Лебеди Леонардо - Эссекс Карин - Страница 46

— Почему ты встаешь на его сторону? — воскликнул Лодовико. — Ты больше не доверяешь мне?

Беатриче не помнила, чтобы Лодовико когда-нибудь повышал на нее голос.

— Мне не нравятся твои домыслы о моей сестре и ее муже. Они никогда не давали повода сомневаться в своей лояльности. Господин мой, что так гнетет твой дух в день твоей победы? Ты основал самый мощный союз в итальянской истории, собрал самую сильную армию!

Лодовико не ответил. Он несколько секунд пристально смотрел на Беатриче, затем в сердцах махнул рукой и вышел из комнаты.

После этого разговора Беатриче не видела мужа два дня.

От слуг она узнала, что Лодовико в Виджевано, где отдыхает от пышных торжеств. Чтобы не давать повода для слухов, она притворилась, что знала об этом. Беатриче не понимала, в чем она провинилась. Раньше Лодовико всегда разделял с ней свои беды и заботы. Почему теперь он бежит от нее?

Вернулся Лодовико полумертвым.

Взволнованный гонец вытащил Беатриче из ванной, где она спасалась от полуденной жары.

— Герцог болен и хочет видеть герцогиню. В сопровождении мессира Амброджо он направляется сюда и просит приготовить комнаты.

— Чума?

Завтрак подступил к горлу Беатриче.

— Нет, не чума, — отвечал посланник, отводя глаза от растрепанной герцогини, закутанной в льняной халат. Мокрые волосы Беатриче рассыпались по плечам. — Похоже на припадок. Герцог получил дурные известия, но какие — мне не известно.

Беатриче так спешила, что отпихнула служанку, которая пыталась затянуть корсаж ее платья. Услыхав внизу шум, полуодетая герцогиня бросилась в холл. Вода с мокрых волос капала на спину и платье. С обеих сторон Лодовико поддерживали мессир Амброджо и его слуга. Шелковая ткань на шее герцога потемнела от пота. С подбородка на грудь капала слюна, глаза дико вращались. Беатриче показалось, что левая сторона тела Лодовико неподвижна. Рот скривился набок, напоминая перевернутый полумесяц. Беатриче рывком отворила дверь спальни. Лодовико уложили в постель, он застонал. Глазами Лодовико искал глаза Беатриче. На лице застыло удивление — в кои-то веки на его пути оказалось препятствие, с которым он не в силах справиться!

Помощник лекаря поднял голову герцога и влил в рот какое-то снадобье. Лодовико подавился, попытался выплюнуть жидкость, но собственный язык ему не повиновался. Наконец ему удалось расслабиться, и жидкость попала в горло.

— Я дал ему успокаивающее питье, — объяснил мессир Амброджо.

— Что случилось? — спросила Беатриче. — Он съел что-то дурное?

Беатриче не на шутку испугалась, но гордость не позволяла ей обнажить чувства перед человеком, которому она не доверяла.

— С ним удар, приключившийся от дурных новостей. С мужчинами его лет такое бывает. Ему требуется отдых.

Лекарь отвел Беатриче от кровати, пока его помощник прикладывал к лицу герцога прохладную ткань.

— О каких новостях вы говорите? — спросила Беатриче.

Лекарь медлил, словно прикидывая, заслуживает ли герцогиня миланская его доверия. Лодовико застонал. Беатриче теряла терпение.

— Должна напомнить вам, что я являюсь регентом моего мужа, — промолвила она.

— Сегодня утром он узнал, что Людовик, герцог Орлеанский, захватил Новару.

— Но ведь это же наш город! В двадцати милях от Милана!

— Людовик неожиданно покинул Асти и объявился перед воротами Новары с огромной армией. Он заявил горожанам, что его бабкой была Валентина Висконти, предложил признать его законным герцогом Милана и открыть ворота. Иначе город будет разграблен.

Беатриче ждала завершения истории.

— Разумеется, горожане открыли ворота.

Казалось, что с каждым днем Лодовико все больше впадает в беспамятство. При виде Беатриче он пытался шевелить правой рукой, но левая по-прежнему оставалась неподвижной. Лодовико хотел что-то сказать, но с губ срывались только несвязные звуки, словно у глухонемых нищих, которые торчат на городских площадях. Беатриче пыталась устоять перед обрушившейся на нее лавиной: болезнь мужа, его отдаление от нее, претензии герцога Орлеанского на миланское герцогство. Вероятно, до Карла уже долетели слухи о Лиге. Объединенные итальянские армии готовились выступить на юг. Карл понимал, что Лодовико, несмотря на все его клятвы, больше не союзник Франции. Наверняка герцог Орлеанский действовал с одобрения Карла.

