Глубина в небе (сборник) (перевод К. Фалькова) - Виндж Вернор (Вернон) Стефан - Страница 166

На каждой развилке он замедлялся, чуть нажимая руками на стены, и ненадолго включал свет. Поиск, поиск… Даже в отсутствие внешней запитки конденсаторы локализаторов сохраняют достаточно энергии для последней порции кратких вычислений. Располагая приемником-усилителем, он мог считывать результаты… и знал, что находится высоко в башне Хаммерфеста, на той стороне постройки, где расположен групповой зал неотвязников.

К сожалению, ближайшие локализаторы почти истощились. Он проплыл за угол, мимо того места, которое считал самым вероятным. Стены сверкали незамутненным радужным сиянием. Еще несколько метров. Вон там! В алмазной стене прорезан едва заметный круг. Он подлетел к нему и осторожно коснулся панели управления, ввел код. Щелчок, по контуру диска излился свет, и люк откинулся, открывая путь в кладовку. Фам скользнул туда. Тут хранились припасы и туалетные принадлежности.

Он облетел стеллажи и почти пересек помещение, направляясь к более официальному входу, — и тут кто-то открыл дверь. Фам нырнул вбок, расположился рядом с проемом. Визитер протиснулся внутрь. Фам протянул руку и аккуратным движением сорвал наглазники с его лица. Это был Трад Силипан.

— Фам! — Силипан выглядел не так испуганным, как обескураженным. — Какого дьявола?! Ты знаешь, что Анне на тебя зуб точит? Она совсем сдурела, орет, что ты убил Каля Омо и захватил Северную Лапу! — Тут он осекся, сообразив, что появление Фама из кладовки ничуть не более вероятно.

Фам усмехнулся Силипану и пинком захлопнул дверь за его спиной.

— Трад, это правда. Я пришел забрать свой Флот обратно.

— Твой… Флот? — Трад мгновение смотрел на него с ужасом и изумлением. — Фам, да чтоб тебе нагноилось! Ты что затеял? У тебя такой странный вид…

Немного адреналина, немного свободы. Такая смесь творит с человеком чудеса.

Силипан сжался, завидев ухмылку на лице Фама.

— Ты сдурел. Ты же знаешь, что у тебя ни хрена не выйдет. Ты в ловушке. Сдавайся. Может, мы спишем это на временное умопомешательство.

Фам помотал головой:

— О, Трад, я намерен победить. — Он поднял маленький дротикомет так, чтобы Силипан его видел. — И ты мне поможешь. Мы сейчас переместимся в групповой зал, и ты там отключишь всех неотвязников от сети.

Силипан раздраженно дернулся под дулом дротикомета Нювена.

— Невозможно. Нам критически важны их услуги. Для наземной операции.

— Для операции Нау по истреблению пауков? Ну, тем лучше отключить их прямо сейчас. Кстати сказать, это возымеет интересные последствия для вахтмастерова озера.

Фам насквозь видел, что сейчас творится у авральника в голове. Баланс рисков. Фам Тринли, старый собутыльник, фанфарон и трепло, с каким-то сомнительного вида дротикометом, против всей боевой мощи вахтмастера.

— Фам, нельзя. Ты сам в это влез, ты и выпутывайся.

Наглазники, которые Фам с него сорвал и смял в правом кулаке, уже давно издавали сердитое ворчание. Пискнули в последний раз, и дверь кладовки открылась.

— Силипан, да что с тобой такое? Я же сказала, нам надо…

В кладовке появилась Анне Рейнольт. Она сразу просекла расклад, но ей не от чего было оттолкнуться. А Фам среагировал так же быстро. Рука его повернулась, маленький дротикомет выстрелил, и Рейнольт, судорожно дернувшись, отлетела назад. Спустя миг по телу ее прокатился странный приглушенный рокот. Фам развернулся к Траду, улыбаясь еще шире:

— Взрывные дротики, знаешь такую штучку? Проникают в тело, а потом — бум! — и у тебя отбивная вместо кишок.

У Трада лицо стало цвета пепла.

— У… ух… эх… — Он уставился на тело бывшей своей госпожи-рабыни. Было похоже, что он вот-вот обгадится.

Фам ткнул дротикометом Силипана в грудь. Трад опустил взгляд на дуло и застыл как статуя.

