Межмировая таможня - Власова Елена - Страница 33

– Ох, вы меня, конечно, извините, но это вас Тусси беспокоит. Вы с братом на днях у меня обедали.

Голос Ринель чуть потеплел.

– Привет, малышка, ну как там твои пряности?

– Да вот из-за них-то как раз и беспокою.

– Что, неужто не вернули? Заявка по форме, я проверила и поговорила. Мне обещали, что кровь из носу, а при первой переброске – как раз сегодня, кстати – заказ доставят со всеми подобающими такому случаю извинениями. Извинения для меня, учти, я тоже сказала доставить тебе, потом накормишь.

– Конечно, накормлю, только не сегодня и не завтра. Сегодня я с ними связалась, а они сказали, что в эту переброску ничего не получится. Зато в следующую вернут все и в утроенном размере, и с процентами, и с извинениями, и вообще со всем, что пожелаю. Медом растекались, маслом мазались.

– Что это с ними?

– Да то ли сейчас Дырка забита, потому что груз идет особый, то ли там заказ не успели приготовить – словом, ускорить переброску пока нельзя, а вот потом мне сразу все будет втройне и с извинениями. Но следующая аж через три недели.

– Ну а – ты?

– А я фея мелкая, но подумала, что если бы кто-нибудь мне сказал, что обещание Мастера не может выполнить, то я лучше Мастеру об этом сообщу и встревать не в свои дела не буду. А вы – тоже Мастер, как он говорил.

– Правильно рассуждаешь, далеко пойдешь... – В голосе Ринель звенела сталь бормашины. – Получишь ты свои пряности, в увеличенном размере и быстро. Теперь не мешай, мне работать надо...

Ринель грохнула трубку на стол.

Что ж такое могло помешать матросам выполнить ее личное распоряжение? Какой-такой, интересно, груз они переправляют сейчас туда или принимают оттуда, что рискуют испортить отношения с начальницей бригады "У"? Причем через седьмую Дырку – одну из двух, специально оборудованных для переброски живых существ? Лучших подозрений в таком случае не бывает, худшее – только одно. Либо туда, либо сюда сейчас, в данную минуту, точно выдерживая временные и прочие рекомендации, идет не просто контрабанда – любую контрабанду ей бы сдали сразу; нет, сейчас через дырку идет дерьмовое дерьмо – живой товар. И скорее всего от нас к ним, потому как мы не получаем ничего более запрещенного, чем всякую экзотическую фауну, а вот техногенные миры хотят урвать отсюда столь своеобразное... – Она потянулась к стакану с чифом – он был пуст, открыла стол, но Барсик и здесь явно порылся – в любимой бутылке осталось не более восемнадцати капель, а в данной ситуации этого было явно маловато.

– Ненавижу. – Ринель откинулась на спинку стула, обведя мрачным взглядом кабинет.

На пороге кабинета застыл Айше, переводя дыхание, словно только что пропустил хороший удар.

– Извини, Ше, это я не тебя. Ты зачем вернулся?

– Да-а-а, – мальчик уже почти оправился, но голос подрагивал, – да вы же приказали – получить аванс за внеурочные.

– Ну?

– Для получения оплаты за выход в нерабочее время авансом – до выхода – необходим соответствующий приказ по подразделению, заверенный справками по формами 132-бис и 1403. Это мне из бухгалтерии по телефону сказали. – Он посмотрел на ее ставшие бешеными глаза и тихо добавил: – Может, я потом получу... после...

– Кто-нибудь в здании или хотя бы на связи есть? Я из наших имею в виду.

– Нет, – ответил он с плохо скрываемой завистью, – все, наверное, на заданиях.

– Барсик! Барс! Суперкот долбаный! – Ринель тщетно попыталась связаться с Супер-Барсом. – Сказала до вечера не появляться, вот он и отключился. И Тьма с ним, значит, работать придется нам с тобой... Да прекрати ты счастливо улыбаться, мне бы сейчас с Лордом туда нагрянуть. Ну да ладно, за неимением гербовой пишем на простой, как говорил Артуро. Собирайся.

– А?

– Прежде всего форму – она сама по себе защита неплохая, а потом я открою Арсенал.

– Но...

– Заткнись, сама знаю, что нарушаю, но считай, что ты становишься посвященным в мои личные дела. Иди переодевайся, инструктаж будет чуть позднее.

