Сыщик для феи - Свержин Владимир Игоревич - Страница 115

– Машань, ау! Мы здесь! – выпалил Ратников, размахивая в воздухе одной рукой, а второй удерживая полумертвого от ужаса созерцателя зеркал.

Девушка, стоявшая без движения, бросилась было к нам, но Повелительница драконов заступила ей дорогу и, желая, видимо, эффектно закончить мизансцену, указала выскочившей из рукава палочкой на резное кресло-трон, установленное под высоким балдахином. Золоченая мебель странно вздрогнула, ножки ее, точь-в-точь львиные лапы, нерешительно шагнули раз-другой, парочка дрыхнущих драконов-подлокотников вскинула головы, оскаливая в угрожающем рыке острозубые пасти.

– Вот как? – На лице Делли появилась благодушная улыбка. – Ну, иди-иди сюда.

Кресло, щелкая зубами, бросилось на фею. Та как ни в чем не бывало положила руку на подлокотник, заставляя оживленных магией тварюг удовлетворенно замурлыкать, и, покончив с этим, удобно устроилась на мягком сиденье.

– И вы присаживайтесь. – Она щелкнула несколько раз пальцами, и в зале сами собой образовались еще четыре таких же кресла. – С чего бы это вам взбрело в голову, сударыня, тягаться со мной в магическом искусстве, – мягко пожурила уязвленную колдунью Делли. – То, что вам по плечу лишь преобразить, я могу создать по природе своей. Присаживайтесь и вы, пришло самое время познакомиться поближе.

На властном лице Светоносной Девы пронесся ураган страстей, грозивший снести все выступающие части оного. Но лицо выстояло, и ураган утих.

– Что ж, я рада, что людская молва, приписывающая вам, сударыня, истинную силу, была не лишена оснований, – заставляя один из стульев взлететь и по воздуху перекочевать к филейным частям Девы Железной Воли, проговорила она. – Правда, я ожидала вас еще ночью, но, должно быть, вам что-то помешало. Ну да пустое! Для меня подарок судьбы видеть вас в моем дворце. Если вам не был оказан соответствующий почет, то лишь в силу…

– Что? – Я собрался уж было опуститься в кресло, когда моего затуманенного усталостью и недосыпом сознания наконец достиг смысл произнесенных фраз. – Видеть Делли – для вас подарок, я не ослышался?

– Невежа! – взорвалась волшебница, радуясь возможности выместить на ком-то переполнявший ее гнев, и в ту же секунду сотворенный Делли стул вылетел из-под меня и, с силой ударившись о стену, разлетелся в щепы. – Мое слово всегда истинно!

– М-да, – покачал головой я, поднимаясь с пола и оглядываясь на обломки стула. – Хорошая была мебель.

– Я рада, что вы пришли, – вновь заверила кудесницу чуть успокоившаяся Дева. – Полагаю, вы не менее меня горды жребием, который выпал на долю вашей замечательной воспитанницы. Благодарю вас за любовь к людям, которую вы ей привили.

– Я учила Машеньку любить живое, – поправила собеседницу фея. – А живое – это и дракон, и лесной зверь, и мельчайшая птаха, это и лист на дереве, и спящий камень на дне морском. Все они имеют душу и все достойны любви.

– Вероятно, все это так. Но это мир людей, и люди, как никто, нуждаются в любви и помощи. Ведь только от них происходит все новое…

– В первую очередь, необходимое самим людям. Хотя, если задуматься, и среди облагодетельствованных вами людей мне не встречался ни один сколь-нибудь счастливый. Полученное без труда становится неподъемным грузом, золотыми гирями. Вы слишком торопите этот мир, заставляя его задыхаться от бега и нарушать всеобщую гармонию. Все должно идти естественным путем, и тогда обретенное человеком будет действительно его победой, его счастьем. Сок минеральных дров не заменяет бега крови! Дайте миру шанс жить своей жизнью.

– Но он и живет своей собственной жизнью, ибо никакой иной у него нет и быть не может!

– Вот тут вы не правы, мадам… – спеша отомстить за свое стоячее положение, ввернул я.

– Мадемуазель! – гневно перебила Повелительница драконов.

