Игрушки дома Баллантайн - Семироль Анна - Страница 67

— Все нормально, мам. Работаю. Скоро отпуск, приеду домой. Как Алан, что нового у мелкашек?

— Алан служит на «Мнемозине» и редко заглядывает в гости. — Мать ласково касается предплечья Евы, но та складывает руки на коленях. — Бабушка прислала письмо, говорит, что близнецы учатся неплохо, но очень скучают по дому. У них каникулы, через три дня прибудут домой трансатлантическим дирижаблем.

— Угу, — коротко кивает Эвелин и поднимает глаза на отца: — Как идут дела, пап? Тебя-то я вижу чаще, чем маму…

«Хороший юрист всегда востребован», — отвечает он на амслене и улыбается, глядя на дочь.

Этьен щелчком пальцев подзывает официанта, вполголоса диктует заказ.

— Я еще не выбрала, — делает замечание Ева.

— Не волнуйся, я знаю твои предпочтения, потому распорядился сам, — отвечает Этьен.

Ева хмурится, переплетает руки на груди, нервно постукивает каблуком по полу.

— Что-то не так? — мягко спрашивает молодой человек.

Она качает головой, смотрит в сторону.

— Ну, тогда мне бы хотелось поговорить о том деле, ради которого я вас здесь собрал, если позволите. Мистер и миссис Фланнаган…

Отец Эвелин касается локтя Этьена и говорит на амслене: «Можно просто — Элизабет и Брендон». Этьен улыбается, кивает и продолжает с серьезным и торжественным видом:

— К сожалению, я очень плохо знаю вашу семью, но за полтора года я очень хорошо узнал Эвелин. Мисс Фланнаган поразила меня своей красотой, прекрасными манерами, сдержанностью, трудолюбием, множеством талантов. Я терпеливо ждал целый год, когда Еве исполнится двадцать один, и клянусь, если бы приличия позволили — сделал бы это раньше… Мистер Фланнаган, я прошу руки вашей прекрасной дочери.

Элизабет тихонько ахает и смотрит на дочь сияющими от счастья глазами. Брендон улыбается, кивает.

«Мистер Легран, расскажите о себе, — просит он. — Чем вы занимаетесь, на что собираетесь содержать семью. Вопрос формальный, я немало о вас наслышан, но…»

— Формальности должны быть соблюдены, сэр, — с пониманием отвечает молодой человек. — Что ж, меня зовут Этьен Легран, мой отчим — мэр этого прекрасного города. Мне двадцать семь лет, у меня высшее физико-техническое образование. Учился в Европе, сюда приехал четыре года назад. Имею собственный бизнес — сеть цирюлен и салонов красоты в Нью-Кройдоне и за его пределами. Собственно, с Евой познакомился на работе. Заехал по делам в «Цветок тиарэ» и своими глазами увидел, какие чудеса творят золотые руки вашей дочери.

Этьен ловко извлекает из кармана маленькую коробочку, открывает ее, протягивает Эвелин на ладони кольцо с девятью бриллиантами.

— Ева, ты станешь моей женой?

Молчание длится слишком долго. Эвелин смотрит на кольцо, потом на Этьена, потом на родителей. Вздыхает.

— Дорогой подарок, Этьен. Спасибо. Я так понимаю, моих родителей ты очаровал, но мой ответ — нет.

— Почему, Ева? — восклицает мать изумленно.

— Убери кольцо, Этьен, — скучно просит Эвелин. — Мам, мы просто не пара. Без комментариев.

Легран опускает кольцо ей в ладонь, все еще улыбаясь.

— Ты передумаешь, я уверен. Готов подождать. Подарок оставь себе. Я настаиваю.

Девушка кладет кольцо на тарелку, встает из-за стола.

— Пап, мам, я прошу меня извинить. Вы пообщайтесь, Этьен может рассказать вам много интересного. Мне необходимо побыть одной. Через несколько дней я приеду к вам погостить. Ах, да, чтобы у вас не осталось никаких поводов уговаривать меня подумать и принять предложение этого прекрасного молодого человека: я не беременна. Мы ни разу не спали вместе, и я еще девственница. И я не для тебя, Этьен.

Молодой человек догоняет ее у выхода из ресторана, хватает за руку.

— Ева! В чем проблема?

