Белое пламя дракона - Крымов Илья - Страница 86

Длинные зеленые пальцы потихоньку мяли широкополую кожаную шляпу, без которой ни один нормальный гоблин ни за что не появился бы на людях в дневное время.

– Видишь, Тобиус, что получается? – хмуро обратился к придворному волшебнику Бейерон.

– Вижу, сир. Люди Гогенфельда схватили Гоферов и Эмму. Генерал Бальден еще не вернулся с удаленных учений, у нас нет ни людей, ни оружия, ни плана, ни времени.

– Рад, что ты воспринимаешь сложившуюся ситуацию трезво. А теперь… куда ты пошел?

– Переговорить с собратом по Дару, сир.

– Ты понимаешь, что это будет очень опасно?

– Они взяли мое, – ответил Тобиус так, что присутствовавшим послышался звук рассекающего воздух кнута. – Гогенфельд или это Мальвар Рыжий, не суть важно. Моих подопечных. Я никому не позволю так поступать со мной, я никому ничего не отдам. К тому же двое волшебников всегда могут договориться – мы не чужды дипломатии.

Он не смог сдержать напряженной улыбки, но уж лучше пусть Бейерон видит ее, чем вскипевшую в крови волшебника ярость.

С утра вновь зарядил сильный дождь. Выйдя на стены, маг оттолкнулся от камней и взмыл под низкое черное небо: ориентируясь исключительно по внутреннему чувству направления, он отправился в Хогсдальн. Мгновенно вымокший до нитки, он подстегивал Крылья Орла, летя все быстрее и быстрее. Потоки дождя стали бить по нем, причиняя ощутимую боль, которую приходилось игнорировать, ибо любые барьерные заклинания в полете снизили бы скорость до мизера.

Башни и стены Хогсдальна, внезапно выплывшие из-за дождевой пелены, показались темными колышущимися призраками. Маг завис над городом, держась подальше от замка, окутанного системой защитных чар, светящейся и потрескивающей под дождем. Он медленно спустился на одну из бесчисленных черепичных крыш и прильнул к ней, стараясь не соскользнуть. Легчайшая иллюзия сделала его похожим на клок тумана, хотя настоящего тумана в городе пока было мало. Несмотря на непогоду, улицы не остались без присмотра слуг закона. Затаившись, Тобиус ждал приближения очередного патруля – то были десять стражников, из коих семеро имели алебарды, двое вооружены арбалетами, а единственный офицер нес на поясе короткий палаш. Они топали по брусчатке в свете ручного фонаря и вещали о том, что лучше бы жителям закрыть все окна и ставни. Тобиус мягко спустился на землю за спинами стрелков, замыкающих колонну, и арбалетчики осели, испытав воздействие чар Обморока. Остальные стражи правопорядка этого даже не заметили. Используя жезл, как булаву, маг ринулся в бой, с рядовыми он разделался довольно быстро, и вскоре офицерский палаш сломался, встретившись с жезлом.

– Только заори – до конца жизни будешь на болоте мух жрать! – пригрозил Тобиус, тыча в сержанта светящимся позолоченным набалдашником. – Где держат заключенных, схваченных недавно?

– К-каких?

– Крупный мужчина средних лет, очень крупный молодой мужчина и высокая женщина с белыми волосами и красными глазами! Где они, отвечай, или глаза выдавлю и проглотить заставлю!

Бледное от бешенства и влажное от дождя лицо мага с прилипшими к коже прядками волос не оставляло сомнений в том, что и выдавит и заставит.

– Не знаю! – Стражник слепо попятился, пытаясь нашарить кинжал в поясных ножнах.

Тобиус немедленно наслал на него Резь, и бедолага с тихим стоном схватился за живот.

– Хватит! Пожалуйста! – взмолился сержант. – Они в судебной темнице!

– Где она?

– На площади перед замком, против здания городского суда! Ну прекрати же!

Оглушив сержанта, Тобиус обратил взгляд в сторону высящегося над городом замка. Как ни странно, но на пути не встретилось больше патрулей, даже когда маг шел по центральным кварталам. Он вышел на площадь, где располагался небольшой, но престижный в Хогсдальне рынок. Справа стоял особняк городского суда, слева же высилась угрюмая каменная коробка судебной темницы. Половину площади занимали пустующие прилавки, покинутые торговцами, а другая половина, та, что ближе к замку, была и вовсе свободна от них. Тобиус посмотрел на небо и напомнил себе, что сейчас день, хотя чернота монолита грозовых облаков пыталась убедить его в обратном.