– Как пожелаете, но все равно не правы. Жизни, о которой вы так вдохновенно распинались, уже не будет. Не надо быть оракулом, чтобы предсказать грядущее прекращение поставок минеральных дров в Мурлюкию. Думаю, сегодня уже королю Базилею известны подробности той пикантной аферы, которую вы изволили провернуть, добиваясь благосклонности его дочери. Описание же схватки неподалеку от Железного Тына и вовсе приведет старого вояку в неистовый восторг.

– Вот пример людского неразумения! – Лицо Девы Железной Воли передернулось. – Вы забываете, что все могущество Светоносной Девы – это наследие, которое переходит в ее, – она повернулась, чтобы указать на Машу, – руки. И даже если на несколько лет все земли охватит хаос, это, в сущности, ничего не изменит. Человечество стремится к тихой, размеренной, удобной жизни и, стало быть, при первой же возможности вернется к этому состоянию. К тому же нет в мире короля или иного правителя, способного противостоять моей воле. Но хорош же ты, чужак, намеревающийся ввергнуть в хаос, в ужасы войны наш мир. И ради чего? Ради животной похоти? Ради слепой прихоти природы, повелевающей мужчинам вожделеть женщин, а тем заботиться о продолжении рода?

– Это, ну, чисто любовь называется, – нерешительно вставил свое умное слово Вадюня.

– Измышления! – скривилась Повелительница драконов. – Попытка приукрасить грязную процедуру насилия над женщиной!

«И в величии – обычная старая дева!» – огорченно вздохнул я.

– Маше ни к чему это! Ее любовь принадлежит всему человечеству. Если хотите, она будет матерью всем живущим под солнцем народам, распространив сияние, не уступающее лучам дневного светила, в самые отдаленные уголки этого мира.

– Как бы то ни было, – дождавшись окончания пламенной тирады, чеканно произнесла Делли, – Маша должна сама сделать выбор.

– Несомненно! Она должна сделать правильный выбор! – гордо поднялась со своего места Повелительница драконов. – И вам не следует пытаться силой склонить чашу весов.

– Ну и типа вам не следует, – обижаясь на подозрения в нечестной игре, угрюмо изрек Ратников, поглядывая, не очухался ли оглушенный придворный наблюдатель. – Мы ж конкретно по понятиям!

После этих глубокомысленных слов в зале повисла напряженная тишина, не нарушаемая даже хлопаньем комариных крыльев.

– Я к Элизею хочу, – поднимаясь со своего места и подходя к Делли, негромко, но уже решительно выдохнула принцесса. – И домой!

– Нет!!! – взвилась с места Дева, точь-в-точь зенитная ракета, учуявшая близкое сопло пролетающего самолета. – Это ее судьба! Ее удел! Свет пал на нее! Звезды стали хороводом!

– Я не отвечаю за расположение звезд и падение света, – гордо отрезала грусская принцесса. – А мир прекрасно существовал и без железного маяка на перевале Юного Орка. И ежели не кормить его каждый день бесплатной кашей, он и впредь будет жить назло всем вершителям судеб человечества. Я ухожу!

– А слово вашей матери? – точно нож в спину, метнула старая карга. – Вы забыли о нем?

– Да, это так. – Маша повернулась и набрала в грудь воздуха, выискивая довод, способный перебить козырь Повелительницы драконов.

– Минуточку! – вмешался я. – Ваше высочество, прошу прощения, здесь ария иноземного гостя. Мадемуазель, если вы помните, в начале нашей содержательной беседы, перед тем как вы соизволили поломать кресло, я спросил вас, отдаете ли вы отчет своим словам?

Дева Железной Воли молчала, не желая вести полемику с ничтожным смердом.

– Вы при многих свидетелях ответили, что отдаете. Так вот, если для вас было подарком увидеть Делли, то является несомненным, что для покойной матери ее высочества не меньшим – и, прошу заметить, первым – подарком была возможность лицезреть своего любимого супруга. Не имея ни малейшего желания нарушать слово, данное столь уважаемой дамой по обету, от имени ее высочества спешу передать в полное ваше распоряжение вожделенный первый подарок. – Монета с чеканным ликом его величества короля Базилея IV описала широкую дугу и упала к ногам ведьмы. – Владейте и наслаждайтесь!

Вадим распахнул двери, в шутливом поклоне склоняясь перед принцессой и феей, обхватившей девушку за плечи.