В любом случае Карл не станет мешать захвату Милана. Если кто-нибудь прознает о болезни Лодовико, французы тут же окажутся у ворот города.

Беатриче доводилось слышать истории о ночном нападении на замок д'Эсте. Враги Эрколя хотели захватить его семью, чтобы заставить герцога отказаться от власти. Ей тогда исполнился год, и Беатриче ничего не помнила. Проявив мудрость и мужество, мать спрятала детей, и герцог смог расправиться с восставшими. Теперь рядом с Беатриче не было ни матери, ни отца, ни старшей сестры. Ныне она сама стала матерью. Изабелла далеко. Муж, который должен защищать ее от тягот и бед, не может вымолвить ни слова. Беатриче вспоминала, как обычная сдержанность Леоноры боролась с женской гордостью, когда при ней пересказывали давнюю историю. Герцог Эрколь не уставал восхищаться мужественным поведением жены в час испытаний. Теперь и Беатриче должна сделать так, чтобы ее дети и дети ее детей вспоминали не страдания, а благополучное завершение всех бедствий. Ей хотелось, чтобы в глазах Лодовико светились восхищение и благодарность, когда в будущем он будет пересказывать эту историю.

Она сжала правую руку Лодовико. На ощупь рука неприятно холодила.

— Я позабочусь обо всем, дорогой мой, — промолвила Беатриче, бесстрашно встречая молящий взгляд мужа и заставляя себя улыбнуться.

Она укрыла детей в Рочетте, надежном убежище замка, и выставила вооруженную охрану. Направила посланцев ко всем дворянам, которые публично заявляли о верности нынешнему миланскому герцогу, прося их немедленно собраться в Кастелло. Беатриче сообщила сторонникам Лодовико о нападении герцога Орлеанского и отправила защищать город. Когда герцогиню спрашивали про мужа, она отвечала, что герцог совещается со своими генералами.

Беатриче вызвала Бернардино дель Корте, давнего и преданного друга Лодовико, которого этой зимой приставили следить за сокровищницей замка. Тогда дель Корте поклялся в вассальной верности герцогу и герцогине миланским и заверил их, что будет защищать сокровищницу до последней капли крови. Теперь он повторил перед Беатриче свои клятвы. Беатриче встретилась с начальником замковой стражи, которому подчинялись пятьсот солдат, и велела усилить бдительность.

Герцогиня направила письмо Галеаззу, который с небольшой армией уже находится на пути в Новару. Бьянку Джованну Беатриче приютила у себя. Она боялась за душевное здоровье дочери Лодовико, отец которой лежал при смерти, а муж отправился в опасный военный поход. Беатриче рассылала послания итальянским сторонникам миланского правителя и императору Максимилиану, рассказывая о предательстве герцога Орлеанского и прося помочь Галеаззу. Если последнему не удастся задержать Людовика в Новаре, французы окажутся у ворот Милана. Куда еще мог направиться Людовик, задумавший стать миланским герцогом? Ночью Беатриче спала, крепко прижав к себе сыновей. Она вспоминала, как в детстве засыпала рядом со щенками, которые согревали ее и дарили безмятежный сон. Теперь каждую ночь она готовилась спасаться бегством, как некогда герцогиня Леонора.

Бьянка Джованна, мужа которой война вырвала из супружеской спальни, ночи напролет просиживала у постели отца и нежно разговаривала с ним. От бессонных ночей кожа Бьянки стала почти прозрачной. Когда Лодовико засыпал, Бьянка пробиралась в семейную часовню и до самого рассвета молилась за мужа. Однажды утром Беатриче нашла ее на коленях перед алтарем. Бьянка явно не ложилась с самого вечера. Высокая свеча, перед которой она молилась, догорела до фитиля. Беатриче заметила темные круги под мутными от слез глазами Бьянки.

— Ты должна спать, Бьянка, — сказала Беатриче. — Разве твоему отцу, мужу или мне с детьми будет хорошо, если ты уморишь себя до смерти?