Она подошла к сейфу Ак-Барса и, просияв не только кольцом, но и двумя браслетами, открыла его. И тонкой изящной рукой вытянула полуторалитровую бутыль.

– Не грузись, стажер, мне сейчас надо. А он поймет. Так что допьем вместе... А теперь повторяю – марш переодеваться!

Граненый стакан... Мутная жидкость опалила горло. Но зачисток она не любила. Да и кто в трезвом виде, даже понимая необходимость никого не оставлять в живых, будет радоваться такой работе. Разве что удастся вытащить девочек...

Айше снова возник на пороге, уже переодевшись. Стоял и молчал.

– Ладно, молодец. Пойдем в Арсенал, это этажом ниже.

Голос Ринель звучал настолько необычно, настолько безнадежно устало, что Айше даже и думать боялся о том, что им предстоит.

Нижний этаж, снова серебряные стены полной секретности.

– А здесь-то что прятать?

– Оружие. Оружие, которое убивает, изменяет, превращает, останавливает и т.д., и т.п. Сегодня, я думаю, мы выберем вот это для тебя. – Она показала на стальной узорчатый пояс. – И вот это для тебя. – Меч с алой рукоятью полыхнул алым же, когда рука Айше машинально его поймала – бросок Ринели был точен. – А себе я возьму... – Она, недобро усмехаясь, высветила свое кольцо и открыла витрину, в которой лежали два кинжала – черный и белый. – И будем надеяться, что сил у меня на все это хватит... – Кинжалы устроились в ножнах у нее на поясе. Потом она повернулась к юноше. – Не хочу я тебя на это дело брать. Это всем гнилям гниль. Но придется. Похороны за казенный счет, почести как великому герою, матери – пенсию, какой ваш городок за восемьсот пятьдесят лет рукописной истории не видел. Согласен?

– Нет, конечно...

– И правильно. Я бы тоже не соглашалась. Только знаешь, что самого дерьмового через Дырки протаскивают?

– Оружие, технику, заклятия. – Одиннадцатый параграф учебника ИНО.МАТ.КУЛЬТУР с трудом, но пробивался у Айше сквозь события последних дней.

– Это все так, мелочи. А вот работорговля, стажер, – это то, против чего мы проводим исключительно зачистки.

– Работорговля? Ее же не существует.

– Между мирами-то? Еще как существует. Если бы ты знал, как в техногенных мирах котируются наши органы для пересадки – от гнумов, например. Или некоторые виды крови дварфов. Или сила троллей. Но это еще цветочки. Существуют межправительственные соглашения, по которым они это получают. А вот красота и долголетие светлых эльфов – вот истинно ценный контрабандный товар. Партия эльфийских девочек лет этак тридцати-пятидесяти, проданных на техногенную сторону, стоит... ну, в общем, очень много. А эльфиянки в этом возрасте – как человеческие дети от пяти до восьми лет. Я, естественно, не тело, а разум имею в виду. Разумеется, эти дуры-дети подпишут любой контракт, в котором расписана их будущая счастливая жизнь танцовщицы, певицы, кинозвезды. Но поверь мне, публичный дом для извращенцев – самое легкое, что этих девочек там ожидает. Поэтому ждет нас ой какая драка. И хотя это мне ну очень не нравится, свяжусь я с би-генералом – мы-то, может, и выкрутимся, а вот девчонок те положат – чтобы свидетелей не было.

Она вновь защелкала кнопками фона, а потрясенный Айше опустился в кресло: «Не всегда все так просто, как кажется, – вертелось у него в голове, – ничего никогда не бывает так просто, как кажется...»

– Мои женераль, – голос Ринель был холоден и спокоен, – есть данные, что сегодня через полтора часа на седьмой Дырке начнется передача живого товара... нет, я выражаюсь точно, именно живого... Нет, не санкционированного... Нет! Как я понимаю, это тридцати-пятидесятилетние девочки из светлых эльфов... Есть прекратить истерику. Да, думаю, сотни ваших ребят хватит, чтобы удержать периметр, а внутри мы уж как-нибудь сами разберемся... Да, мон женераль, я постараюсь не очень, но сами понимаете, зачистка есть зачистка. Моя задача любой ценой освободить девочек и получить контракты. А вот уборка трупов – это будет ваша забота. Со мной будет только стажер с Убийцей... Конечно, справимся. Ну все, время пошло. – Она положила трубку и повернулась к Айше. – Слышал? Время пошло.