Божественная охота - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 57

Мало-помалу Регъюл, сам всерьез увлекшийся описанием своих странствий по замку Братства, добрался до главного:

– Ваши предположения о близости искомого помещения к библиотеке оправдались, принцесса. Именно в сем святилище мудрости, где паслись на нивах знаний неофиты и вполне просвещенные господа в белом, я обнаружил за гобеленом рассвета запертую дверь (у иного скряги, между прочим, в доме засовов поменьше будет!). Вела она в другой зал… – благополучно миновав скрупулезное описание высоких колонн, мраморного сияющего пола и стен, шести постаментов с книгами, установленных в центре зала на шести лучах мозаики, изображающей восход солнца, призрак перешел непосредственно к содержанию томов, хранящих Устав Братства.

– Счастье великое, в этом фундаментальном труде, досконально расписывающем правила братства, оглавление оказалось в наличии, а то пришлось бы мне просвещаться, вникать, – пожаловался Регъюл.

– Не прибедняйся, – зная о фотографической памяти шпиона, фыркнула принцесса, – тебе глянуть на лист достаточно, и он навсегда в памяти осядет!

– Так я, по-вашему, должен всякой бездарной ахинеей мозги загружать? – возмутился такому непониманию мужчина и засучил в воздухе ногами.

– Справедливо, вопрос снимается, – с усмешкой кивнула богиня. – Надо оставить свободное место для наставлений Источника.

– Цитирую нужный вам пункт, принцесса, – приняв шутку, довольно заявил Регъюл. – «Привилегия членства в Белом Братстве по наследству не переходит и на любую последующую инкарнацию не распространяется. Буде то простой послушник или член Совета, коли рыцарь память о былом в себе пробудил и желаньем горит на путь Света стопы направить, надлежит ему заново все обряды пройти и доказать достоинство свое и радение».

– Великолепно! – захлопала в ладоши принцесса, выражая искренний восторг. – Благодарю за службу, Регъюл! Будь ты во плоти, непременно расцеловала бы!

– Я учту на будущее, в каком виде надлежит являться к вашему высочеству для получения благодарности, и капель сердечных успокоительных прихвачу, чтоб инфаркт не разбил от избытка переживаний, – ухмыльнулся Регъюл и продолжил серьезно: – Не знаю и, пожалуй, даже знать не хочу, в какую переделку и чего ради вы, принцесса, сунули свой восхитительный носик, но был рад помочь.

– Все во имя Лоуленда, все во благо Лоуленда, – торжественно приложила руку к груди Элия.

– Значит, коли Источник будет спрашивать, я могу без утайки отвечать? – благоразумно уточнил дух.

– Непременно, – согласилась принцесса, – как только доблестный шпион, утомленный многотрудным поручением пресветлой богини, вернется из миров в Лоуленд после необходимого отдыха в плотской оболочке, настоятельно рекомендованного самой богиней, он тут же поспешит в грот к Силам и даст обстоятельный отчет.

– Ага, – покладисто кивнул сообразительный призрак, – а как «утомленный шпион» узнает, что он отдохнул? Пресветлая богиня пошлет ему весточку?

– Ну конечно, – милостиво улыбнулась Элия. – А если Источник станет искать тебя раньше, в чем я весьма сомневаюсь, вали все на меня!

– Удивительно, – весело изумился Регъюл, предвкушая честно заслуженный отдых, – оказывается, ваше высочество может давать необыкновенно приятные поручения!

– Наше высочество может все! – гордо заявила богиня, высокомерно задрав носик.

– Как хорошо. – Призрак встал со своего гипотетического сиденья, отвесил богине поклон и исчез из комнаты.

– Нет, не хорошо, отлично! – поправила Элия отсутствующего собеседника и, довольно посмеиваясь, потерла ладони…

– Чему ты так бурно радуешься? – десятком минут позже подозрительно осведомился худощавый, сероглазый и весьма симпатичный (если кому по вкусу эдакая искра безумия в глазах) брюнет в элегантном черно-серебряном камзоле.

Герцог Элегор Лиенский возник в апартаментах богини незваным и нежданным, чтобы леди Ведьме не удалось развернуть его назад решительным заявлением о том, что делать пока нечего и нужно спокойно (интересно, как это?!) ждать. Для пущей показательности своего намерения задержаться в гостях у принцессы даже против ее воли бог моментально плюхнулся в кресло и так крепко сжал подлокотники, будто надеялся выдавить наружу тонкую золотую нить, инкрустирующую светлое дерево.