Он решительно направился к темнице, вынес обитые железом ворота и быстро разобрался со стражниками, несшими там караул. Найти старосту и его сына труда не составило, благо камер в темнице была всего дюжина и большинство пустовало.

– Чар Тобиус? Что вы делаете здесь? – донеслось тревожное.

– Я пришел за вами. Тобиуш здесь?

– В соседней камере.

– Отойдите от двери и встаньте где-нибудь в углу, пожалуйста.

Дверь слетела с петель, из поднявшегося облачка пыли вышел, сильно щурясь, Мартин Гофер-младший. Освободив Тобиуша, волшебник двинулся к следующей камере.

– Чар Тобиус, когда нас сюда вели, ученицы вашей уже не было. Во время драки она внезапно потеряла сознание, мы хотели добраться до нее, чтобы вместе в Хог-Вуд прыгнуть, но не успели: схватили нас. И больше мы ее не видали.

Волшебник сжал кулаки и тихо ругнулся на невысокликов манер.

– Вы знаете, где ваши вещи?

– Должны быть рядом с комнатой коменданта, нас там допрашивали.

Конфискованные вещи нашлись почти сразу: верхняя одежда, броня, оружие, сумки. Даже светящиеся палочки телепортационных артефактов были на месте.

– Теперь слушайте меня внимательно. Мы выйдем из здания, и вы побежите прочь от замка изо всех сил! Два квартала! Нужно отбежать от замка на два квартала, чтобы беспрепятственно телепортироваться обратно в Под-Замок!

– А как же вы?

– Я без Эммы вернуться не могу. Если она сейчас в замке, то я буду брать его штурмом.

– Я тоже пойду! – воскликнул Тобиуш, вскидывая меч.

– Нет! – отрезал волшебник. – И пререканий я не потерплю! Идите за мной.

Когда они выбрались из судебной тюрьмы, все пути к отступлению были перекрыты тройным кольцом стражи, на крышах близлежащих зданий засели арбалетчики. Тобиус немедленно поднял Щит и перехватил жезл так, чтобы всем было видно, что он маг.

В воздухе зажглись два больших эфемерных глаза, между которыми забегали трескучие ломаные молнии.

– Я – Мальвар Рыжий, – пророкотал бесплотный голос, – и сейчас вы в моей власти. Простолюдины будут отпущены на волю, если волшебник останется, таково мое слово! Каков будет ответ?

– Согласны! – без заминки выкрикнул Тобиус. – Но сначала поклянись именем Джассара, что они беспрепятственно покинут город!

– Чар Тобиус, вы не имеете права решать за нас! Мы вас не бросим!

– Клянусь именем Джассара, – провозгласил голос с явным раздражением, – что простолюдины уйдут целыми и невредимыми.

– Не сметь мне перечить! – рявкнул серый маг, сверкая глазами. – Вы отправляетесь домой!

Его лик был страшен, любое пререкание грозило отозваться бурей ярости, и это напугало Гоферов больше копий с арбалетами.

– Господь-Кузнец да не оставит вас, чар Тобиус, – тихо молвил староста.

– Передайте там, чтобы приготовили бинтов и лекарств, я вернусь сильно побитым, но вернусь, не сомневайтесь.

По приказу Мальвара солдаты городского гарнизона ретировались, а бывшим пленникам была дана воля, и они поспешили убраться прочь. На площади под сильным ливнем остались лишь двое.

Мальвар Рыжий действительно был рыж, он имел широкое щекастое лицо с маленькими глазами, обрамленное курчавой бородой, и объемистое пузо, натягивавшее ткань дорогой мантии; на пальцах-сардельках плотно сидели перстни, а на широкой груди покоился массивный медальон с символами круговорота стихий, что было дурным знаком[28]. Стихиарий опирался на посох с продолговатым ромбовидным камнем в навершии и медленно шагал по направлению к Тобиусу, укутанный в собственный сухой микроклимат.

Он стукнул посохом о землю, и над площадью полыхнул купол магического барьера. При этом дождь не перестал, что значило – барьер мог пропускать материю внутрь, но вырваться из него вовне наверняка было не так просто. Следя за линиями потоков гурханы, серый волшебник понял, что купол замкнут на своем создателе, а следовательно, не поборов Рыжего, свободы он не получит.