Янтарь и Льдянка. Школа для наследников - Снежная Дарья - Страница 70

— Какое?

— Давай сбежим.

— Что? — озадачилась я. — Куда? Зачем?

— Просто сбежим. — Огневик приблизился и шутливо щелкнул меня по подбородку, заставляя захлопнуть невольно приоткрывшийся рот. — На денечек. Ну, ты только представь, поедем мы сейчас в Школу, в карете, под конвоем, медленно и важно, потом так же вернемся и будем сидеть во дворце целый день? Скука смертная. А захотим прокатиться по городу, впереди нас побегут гвардейцы с метелками — народ разгонять.

Я хихикнула, представив эту картину. Воображение дорисовало гвардейцам лихие закрученные усы школьного дворника, а метелкам голубую ленточку, которую он любил повязывать на «свою красавицу» по праздникам, и стало совсем весело. Дарел, видя это, воодушевился.

— Мы сегодня свободны? Свободны! Что нам мешает чуть-чуть изменить внешность и прогуляться до школы самостоятельно, а потом побродить по городу? Много сил на столь незначительный фантом не уйдет, и поддерживать его мы сможем долго. К тому же, если я не ошибаюсь, сегодня ярмарочный день.

— Но… если мы скажем, что уходим, нас же просто так не выпустят. Отправят конвой следить. Гулять под сверлящим спину взглядом — то еще удовольствие.

— А мы не скажем, — муж хитро усмехнулся. — Мы просто уйдем.

— А если что-то случится? — продолжала занудствовать я. — Или понадобится твое срочное присутствие, как вон вчера с эльфами, а тебя нет. Ты представляешь, какая тут паника поднимется?

Огневик на мгновение скорчил недовольную физиономию.

— Вот умеешь ты такие мечты испортить… — Однако мрачное выражение продержалось на его лице не дольше пяти секунд. — Придумал! Мы скажем Тае. И в случае, если действительно случится что-то непредвиденное, она успокоит маму, канцлера, командующего или кто там еще может панику поднять…

— Ага, успокоит, — проворчала я, — Их величества сбежали демон знает куда!

— А еще, — с нажимом продолжил Дарел, не обращая внимания на мой скептицизм, — я вручу ей маячок. И если наше присутствие срочно понадобится во дворце, она его использует, и мы примчимся.

— А если она сдаст нас гвардии? — Я понимала, что аргументы «против» тают с ужасающей быстротой, и, в общем-то, не очень возражала против прогулки, но здравый смысл велел сопротивляться до победного… поражения.

— Ха! Сдаст? Императора?

— Задавака. — Я закатила глаза, тяжело вздохнув.

— Не-ет. — Огневик расплылся в улыбке, сообразив, что возражения исчерпаны. — Я очень убедительная прелесть.

Спустя каких-то полчаса мы уже прошмыгнули в калитку на заднем дворе и очутились на улицах Съерр-Таша в полном одиночестве. Тая перед нашим уходом казалась напуганной до полусмерти ценными указаниями и, похоже, еще больше врученным ей маячком — язычком пламени в хрупкой скорлупке, который, если ее разбить, зажжет такой же в кармане Дарела. Девушка проводила нас таким взглядом, будто мы отправлялись на эшафот, а заодно приговаривали к смерти и ее. И этот взгляд едва не заставил меня передумать. Но, стоило нам отойти от дворца на какой-то квартал, как все опасения улетучились. Ярко светило солнце, Дарел щурил непривычно темные глаза, сжимал мою ладонь, и это было непередаваемо прекрасное ощущение — шагать вдвоем по кипящему жизнью городу, где уже чувствовалось приближение весны.

Пешком от дворца до Тароса путь был не близкий — через весь город. Но мы никуда и не торопились, глазели по сторонам, замирали перед витринами лавок, купили по большому прянику у торговки на углу и посидели на скамейке в сквере, его уплетая. Я чувствовала себя ребенком, которого впервые выпустили на улицу, а Дар только снисходительно посмеивался, наблюдая за моими восторгами и метаниями от одного интересного объекта к другому.

Когда мы подошли к школе, магическая граница мягко замерцала, пропуская нас к воротам, а я машинально отметила, что Занавес сняли, иначе мы бы так легко не прошли. Действительно, зачем его удерживать, если нас здесь больше нет, а следовательно, адептам ничего не угрожает. Кроме нечисти, экзаменов и их самих, конечно.