Она резко поворачивается, останавливается и отвечает, глядя на него прямо и зло:

— Твоя — в твоих амбициях и самонадеянности. Тебе нужна не я, а дочь Брендона Фланнагана, так ведь? То, что я на тебя работаю и у нас неплохие отношения, не дает тебе право решать за меня, что я буду есть в ресторане и стану ли я миссис Легран. Ты думаешь, сделать предложение при моих родителях, не спросив меня предварительно, — беспроигрышный ход? Нет, мой дорогой Этьен. Нет и еще раз нет.

— Ева, я тебя уволю к чертовой матери!

Она нежно улыбается, тянет его за лацкан пиджака, целует в губы и шепчет на ухо:

— Черта с два ты меня уволишь, Этьен Легран. Ты меня боготворить будешь, добиваться и на коленях ползать. Иначе созданный тобой мирок, в котором ты царствуешь по ночам, рухнет, как карточный домик. Возвращайся за стол, пообщайся с тем совершенным существом, ради которого ты обратил внимание на скромную парикмахершу. До завтра, Этьен.

Она уходит прочь, растворяясь в вечернем городе, шаги ее стихают, вплетаясь в ритм мелодии механического оркестра, и Этьену не остается ничего другого, кроме как вернуться и продолжить общение с родителями юной строптивицы.

«Не падай духом, — улыбается ему Брендон. — У нее в точности характер ее матери, Элизабет тоже порядком потрепала мне нервы в первые недели общения».

— Да, — натянуто улыбается Этьен. — Если женщина говорит «нет», это значит «уговори меня».

Элизабет кивает, пряча глаза. Она слишком хорошо знает свою дочь, чтобы давать Этьену Леграну надежду. И слишком хорошо понимает сказанное Евой: «Я не для тебя».

«Ева, милая моя девочка, неужели ты так и не выросла из своей детской мечты?» — с тоской думает Элизабет, глядя на шампанское в бокале. Пузырьки устремляются вверх, лопаются, их место занимают все новые и новые…

Эвелин завязывает последний узелок, закрепляет шов, обрезает нить прокаленными на свече ножницами. Выворачивает маленький мешочек из красной фланели, кладет в него прядь волос, крохотный букет высушенных трав, сушеный же корешок и обломок коралла. Шарит на столе в поисках голубого птичьего пера, случайно смахивает на пол старую бронзовую монету.

— Подними, — вздыхает она.

— Да, Ма?дан[8].

Девочка лет десяти спрыгивает с кровати и ловит убегающий кругляш. Протягивает монету Еве, с любопытством косясь на разложенные на столе предметы.

— Мадан, вы помните сочетания всех ингредиентов для гри-гри? — спрашивает она шепотом.

Ева фыркает, кладет перо и монету в мешочек, завязывает кожаным шнурком. Окунает кисточку в пузырек с ароматическим маслом, рисует на мешочке одной ей понятный знак.

— Нэн, если ты действительно решила стать вуду-ведьмой, запомни одну вещь: ингредиент один — то, что принадлежит заказчику изначально. Волосы, ногти, пропитанный выделениями платок. А прочее подскажут тебе Лоа. На, держи. Помнишь, куда надо отнести и где оставить?

— Конечно, Мадан, — поспешно кивает девочка, принимая в ладони готовый амулет.

— Будь осторожной.

Девушка вкладывает в ладонь Нэн несколько мелких монет и провожает до двери.

— Доброй вам ночи, Мадан. Сегодня вы снова танцуете? — спрашивает девочка на пороге.

— Да. Полнолуние.

— Можно я приду посмотреть?

— Нет, Нэн. Духи сердятся, когда маленькие девочки подглядывают за взрослыми. Все, ступай. Я жду тебя здесь через две недели в то же время.

Эвелин закрывает за девочкой дверь, возвращается в комнату. Достает из-под кровати шляпную картонку, сметает в нее все, что набросано на столе, закрывает и убирает. Садится у зеркала, разматывает пестрый тюрбан, укутывающий волосы. Иссиня-черные шелковистые волны падают на плечи, водопадом струятся по спине. Ева причесывается частым гребнем, придирчиво рассматривает корни волос в зеркало.

— Так странно… Цвет как родной. Русого даже не видно, — удивленно говорит она сама себе.

Ева заплетает косу, натирает тело мандариновым маслом, забирается в кровать под шелковую простыню и засыпает. Этой ночью ей нужно быть свежей и полной сил. Еве снится ветер, несущий на сильных ладонях серебристую громадину дирижабля. У ветра морщинки в уголках прищуренных карих глаз и надменная ухмылка. Ева училась копировать ее с детства.