Сыщик для феи - Свержин Владимир Игоревич - Страница 72

– Угу. – Я нахмурил брови, старательно просчитывая сумбурную мысль, неожиданно пришедшую в голову. – Скажите, а эта самая Повелительница, ну, вы понимаете, она и в самом деле может руководить действиями своих подопечных, или же это только красивый титул?

– Какая разница! – досадливо отмахнулась девушка.

– Я бы сказал, колоссальная. – Пальцы мои сплелись в замок, символизируя напряжение мыслительных сил. – Если чудовища действительно подвластны ночной гостье, то в один прекрасный момент в небе над Торцом могут появиться десять летающих огнеметов и за считанные мгновения превратить столицу в руины. Кстати, и о ваших проблемах: если драконы действительно послушны воле своей Повелительницы, я бы весьма не рекомендовал пользоваться их услугами. Иначе, будьте уверены, вы окажетесь в ее руках гораздо раньше, чем успеете раскаяться в угоне папенькиной боевой единицы. Забудьте о драконах, во всяком случае, мурлюкских. В свете имеющихся фактов здесь придется передвигаться обычным способом.

– Ага! – снова перебила меня принцесса, не скрывая торжествующей улыбки. – Вы беспокоитесь! Значит, все-таки согласны мне помочь?

– Я? Почему? – Последние фразы вновь прокрутились в мозгу, точно записанные на магнитофонной пленке, давая возможность убедиться в эффективности поставленной Машей ловушки. – Ваше высочество, – оскорбился я, – прошу вас, не ловите меня на слове. Завтра же мы с Вадимом возвращаемся на родину, а вам я рекомендовал бы рассказать об исчезновении королевича Элизея отцу. Он мудрый государь и, без сомнения, найдет способ помочь горю любимой дочери.

– Благодарю за совет, сударь, – оскорбленно поджала губы юная красавица. – Однако я в нем не нуждаюсь. В вашем обществе, впрочем, тоже. Не смею задерживать! Отправляйтесь стеречь золото, похищенное у моего чересчур добросердечного отца.

«Вот и поговорили!» – подумал я, спеша откланяться и удалиться, дабы не расстраивать своим присутствием и без того огорченную девицу.

Место возле бдительного Вадюни продолжало оставаться свободным. Созерцая резвящихся придворных, точь-в-точь шестидюймовка «Авроры» Зимний дворец, могутный витязь силой одной лишь, ясно читаемой в его глазах мысли разгородил вокруг себя своеобразную выжженную зону, которую быстро улавливающие намеки царедворцы опасались пересечь даже случайно.

– Ну, блин, притомился, – тяжело вздохнул Злой Бодун при моем появлении. – Не, ну конкретно, собаки непривязанные, так и норовят что-нибудь урвать!

– Расслабься, мы уже уходим, – обрадовал я утомленного борьбой с казнокрадством соратника.

– Че, в натуре? – оживился тот.

– Да уж куда натуральнее, – досадливо хмыкнул я. – Завтра чуть свет отправляемся, чего уж тут фестивалить. Путь неблизкий, отоспаться надо. Сейчас только Делли предупрежу и пойдем.

Искать Делли пришлось недолго. Стоило мне отойти от Вадима, она точно выросла из-под земли с выражением подозрительности на лице и вопросом в устах, прямым, как шоссейная дорога.

– О чем это вы с Машей беседовали?

– Ее высочество пыталась нанять меня разыскивать Элизея. Но я отказался. – Мой ответ был столь же прям и откровенен, как и вопрос феи. Кудесница удовлетворенно кивнула, вновь собираясь раствориться в вихре праздничной круговерти, однако, на мою удачу, традиционным, а не магическим способом. – Делли! – остановил ее я. – Мы с Вадимом уезжаем в гостиницу. Завтра с утра будем тебя ждать. А сейчас ты не могла бы нас проводить, я хотел бы кое-чем поделиться.

– Да-да, конечно! – закивала встревоженная чародейка. – Спускайтесь вниз, сейчас я перепишу танцы и последую за вами.

Я молча кивнул, отпуская увлеченную пиршественной суетой подругу, и вновь направился к вызолоченной резной скамье, где мифическим Кощеем чах над златом могучий Вадим Ратников.

– Пошли! – бросил я, с натугой отрывая от пола набитую золотом горлатную шапку. – Делли сейчас нас догонит.