Когда я смогла-таки донести до Дарела свое предложение насчет лира Сэндела на посту придворного мага, он сначала засомневался. В конце концов, ректор управлял школой уже больше тридцати лет, и его сложно было представить в другой роли. А с другой… мы оба были уверены, что, во-первых, этот человек никогда не попытается манипулировать нами в личных целях, а во-вторых, сделает все, чтобы мы были живы, здоровы и не натворили глупостей, как он это делал всегда. Поэтому в итоге огневик согласился — лучшего придворного мага нам уж точно не найти.

Ворота были заперты. Дарел от души поколотил в металлическую бляху, подвешенную сбоку, и на звук тотчас же явился дворник. С усами и ленточкой на метле, что заставило меня снова захихикать, спрятавшись на всякий случай за спиной мужа.

— Кто такие, чаво надо? — грозно вопросил он, изучая нас сквозь решетку.

Огневик щелкнул пальцами, развеивая морок, превращавший его из рыжего мальчишки с янтарными глазами в черноглазого брюнета. Представляться уже не потребовалось. Сторож вытаращил глаза, выронил метлу и нервно схватился за связку ключей на поясе, пытаясь отыскать нужный. Я вздохнула. Глупо было надеяться, что после свадьбы, на которой присутствовал, без преувеличения, весь Съерр-Таш и еще половина его окрестностей, в школе нас все еще будут воспринимать как Янтаря и Льдянку. Думаю, даже тот факт, что мы оказались принцем и принцессой, наделал немало шума, а уж после смерти Дейрека…

— Ваше величество, ваше величество, такая честь… — бормотал дворник, отворяя ворота и избегая смотреть нам в глаза.

Наверное, сейчас с ужасом вспоминал, как гонял Янтаря и компанию по всему двору метлой, когда они однажды решили проверить реакцию дворника на загоревшийся сарай с его драгоценным инвентарем. Пламя было, конечно, иллюзорное, а вот тумаков юные маги потом получили самых что ни на есть настоящих.

— Лир Сэндел в школе? — уточнил Дарел как можно дружелюбнее.

— А как же, ваше величество, никуда не отлучается, на посту денно и нощно! — закивал мужчина. — Прикажете вас проводить?

— Да поди не заблудимся, — хмыкнул огневик и зашагал в сторону центральной башни, увлекая меня за собой.

Коридоры Тароса пустовали, а из-за закрытых дверей, мимо которых мы проходили, глухо долетали голоса учителей, ведущих уроки. Я порадовалась, что мы удачно не попали в перемену или обеденное время, когда все адепты высыпают из осточертевших кабинетов, и уж шума точно было бы не избежать. У кабинета ректора Дарел замер на несколько мгновений, словно в нерешительности, а затем громко постучал.

— Войдите, — донесся до нас знакомый ровный голос.

Наше появление и на ректора произвело впечатление. Сначала поднялись черные брови, выражая крайнюю степень изумления, а затем и сам лир Сэндел, почтительно склонив голову.

— Приветствую вас, ваши величества. Ваш визит — невероятная честь для меня и для школы. Чем я могу вам служить?

— Вы издеваетесь, да? — скривился Дарел, которого в стенах школы мне снова захотелось по старой привычке звать Янтарем, хотя после того как мы окончательно сблизились, его настоящее имя стало для меня совсем родным.

Он пересек кабинет и плюхнулся в одно из кресел. Ректор дождался, пока я тоже сяду, прежде чем опуститься обратно на свое сиденье.

— Придерживаюсь этикета. — Уголки губ мужчины дрогнули в улыбке, а в глазах читалась плохо скрываемая радость от встречи.

— Раньше он вас не очень-то волновал, — ехидно заметила я, припомнив, как он отчитывал нас за малейшие проступки.

— Раньше я воспитывал вверенных мне сумасбродного принца и упрямую принцессу, нуждающихся в присмотре и опеке, а теперь передо мной сидят Император и Императрица. А потому, боюсь, вам придется терпеть от меня в свой адрес исключительно почтительное отношение.

— Ага, спасибо, что напомнили, — согласился Дарел и, выудив из нагрудного кармана свернутый трубочкой свиток, торжественно плюхнул его перед ректором.