Курс уголовного права в пяти томах. Том 1. Учение о преступлении - Коллектив авторов - Страница 142

Наделена рядом особенностей необходимая оборона против явно невменяемых или малолетних. В подобных случаях по мере возможности необходимо уклоняться от такого посягательства, а если это исключено, то стремиться в процессе необходимой обороны причинить минимальный вред посягающему.

Недопустима необходимая оборона от правомерных действий. Поэтому она не может применяться, например, против работника милиции, осуществляющего задержание хулигана. Исключена необходимая оборона против акта необходимой обороны. Вместе с тем против превышения пределов необходимой обороны в свою очередь допустимы оборонительные действия. Это объясняется тем, что превышение пределов необходимой обороны общественно опасно.

Нельзя обороняться от действий, совершаемых в состоянии крайней необходимости, и задержания лица, совершившего преступление, ибо они общественно полезны. Нет необходимой обороны в тех случаях, когда с целью расправы лицо провоцирует нападение. Это так называемая провокация необходимой обороны. Так, Р. разоблачил Г., совершившего кражу стога сена, принадлежавшего агрофирме. Г. решил отомстить Р. С этой целью он пришел к Р. на работу в правление фирмы, спрятав предварительно у крыльца фирмы металлический прут. Убедившись в том, что Р. один, Г. нанес ему кулаком несколько ударов по голове Затем он выбежал во двор, преследуемый Р., и, схватив металлический прут, как бы обороняясь им, причинил тяжкий вред здоровью Р. Г. был осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью Р. в процессе провокации необходимой обороны.

На практике встречаются и другие ситуации: лицо подвергается общественно опасному посягательству, но вместо необходимой обороны использует это посягательство для маскировки расправы с посягающим. Это так называемый предлог необходимой обороны. Необходимая оборона предполагает направленность умысла обороняющегося на защиту. В рассматриваемых вариантах умысел приобретает иную, неправомерную направленность.

Другим условием, относящимся к посягательству, является его наличность. Наличным является посягательство, если оно причиняет вред и еще не закончилось или когда имеется непосредственная и реальная угроза причинения тяжкого вреда.

Признание посягательства наличным в том случае, когда имеется реальная и непосредственная угроза его реализации, создает благоприятные условия для осуществления необходимой обороны. Следовательно, нет необходимости в ожидании первого удара со стороны посягающего. Пьяный Т., находясь в гостях у З., вел себя непристойно, приставал к ней. Тогда З. выставила его на улицу, но он не успокоился и стал выламывать входную дверь, угрожая З. убийством. З. предупредила Т., что если он не перестанет выбивать дверь, то она выстрелит из охотничьего ружья. После этого она сделала предупредительный выстрел в сторону окна вверх. Но это не помогло. Т. продолжал выламывать дверь. После этого З. выстрелила в дверь, убив при этом Т. В подобной ситуации угроза ее жизни была наличной, и поэтому выстрел в Т. был реализацией необходимой обороны. Кстати, выстрел в форточку был не обязателен. К тому же он не означал начала необходимой обороны, так как не причинял вреда Т. Он лишь демонстрировал решимость З. осуществить необходимую оборону с использованием огнестрельного оружия.

Против приготовительных к преступлению действий, т. е. действий, которые лишь в будущем могут привести к посягательству, необходимая оборона невозможна, ибо отсутствует непосредственность посягательства. В таких ситуациях можно подготовиться к необходимой обороне, сообщить о готовящемся преступлении органам власти и т. д.

Право на необходимую оборону отпадает после завершения посягательства, его окончания. Оконченным является посягательство тогда, когда преступник достиг своей цели и правоохраняемое благо уже претерпело ущерб.

Посягательство является оконченным и в том случае, если лицо заведомо прекратило общественно опасную деятельность и поэтому отпала угроза причинения вреда правоохраняемым интересам. Такая ситуация может сложиться по разным причинам, например, посягающий сам прекратил свои действия, его ранили, и он не мог продолжить посягательство и т. д. Однако посягательство, как правило, вызывает у обороняющегося волнение. Он не всегда имеет возможность взвесить все детали посягательства и обороны. Исходя из этого в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 16 марта 1984 г. "О применении судами законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону от общественно опасных посягательств" отмечено, что состояние необходимой обороны не может считаться утраченным в случае, когда акт самозащиты последовал непосредственно за актом хотя бы оконченного нападения, но по обстоятельствам дела для обороняющегося не был ясен момент окончания нападения.

После очевидного прекращения посягательства необходимая оборона невозможна, но возникает право на задержание лица, совершившего преступление.

Возможны случаи, когда защита осуществляется от воображаемого посягательства. Это так называемая мнимая оборона. Мнимая оборона свидетельствует о наличии фактической ошибки. Поэтому вопрос об ответственности лица, впавшего в подобную ошибку, решается на общих основаниях. В приведенном постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. по рассматриваемому вопросу разъяснено: "Суды должны различать состояние необходимой обороны и так называемой мнимой обороны, когда отсутствует реальное посягательство и лицо лишь ошибочно предполагает наличие такого посягательства. В данном случае, в зависимости от обстоятельств дела, лицо может отвечать за неосторожные действия, либо вообще не подлежит уголовной ответственности, Однако надо иметь в виду, что мнимая оборона исключает уголовную ответственность в тех случаях, когда вся обстановка происшествия давала достаточные основания полагать лицу, применявшему средства защиты, что имело место реальное посягательство, и оно не сознавало ошибочности своего предположения"[536]. В этом отношении характерно следующее дело.

Вечером к квартире, в которой находились Р. и Г., подошла группа народных дружинников и работников милиции, одетых в гражданскую одежду. Один из дружинников держал палку. Р., приняв эту группу за лиц, пришедших для расправы с ним, позвал Г. на помощь, который табуретом причинил легкий вред здоровью Ч. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР нашла, что Г. находился в состоянии мнимой обороны. Сложилась такая обстановка, в которой у него ошибочно возникла уверенность о наличности общественно опасного посягательства.

Мнимая оборона рассматривается по правилам реальной необходимой обороны. Существует мнение, что имеется еще одно требование, предъявляемое к посягательству — его действительность.

Однако сама по себе наличность посягательства охватывает и его действительность. Действительность посягательства является составной частью его наличности. Ученые, включающие в условия правомерности признак действительности, полагают, что он свидетельствует о том, что посягательство существует реально, в объективной действительности, тогда как признак наличности имеет определенные временные рамки, т. е. посягательство началось (или неизбежно начнется в следующий момент) и еще не закончилось. Вопрос о мнимой обороне эти ученые рассматривают при анализе именно признака действительности, не отрицая при этом, что в таких случаях имеет место фактическая ошибка[537]. Некоторые авторы предлагают именовать рассматриваемый признак требованием реальности, говоря о том, что нельзя защищаться от посягательства, которого нет[538]. На самом деле, хотя объективно посягательства нет, однако субъективно, по мнению обороняющегося, оно имеется, т. е. налицо фактическая ошибка обороняющегося.

При необходимой обороне вред причиняется посягающему, а не третьим лицам. Это требование закона предопределяется тем, что право на необходимую оборону возникает вследствие общественно опасных действий посягающего, для пресечения которых ему причиняется вред.