Безрассудные сердца - Винн (Уинн) Бонни К. - Страница 65

Рэнди пожал плечами.

— Мне этого достаточно. Что я должен сделать?

— Проследи за ним, когда будете работать на скотном дворе. Посмотри, нет ли в его поведении каких-нибудь странностей. Поручи ему работу поблизости от усадьбы, чтобы он не уходил за ее ближайшие пределы.

— Ну, это нетрудно.

— Надеюсь, пока все.

Рэнди складывал лассо.

— Ты слишком много беспокоишься, Бойд.

— Кажется, в последние дни я только этим и занимаюсь.

Поколебавшись, Рэнди произнес:

— Не знаю, как спросить, но скажи, между тобой и миссис Ферчайлд все в порядке?

Бойд никак не прореагировал на его слова. Было ясно, что сплетни о них достигли практически всех. Только ожидание ее решения в отношении многочисленных брачных предложений задерживало занесение ранчо в черный список. И он понимал, что это всего лишь временная отсрочка.

А что будет с Абигейль, если ее внесут в черный список? Никто из перекупщиков не согласится перегонять ее скот на продажу. Поставки товаров и провианта будут прекращены. Рабочие откажутся у нее работать, и ранчо Трипл-Кросс умрет.

Бойд уклонился от ответа.

— Я рассчитываю на тебя, Рэнди. Мы можем потерять все.

Множество эмоций отразилось на лице Рэнди, но он только хлопнул Бойда по плечу.

— Черт возьми, Бойд, все еще утрясется.

Бойд опять погрузился в раздумья, как делал каждую минуту с того самого момента, когда телеграмма Камерона О’Доннелла положила конец близости, возникшей между ним и Абигейль. Он рассеянно кивнул Рэнди, развернулся и умчался обратно через поле, поросшее высокими дикими травами, приминаемыми копытами его коня.

Подозрения возрастали. После рассказа Рэнди Бойд начал следить за Камероном О’Доннеллом и заметил, что тот в последнее время начал вести себя еще тише. Не забывая о лживых обвинениях, некогда выдвинутых против него самого, Бойд не хотел прямо расспрашивать Камерона о его прошлом. И в то же время он понимал, что не может позволить незнакомцу подорвать благополучие Трипл-Кросс.

Если Джон Симс работает на Паттерсона, они узнают об этом очень скоро. Пока Паттерсон придерживался выжидательной тактики. И если именно он организовал кражу скота и покушение на убийство, то такая тактика служила хорошей маскировкой его действий.

Кроме того, был еще Карутерс — достаточно обозленный, чтобы распускать слухи и начать работать на человека, предъявившего свои права на Трипл-Кросс. Земли, которые ранее казались надежной защитой, вдруг стали поводом для угроз и опасений.

В ушах Бойда все время звучали слова Джем Мак-Интайр. Что, если, уехав, чтобы спасти Трипл-Кросс, он действительно передаст Абигейль в руки убийц? Не говоря уже о том, что он не мог себе представить чьи-то руки на ее теле. Жгучая ревность охватила его.

Это чувство еще более крепло оттого, что ему приходилось наблюдать цепочку претендентов, торопящихся по пятам за Абигейль. Бойд понимал, что они добиваются ее руки не ради ее самой, что им нужны только ее земли, но это мало утешало.

Пробормотав ругательство, Бойд поскакал к северной границе ранчо. Пока что он будет защищать Трипл-Кросс и надеяться, что этого окажется достаточно, чтобы не дать в обиду Абигейль.

Абигейль смотрела на Джошуа Ходжеса с возрастающей неприязнью. Навязчивый ухажер, он становился источником дополнительных трудностей, в которых она вовсе не нуждалась. Ходжес повадился навещать ее почти каждый день, несмотря на полученный отпор.

— В субботу вечером в городе будут танцы, — заявил Джошуа. При этом его шея и лицо приобрели неприятный цвет свеженарезанной свеклы. — Съезжается почти весь город. Я буду счастлив, если вы поедете туда со мной.

Она глубоко вздохнула, призывая на помощь все свое терпение и напоминая себе, что человек, стоящий перед ней, обладает не большим тактом и не большей проницательностью, чем подросток. «Чем подрастающий бык», — поправилась она. Его потеющее тело было втиснуто в неуклюжий, плохо сидящий костюм, в котором он наносил Абигейль визиты со времени первого появления в ее доме. В потных руках он, как всегда, мял свою шляпу.