Путь к коновязи был недалек, но многотруден. То и дело, к великому неудовольствию Вадима, дорогу пересекали всякого рода индивиды праздничной наружности, скрывавшие под масками свои, вполне возможно, коварные лица. То слева, то справа, то со всех сторон сразу в парке что-то грохотало, а в небо с неясными намерениями взмывали яркие огни фейерверков. К тому же сшитые из мягкого меха боярские шапки хотя по емкости и были сопоставимы с небольшими бочонками, однако в транспортировке оказались существенно менее удобными. Толстая бобровая колбаса от плеча до пояса, набитая с верхом золотом, то и дело норовила извернуться и усыпать путь рачительных хозяев золотыми кругляшами. Но вот уже кони были совсем близко, и выражение глаз Вадима сменилось с яростно-неприступного на горделиво-возвышенное, как бывало с ним всякий раз, когда он видел своего бесценного синебокого жеребца.

– Владимирский централ, – между тем, нарушая скуку вынужденной парковки, утробно подвывал Ниссан, – ветер северный… – Все прочие оставленные у коновязи представители копытного братства с нескрываемым почтением поглядывали на экстравагантного самца, а пара молоденьких кобылиц и вовсе кидали на него недвусмысленные зазывные взгляды, полные томной нежности.

– Во дает! – восхитился знатный субурбанский коневод. – Ну, чисто…

– Берегись!

Вадюня явно хотел развить обуревавшую его мысль, однако внезапный пронзительный крик за плечами заставил нас настороженно повернуться… С высокого дерева, росшего поблизости от стоянки благородных животных, в нашу сторону по широкой дуге летело нечто… Вернее, как выяснилось при ближайшем рассмотрении, некто. К глубочайшему моему огорчению, время этого самого «ближайшего рассмотрения» было очень ограничено, куда как меньше секунды. За этот отрезок коварная помесь Маугли с Питером Пеном выхватила пригоршню монет из шапки и взмыла вверх, чтобы в высшей точке траектории ловко перепрыгнуть на пятиметровую каменную стену, окружавшую дворцовый парк. Я в онемении уставился на свой головной убор, послуживший объектом хитроумного посягательства.

– Не, ну в натуре! – первым обретя дар речи, выдохнул страж сокровищ. – Эти князья задолбали! Ты видел? На ходу голду попятили!

Точно радуясь успешному предприятию, над дворцом взмыло вверх огненное колесо и, рассыпавшись тысячью пламенных свечей, закружилось в ночном небе.

– Да, – только и смог выдавить я.

– Привет! – Над стеной на фоне освещенного фейерверком небесного свода появилось тонкое юношеское лицо, обрамленное копной ярко-рыжих волос. – Давно не виделись!

– Поймай Ветер! – не сговариваясь, выпалили мы, едва не роняя увесистый гонорар.

– Эт-то я! – Лицо воришки расплылось в довольной ухмылке. Всполошенный вопль новоиспеченных бояр явно льстил его хитрованскому самолюбию. – Ничего, что я без стука?

– Но не очко, – пророчески взвыл Вадюнин скакун, – нас губит, а к одиннадцати туз!

– Оба-на! – Ратников замер с воздетой к небу головой, точно все еще сомневаясь в реальности увиденного. – А че ты типа там делаешь?

– Домой возвращаюсь, – устраиваясь поудобнее, объявил босяк. – Вот, решил по пути вас навестить, долю свою законную получить. А то народ-то вы гулёвый, чуть хлебалом прощелкал – ищи-свищи, и след простыл. А доля мне моя сейчас во как нужна.

– Какая еще доля? – возмутился я, но вовремя вспомнил, что золотой куш уже находится в руках наглеца.

– То есть как это какая? – с напускным негодованием в голосе протянул малец. – Самая что ни на есть законная! Я живота не жалел, помогал вам не за страх, а за совесть, получается, мой кусок вынь да положь! Много ли, мало ли, – ловкий мошенник наскоро пересчитал лежащее на стене золото, – дело пятое, но мое есть мое! К тому же, – он поднял вверх палец, точно норовя урезонить непонятливых собеседников, – вы ж не фармазоны какие, чтобы краденое покупать.

– Какое еще краденое! – окончательно разгневался я. – Что ты там лепишь?

– Я леплю?! – Рыжий ткнул себя пальцем в грудь. – Тоже мне харамзаду1 нашли, я, между прочим, честный вор! Посмотрите, во-он у корней дерева шкатулочка валяется. А в нем лембой его знает, что за вещица, опять, наверное, волшебство какое-то! Мне она без нужды, а вам, может, на что и пригодится.