– Жизни, – расплывчато ответила богиня и благосклонно кивнула Элегору: – Молодец, вовремя заглянул.

Дворянин на секунду помрачнел: опять он, совершенно того не желая, сделал все так, как хотелось леди Ведьме, но тут же герцог отбросил обиду как наскучившую игрушку и жадно спросил, чуть подавшись вперед:

– Какие новости?

– Поддельная Карта и настойка пересмешника в процессе сотворения, зато скоро к нам должен зайти Нрэн. Пообщаетесь, – просветила приятеля Элия.

– Зачем? – насторожился Элегор, склонив голову набок. Тщательно уложенная густая шевелюра словно бы только и дожидалась своего шанса – распалась на отдельные пряди, и одна из самых нахальных моментально упала на правый глаз владельца.

Герцог терялся в догадках. Если сам он, сильно напрягшись, еще мог отыскать в беседе с богом войны какое-то мазохистское удовольствие, то уж Нрэн-то точно с большей охотой перецеловал бы всех жаб и лягушек в Садах Всех Миров, чем вступил бы в диалог с сумасшедшим Лиенским. Тем более после того как Элегор стал свидетелем приступа безумства, нахлынувшего на бога в мирах. А может быть, в этом все и дело? Вдруг воитель решил вызвать на дуэль и устранить нежелательного свидетеля? Нет, тогда он не стал бы искать встречи с Элегором в гостиной Элии. Леди Ведьме герцог был пока нужен.

– Чем больше ты будешь знать о Белом Братстве, тем удачнее справишься с ролью Белого Командора Брианэля. Это даже Нрэн понимает, – развеивая туман подозрений герцога, пояснила богиня.

– Ясно. – Элегор, словно лампочка в тысячу ватт, вновь засветился едва сдерживаемым энтузиазмом.

– А тем временем можешь развеяться, почитать, просветиться. – Элия подтолкнула через низкий стол в сторону приятеля массивную книгу-агитку о Белом Ордене, позаимствованную в королевской библиотеке тайком от зоркого ока Оскара Хоу.

Элегор глянул на заглавие, кисло кивнул и принялся прилежно изучать подсунутое чтиво. Леди Ведьма на то и ведьма, чтобы отомстить за вторжение в ее покои без разрешения столь коварным способом. Даже возмутиться нельзя! Сама же вредная женщина, словно в насмешку или ради воспитания силы воли Лиенского, листала великолепно иллюстрированный сборник.

Поистине никто и никогда (а уж тем более Лиенский!) не радовался столь бурно визиту принца Нрэна, как сам герцог в тот благословенный час, когда великий воитель вошел в комнаты богини Элии, дабы спасти не трепещущие под пятой темного угнетателя миры, а одного несчастного дворянина, замученного религиозно-возвышенной мутью.

Нрэн слегка помрачнел при виде вездесущего Элегора, его надежда застать принцессу в одиночестве в который раз с грохотом разбилась о дно пропасти под названием Реальность. Однако несокрушимый дух мужчины выстоял. Кому, как не ему, было не понаслышке знакомо упрямое слово «Долг» (именно с большой буквы). Ничем более не выказывая раздражения, Нрэн вежливо кивнул в ответ на отвратительно бодрое приветствие Элегора. К удивлению принца, сумасбродный герцог, кажется, был искренне рад его видеть.

– Нрэн, не буду вдаваться в подробности, если кратко, план таков, – начала богиня, подождав, пока кузен возьмет стул, перенесет его ближе к уголку, где обосновались Элия с Элегором, и сядет. – Поскольку ты врать не можешь, а если и попытаешься, то провалишь задание, мы, используя немагические средства и помощь Повелителя Межуровнья, собираемся придать облику Элегора внешнее сходство с тобой, вручить безупречно-фальшивую Карту и отправить его на аудиенцию в Белое Братство. Он доложит о выполнении поручения, вернет Совету Карту, разломает медальон ордена и эффектно удалится, не забыв изобразить гнев и разочарование.

– А почему разломает? – с интересом уточнил Элегор, вовсе не из протеста перед разрушительной дерзостью, а просто вникая в роль.