендилон постепенно расцвела такая же улыбка.

— Да будет так, ваше величество, я присмотрю за собственным мужем — и за твоим тоже.

Итак, два бесшабашных рыцаря Ален и Джеффри вырвались на свободу и отправились странствовать по белу свету в поисках приключений, коим суждено было подвергнуться столь пристальному наблюдению, какого отродясь не случалось.

В самом деле, выстроилась целая очередь: Крошка Пак, тенью следующий по пятам внука своего повелителя (не говоря уж о поклоннике внучки), дюжина королевских рыцарей, отстающих на несколько часов, два благородных отца, идущих по следу в сопровождении двух десятков всадников и, наконец, леди Гвендилон, глаз не спускающая с обоих благородных отцов.

Но всех, разумеется, обогнала Корделия.

Глава четвертая

Когда они скакали под густой сенью ветвей, Ален поинтересовался: