Летняя роза - Винн (Уинн) Бонни К. - Страница 70

— Я сказал: не делай их слишком большими.

— Ну, это детали.

Шэйн не знал, задушить ее или же зацеловать, однако последнее показалось ему более привлекательным.

— В таком случае решено, Касси, девочка, я женюсь на тебе ради твоей же собственной безопасности.

— Ты… неужели?

Он понес ее наверх, их мокрые одежды упали на ковер рядом с ними.

— Не кажется ли тебе, что следовало бы спросить меня, хочу ли я выйти за тебя замуж?

— И начать очередной спор? Нет. У меня не хватит сил, чтобы спорить с тобой и любить тебя. А я намерен, черт побери, любить тебя.

Глаза ее блеснули, когда она взглянула на мужчину, которого любила.

— Уверен?

Он ответил, шутя нахмурясь:

— Да! А что вы скажете по этому поводу, леди?

Она загадочно улыбнулась, проведя пальцами по его волосам.

— Впервые не думаю, что настроена спорить.

У Касси внезапно пересохло во рту, когда она увидела, что шутливое выражение лица Шэйна уступило место нарастающему огню желания. На ее щеках проступил румянец. Напряженность возникла между ними.

— Шэйн, этот халат, он?..

— Тебе была нужна теплая одежда. Я же не мог оставить тебя в твоей, мокрой. Это халат моей матери.

Она опустила глаза, внезапно и без причины застеснявшись.

— Я хочу спросить у тебя одну вещь, Касси.

Она сглотнула комок и кивнула.

— С тобой все в порядке? Я имею в виду буря и все…

Глаза ее потемнели и расширились, понимая, о чем он спрашивает.

Голос ее звучал чуть хрипловато, когда она ответила:

— Я в полном порядке, Шэйн.

Без дальнейших разговоров Шэйн быстро понес ее вверх по лестнице. Его торс, покрытый капельками влаги, блестел.

Он распахнул дверь в огромную спальню, затем ногой закрыл ее за ними. Не слишком нежно уложил Касси на кровать и сбросил с себя намокшую одежду. Затем стряхнул оставшиеся капли со своего мускулистого тела.

Касси встретила его взгляд. В ее глазах звучал призыв, исходивший из глубин души. Больше не имело никакого значения, что он был Лэнсером, а она Дэлтон. В этот миг они стали просто мужчиной и женщиной; мужчиной и женщиной, которые побороли отчаяние и желание. Теперь пришло время расплаты.

Не в силах отвести глаза, Касси как завороженная смотрела на приближавшегося Шэйна, напряженные мышцы бедер рельефно выступали при каждом его шаге. Когда он подошел к кровати, ее взгляд скользнул ниже. Несколько капель воды мерцали на жестких волосах, скрывавших часть его мужского достоинства.

Он подошел совсем близко и привлек ее затрепетавшее тело к себе. Касси ловила ртом воздух, стараясь избавиться от спазма в горле. Она почувствовала, как брызги на его груди намочили ткань халата, а сквозь него ее кожу и сделали чувствительными груди.

Шэйн коснулся губами сосков, проступивших сквозь ткань халата. Он взял сначала один, затем другой, словно они были слишком ценными, чтобы выбирать. Невыразимые ощущения, разбуженные его языком, а также тканью, касавшейся ее кожи, несли сладостные муки соскам, пока они не взмолились о его внимании. Расстегнув пуговицы халата, разведя полы его в стороны, он рассматривал ее гордые груди, устремившиеся ему навстречу, молящие о прикосновении. Касси затаила дыхание и наслаждалась своей властью. Его губы приникли к ее губам, языки сплелись, воюя, соблазняя.

Сквозь волны нахлынувших чувств Касси ощущала, как его руки нежили тело, возбуждая ее все сильнее и сильнее. Словно в тумане, следила она за тем, как он расстегивал пуговицы, удерживавшие халат. Теперь на ней остался лишь один предмет туалета. Внезапно у нее не стало сил ждать, когда он исчезнет и она сможет коснуться упругого тела Шэйна, вытянутого рядом с ней, его промокшей обнаженной кожи. Словно читая ее мысли, он снял с нее халат.

Руки Касси ворошили его волосы, перебегали по напряженным мускулам. Ощущая все его тело каждой своей клеточкой, она наслаждалась огнем, вспыхнувшим между ними. Без всякого стеснения она ласкала крепкие мускулы его плеч, его стройные бедра. Ей казалось, что она никак не может насытиться им.

Судорожно хватая губами воздух, она предавалась ощущениям, которые дарили руки, скользившие по ее телу. Он легонько провел пальцами по внутренней части бедра. На мгновение задержался, затем коснулся и принялся ласкать другую ногу. Прикосновение его пальцев заставило Касси вздрогнуть, ноги ее внезапно обмякли и ослабели. Когда он прикоснулся к взъерошенным завиткам волос, скрывавшим самую вожделенную для него часть ее тела, она изогнулась дугой, желая избавления от напряжения.

Едва Шэйн коснулся нежной плоти, Касси громко вздохнула и зарылась лицом в шею. Он оторвал от нее руки, но только для того, чтобы обнять ее бедра и теснее прижать к себе. Прилаживаясь к стройному телу Шэйна, Касси готова была кричать от удовольствия, когда он наконец заполнил ее. Длинные неторопливые толчки, казалось, проникали в самые недра чрева. Каждое движение несло в себе медленную сладостную пытку.

Когда темп его движений возрос, ноги ее сами собой обвились вокруг его ягодиц. В этот миг она поняла, что никогда не хотела расставаться с ним. И всем своим телом передала ему это срочное послание.

Затем Касси услышала слова, которые она хотела услышать… которые она так мечтала услышать…

ГЛАВА 44

— Я люблю тебя.

Его слова проплыли по комнате, отразились в мерцающей влаге их тел и закружились в танце, подхваченные овевавшим их тела ветерком.

На мгновение ее глаза закрылись, и слезинки заструились из синих озер, оставляя след на нежных щеках.

— Что? Слезы? — Невероятно нежное прикосновение Шэйна стерло каждую каплю со щек, а его поцелуи растворили их сладкое напоминание.

Не в силах произнести ни слова, Касси отвернулась.

— Сожаления?

Разочарование, прозвучавшее в голосе Шэйна, больно резануло по сердцу. Она повернулась к нему, нежно прикоснулась к его точеным щекам и стала гладить дорогое ей лицо.

— Никогда… — Касси заглянула ему в глаза. — Никогда, — тихо повторила она. — Я так люблю тебя, Шэйн.

Шэйн был готов ко всему, но только не к такому ответу. Плотина, возведенная в его сознании, рухнула под напором этих слов. Слишком поздно для сожалений, а удерживая Касси в объятиях, трудно вспомнить, были ли они вообще. Теперь он мог оставить прошлое там, где тому надлежало быть. Навечно.

Милисент медленно брела под сенью деревьев, довольная тем, что ее рука зажата в ладони Ринго, испытывая удовольствие от одного его присутствия.

— Такое впечатление, будто не часы, а недели прошли после наводнения, — негромко проговорила Милисент, — так много всего случилось.

Ринго вел себя необычайно тихо и сдержанно, когда они остановились под шатром бескрайнего неба.

— Думаю, я больше не смогу идти этой дорогой, Милли.

Внутри у нее все сжалось, а сердце больно заколотилось во внезапно ставшей маленькой грудной клетке. Неужели он…

Она старалась скрыть невольные слезы, подкатившие к глазам, отчаянно желая повернуть стрелки часов вспять, исправить то, в чем, возможно, допустила ошибку.

Ринго подошел к ней вплотную. Его бездонные голубые глаза смотрели встревоженно. Милисент решила отвернуться от приносящей боль правды, видеть которую в его глазах она панически боялась. Ринго осторожно взял ее за подбородок и повернул лицом к себе.

— Я знаю, что говорю. Мне не пережить еще один такой день, как вчерашний, во время бури. Волнуясь, строя догадки, опасаясь худшего…

Он резко выпустил ее руку, отвернулся, засунув руки глубоко в карманы брюк.

— Когда умерли моя жена и сын, я подумал, что я тоже умер. Может быть, все последние десять лет я был скорее мертв, чем жив.

Ринго увяз ногой в грязи размокшего поля, затем поднял голову вверх, словно в поисках ответа, выходившего за пределы его знаний.

Милисент почувствовала, как ее сердце сжалось сильнее прежнего. Если он собирается сказать прощай… Печаль отразилась на ее лице.