Счастливое сердце - Шилд Кэт - Страница 22

– Да, с женой тебе повезло, с этим не поспоришь.

– Что-то еще? – Глянув на часы, Джейти глубоко вздохнул и улыбнулся. Совсем скоро его ждет ставший уже традиционным поздний ужин с Виолеттой в ее номере. – Если нет, то у меня назначена встреча.

– Это все. До встречи в Майами.

– Жду с нетерпением. – Не прощаясь, Джейти повесил трубку.

Быстро подмахнув бумаги на переустройство тренажерного зала, Джейти вышел из кабинета. Как бы он ни любил «Титан» и ни гордился проделанной за шесть лет работой, он с самого начала отлично понимал, что рано или поздно им придется расстаться.

И теперь нужно сделать выбор. Либо остаться в компании и безропотно подчиняться отцу, либо уйти и начать собственное дело. Джейти не сомневался, что, создав новую компанию, получит больше денег и возможностей для развития, но при этом он ни на минуту не мог избавиться от мысли, что так он предаст деда, который наверняка бы хотел, чтобы его внук развивал «Корпорацию Стоунов».

Что ж, похоже, ему все-таки придется покинуть Лас-Вегас. В последнее время Джейти всерьез задумался о покупке недвижимости в Калифорнии, Аризоне и на Карибах, а значит, отныне вся его жизнь будет проходить в бесконечных разъездах, и постоянный офис в Вегасе ему уже не понадобится.

Но что тогда ждет их с Виолеттой? Они решили не разводиться, но, может, это не слишком разумно? Ведь она почти сумела заразить его своим позитивным настроем и верой в победу… Ладно, нужно будет обязательно сегодня все это обсудить.

Когда Джейти добрался до «Стиля Фонтейна» и поднялся в номер Виолетты, она написала, что немного задержится. Вздохнув, он задумчиво посмотрел на заваленный бумагами стол. Вчера они несколько часов просматривали папки Тиберия на всю их семью, в надежде найти что-то полезное и продумывая свои дальнейшие действия. Только к чему это все? Отца уже не победить.

Но был ли у них шанс с самого начала? Престон Родес, или, согласно теории Скарлетт, Джордж Барнс, всегда был бессовестным ублюдком и недрогнувшей рукой расправлялся с противниками. Он сумел уговорить Джеймса Стоуна выгнать единственного сына, довел собственную жену до самоубийства, а чтобы заручиться поддержкой акционеров, не гнушался прибегать к шантажу…

Что ж, похоже, кому-то уже наконец пора дать ему отпор. И почему бы этим не заняться его родному сыну, которого сам Престон назначил своей следующей жертвой?

Не желая начинать вечер с разговоров об отце, Джейти сгреб разбросанные бумаги, отнес их в домашний кабинет Виолетты и уже собирался вернуться в гостиную, но тут заметил собственное имя на лежавшей на столе папке.

Он резко замер.

У Виолетты была папка и на него.

Только чему он так удивляется? Раз уж Тиберий собирал досье на Престона, то почему он должен был обойти стороной его самого? И, разумеется, унаследовавшая все это Скарлетт поделилась документами с сестрой.

Внутренне содрогаясь от ужаса, Джейти открыл заветную папку и на первой же странице увидел полицейский протокол о смерти мамы. От передозировки.

На первой же странице черным по белому красовалась его самая страшная тайна.

Но как давно об этом знает Виолетта? Неужели она с самого начала старательно делала вид, что готова терпеливо дожидаться его признаний, а на самом деле в мельчайших подробностях знала о его самых сокровенных тайнах и позорных секретах?

Она его предала.

За протоколом следовало психиатрическое заключение о его собственном состоянии, сделанное после неудачного прыжка через отцовский «феррари» на велосипеде, закончившегося сломанными ребрами и тяжелым сотрясением мозга. Прыжок состоялся ровно через месяц после смерти матери, и врачи попытались списать все на обычную в таких случаях депрессию и назначили лечение, но никакие таблетки не помогли ему избавиться от гнетущего чувства вины.

На несколько минут Джейти вновь почувствовал себя двенадцатилетним ребенком, только что узнавшим о самоубийстве матери, но стук в дверь вернул его к реальности.