— Мистер Ходжес…

— Джошуа.

— Джошуа. Я рада, что вы подумали обо мне, но никак не могу отправиться с вами на танцы.

— А почему?

Абигейль нахмурила брови. Он впервые потребовал объяснений.

— Я не намерена это обсуждать.

— Ваше время истекает, — заявил он прямо и открыто, как бы в противовес своему обычному бормотанию.

— Может быть, и так, но мои причины — это мои причины.

— В качестве вашего предполагаемого мужа…

— Не говорите так. — Ей с трудом удалось преодолеть отвращение. — Я честно вела себя с вами с первого вашего визита, подчеркивая, что испытываю к вам чисто товарищеские чувства. И это все.

— Значит, слухи о вас и вашем старшем работнике правдивы?

Абигейль побледнела. Несмотря на свои отношения с Бойдом, ее выводили из себя брошенные в лицо попреки. Она понимала, что кровь закипает еще и потому, что именно Джошуа Ходжес, это ничтожество, делает такие ханжеские заявления.

— Я полагаю, что наш разговор окончен.

— И вы даже не пытаетесь опровергнуть это утверждение?

Она встала и, к своему облегчению, заметила, что Миранда, оберегая ее, крутится около двери.

— Я убедилась, что люди, которые прислушиваются к сплетням, сами жаждут поверить наихудшему.

— Может быть, потому, что это правда, — заметил он.

— А в таком случае, я полагаю, вы вряд ли захотите сопровождать меня на танцы, — спокойно ответила она, исполненная достоинства.

Миранда уже проникла в комнату на пару шагов.

— Тогда я ухожу.

— Это лучшее, что вы можете сделать. — Абигейль двинулась, чтобы проводить его до выхода, но Ходжес промчался вперед нее, распахнул дверь и выскочил наружу.

— Хорошо вы его отшили, — сказала Миранда, когда дверь за ним захлопнулась.

— Еще один враг. — В голосе Абигейль звучала тревога, она повернулась к своей домоправительнице: — Только этого мне сейчас не хватает.

— Никто из них не воспримет ваш отказ доброжелательно, миссис Ферчайлд. — Немножко поколебавшись, Миранда добавила: — А от ваших ответов на их предложения зависит многое.

— Нет нужды бродить вокруг да около, Миранда. Я никогда не заблуждалась в отношении того, что все они якобы очарованы мною.

— Это не значит, что они не могут оказаться очарованными, — льстиво заметила Миранда.

— Спасибо за комплимент, но по сравнению с тем, что я владелица ранчо, мои чары просто не принимаются в расчет.

Миранда глубоко вздохнула.

— Даже если бы вы предпочли кого-нибудь из них, а не Бойда, все равно вам трудно будет примириться с мыслью, что они домогаются заполучить ранчо, а не вас.

— Я никогда не думала, что смогу оказаться в подобной ситуации. Но моя жизнь очень изменилась.

— Вы и сами изменились.

— Ты так думаешь? — спросила Абигейль, размышляя над тем, что именно имеет в виду Миранда.

— Я затрудняюсь выразить это словами. — Миранда пожала плечами, и ее лицо приобрело сосредоточенное выражение. — Это нечто большее, чем научиться ездить верхом и управлять ранчо. Вы стали другой. Вы не просто сидите в стороне и наблюдаете, как разворачиваются события, — вы заставляете их происходить.

Абигейль никогда не пыталась проанализировать изменения в своей жизни, за исключением любви к Бойду. Может быть, она действительно стала сильнее и больше вовлечена в происходящие события. Но она понимала, что такие изменения не могли произойти без участия Бойда.

— Конечно, если бы я не лезла повсюду и не уволила бы Карутерса, нам не пришлось бы стать объектом сплетен.

Миранда молчала так долго, что Абигейль пришлось спросить ее:

— В чем дело?

Пожав плечами, та нервно водила пальцами по краю стола.

— Слухи пошли еще раньше. Не столько о ваших отношениях с Бойдом, сколько о том, что вы решили участвовать в перегоне скота и прочем.

— Разве? — Ей в который раз пришло в голову, что если бы она послушалась советов Бойда, то избежала бы многих неприятностей.