— Трад, дружище, ты че такой серьезный? Ты славный авральник. А Рейнольт — всего лишь неотвязница, мебель. — Он указал на тело Рейнольт, которое меж тем перестало содрогаться в конвульсиях и обмякло, как свежий труп. — Давай уберем за собой, и ты мне покажешь, где у неотвязников выключатель.

Он усмехнулся и отпихнул тело с пути. Трад поплыл к двери, трясясь мелкой дрожью. В миг, когда Силипан отвернулся, небрежная хватка Фама стала аккуратной, бережной. «Господи, а прозвучало как настоящий взрыв вместо глушилки с хлопушкой». Он целую вечность таких фокусов не показывал; что, если облажался? Впервые с тех пор, как все закрутилось, паника перекрыла адреналиновую вспышку. Он потрогал ее горло и нащупал сильный, уверенный пульс. Анне парализована и без сознания, всего-навсего.

Фам вернул на лицо прежнюю хищную ухмылку и полетел следом за Традом в групповой зал неотвязников.

54

Все-таки журналисты смеялись последними. Да, Аккорд-разведка заблокировала трансляцию маминой высадки из клинколета; что с того? Спустя несколько минут та оказалась на территории Саутленда, и местные новостные ленты с удовольствием продемонстрировали Викторию Смит, а равно и всех сопровождающих. Какое-то время камеры находились так близко, что она различала внутренний аспект пищевых рук генерала. Мама казалась собранной, воинственной, но… спустя несколько мгновений Викторию Лайтхилл продрал ужас, словно маленькую девочку, а не лейтенанта разведслужбы. С мамой так же скверно, как в утро гибели Гокны. «Мам, ну зачем ты рискуешь?» Ответ Вики уже знала. Участия генерала в неслыханной контрразведывательной операции, которую они с папой затеяли, больше не требовалось; она могла себе позволить отправиться на выручку тем, кого подвела.

В унтер-офицерском клубе было не протолкнуться от паучар, которые в это время суток уже спали бы или искали иных развлечений. В этом месте они чувствовали себя почти что на работе. А «работа» снова стала важнейшей обязанностью любого достойного паучары.

Виктория семенила мимо аркад, давая своим понять, что все в порядке. Наконец взгромоздилась на насест рядом с Брентом. Брат за все время даже шлема не сдвинул. Руки его без устали сновали по консоли. Она тронула Брента за плечо.

— Мама в любую секунду может начать выступление, — предупредила она тихо.

— Да знаю я, — только и буркнул Брент. — Девятая видит нашу операцию, но пока не просекла, что творится. Она думает, что проблема местного значения.

Вики чуть не сорвала шлем с головы брата. «Черт побери, с тем же успехом я могла бы ослепнуть и оглохнуть!» Вместо этого она вытащила телефон из куртки и набрала номер.

— Пап? Мама начинает выступление.

Речь получилась лаконичной. Речь получилась отличной. Она сняла угрозу южан. И что с того? Спускаться туда — все равно риск неприемлемый. На дисплеях над барной стойкой Вики видела, как генерал вручает своему ассистенту, Тиму, копии адресованного парламенту предложения. Может, в конечном счете и сработает. Может быть, путешествие того стоило.

Прошло несколько мгновений. Камеры в зале Парламента сновали туда-сюда, транслируя суматоху. Мама сошла с кафедры, на которой выступала, дядя Хранк ее поддерживал. Навстречу сунулась угрюмая коротышка в темных одеяниях. Педура. Завязался спор…

А потом все это стало не важно. Брент пожал плечами и сказал, даже не снимая игрового шлема:

— Дурные новости. Я потерял их всех. И нашу старую подругу тоже.

Лайтхилл спрыгнула с насеста за аркадной консолью и просигналила своим. Жест ее, хотя и беззвучный, эффектом не уступал пронзительному шипению. Отряд Лайтхилл повскакивал на ноги, все нацепили рюкзаки и понеслись к двери. Брент стянул игровой шлем и рванул за ними чуть впереди Лайтхилл.

Позади удивленно зыркали, но большинство посетителей слишком увлеклись телепередачей, чтобы заинтересоваться.

Команда Лайтхилл успела скатиться по лестнице на два этажа, когда заорали сирены воздушной тревоги.

— Что ты хочешь сказать — потеряли неотвязников? Они кабель перерезали или как?

Неужели Тринли каким-то образом испортил все кабели?