Тряхнув головой, он заставил себя успокоиться и пошел открывать. Впустив услужливого официанта, Джейти дождался, пока он сервирует обеденный стол аппетитными блюдами, не глядя подмахнул счет и хотел уже закрыть дверь, но тут из лифта вышла Виолетта.

– Какой аромат! – жизнерадостно объявила она и, привстав на цыпочки, легонько поцеловала его в губы.

Но Джейти и не подумал ответить на ее приветствие, так что она быстро отстранилась и слегка нахмурилась.

– В чем дело? – спросила она, закрывая дверь.

– У тебя и на меня есть папка.

На мгновение она виновато отвела взгляд:

– Тиберий собрал по папке на всех нас.

– И все это время ты мне врала.

– Неправда.

– Ты с самого начала все знала и притворялась, – устало выдохнул Джейти.

– Скарлетт дала мне папку, но я никогда ее не открывала. Вся моя вина в том, что я сразу же не вручила ее тебе.

– И ты правда думаешь, я поверю, что ты так и не удовлетворила свое любопытство, прочитав все, что дядя на меня собрал?

– Но если бы я это сделала, зачем мне было постоянно расспрашивать тебя о прошлом?

– Чтобы я поверил, что ты – идеальная для меня женщина. Там же все написано. Отчет психиатра, где говорится, что до смерти матери я отчаянно добивался ее любви, и когда она выбрала не меня, а отца, я начал буянить и отвратительно себя вести. И чем больше я нарывался, тем меньше у меня оставалось шансов заслужить хоть чью-нибудь любовь. А потом появилась ты, отлично зная, что больше всего я хочу именно того, что пугает меня до безумия, и сделала все мыслимое и немыслимое, чтобы добиться моего доверия.

Замерев на месте, Виолетта смотрела на него широко раскрытыми глазами.

– Если ты правда думаешь, что я пыталась тобой управлять, ты меня совсем не знаешь.

– А ты не пыталась? Сперва предложила нам пожениться, а потом заявила, что отец угрожал подать на нас в суд, если мы не станем вести себя как положено настоящим супругам.

Теперь пришел ее черед злиться.

– Я вышла за тебе замуж, чтобы помочь.

– Верно, только помогала ты не мне, а самой себе.

Та его часть, что успела отогреться от ее сочувствия и оптимизма, безумно хотела поверить словам Виолетты, но слишком уж долго он тщательно оберегал свое сердце от всего мира. И уже просто ничего не мог с собой поделать.

– Сегодня я разговаривал с отцом, и он сказал, что собирается продать «Титан». Я уезжаю из Лас-Вегаса по делам. – Сначала он собирался сообщить эту новость как-нибудь помягче, но сейчас у него уже просто не было сил для подобных разговоров.

– И долго тебя не будет?

– Долго. Я собираюсь продать ранчо и уехать насовсем.

Виолетта так вздрогнула, словно он ее ударил.

– Вот так запросто? Даже ничего со мной не обсудив?

– А зачем? Согласно нашему первоначальному договору, сразу же после собрания акционеров я подам на развод.

– Может, мы все-таки все обсудим?

– Нам нечего обсуждать. Твоя жизнь и карьера в Лас-Вегасе, а меня тут ничего не держит.

– Ты так ничего и не понял? – мягко спросила Виолетта.

– А что я должен был понять?

– Что я тебя люблю.

– Жаль, что ты это сказала, – сухо ответил Джейти.

– Не сомневаюсь, что ты об этом жалеешь, – кивнула Виолетта.

Небрежным движением он вырвал у нее сердце и, вымазав в грязи, бросил под ноги, но она ни за что не покажет, что он выиграл. Пусть его маска безразличия ко всему вокруг и сумела пару раз ее обмануть, но она уже давно научилась украдкой под нее заглядывать и успела хорошо изучить скрывавшегося под ней невероятно чуткого и уязвимого человека.

Но как же больно слышать такие слова! А еще больнее сознавать, что прямо сейчас он пытается окончательно замкнуться в себе и обрасти скорлупой, через которую уже никто и никогда не сумеет до него достучаться. Но где-то в глубине души Виолетта понимала, что на самом деле он этого совсем не хочет. Если она и успела его чему-то научить, так это тому, что в одиночестве нет ничего хорошего.