Невеста императора (СИ) - Кай Ольга - Страница 99

Сознание того, что совсем скоро Александра навсегда покинет их мир, не проявивший по отношению к ней ни гостеприимства, ни доброты, жгло Яна куда сильнее, чем мысль о том, что возможно девушка влюблена в его брата. Признавшись самому себе в том, что любит, Ян не надеялся на взаимность, и потому не испытывал ревности, лишь тупую боль, которую считал вполне заслуженной и далеко не достаточной платой за все причиненное им Александре зло. Сейчас девушке, скорее всего, не терпелось вернуться домой, но выполнить свое обещание Ян мог лишь после коронации Дамиана, который как император позволит ему открыть проход в мир Александры, а пока… Пока до этого события оставалось около суток, а потом еще и прием, на котором Александра будет присутствовать. Не желая больше терять ни минуты драгоценного времени, Ян отправился на поиски девушки. Он почему-то точно знал, где сможет ее найти, и сразу пошел к обрыву над морем.

Бывшая императрица леди Александра все в том же цветастом платьице, что и накануне, сидела недалеко от края обрыва на траве. Услышав шаги Яна, девушка обернулась и тут же встала, отряхивая платье. Ее губы тронула улыбка.

— Добрый вечер, — поздоровался Ян.

— Здравствуйте, Ян! — ответила девушка. — А разве Тригор разрешил вам сегодня вставать? Я заходила к вам утром, хотела принести завтрак, но вас уже не было.

От этих сказанных с легким упреком слов у Яна потеплело на душе.

— Но я вас понимаю, — добавила Александра. — Ваши обязанности не дают вам оставаться в стороне от всего, что происходит. Ведь уже завтра коронуют Дамиана, а сегодня…

Девушка запнулась и замолчала. Ян понял, что она вспомнила о казни Эрин.

— Надеюсь, вы хотя бы ее не станете жалеть, — негромко произнес Ян, словно размышляя вслух.

— Нет-нет! — поспешно заверила его Александра. — Я помню, что она сделала, и потому не жалею ее. Просто… просто у меня тяжело на душе. Столько всего случилось…

— Все уже позади, — мягко сказал Ян. — Вам больше не о чем волноваться.

Девушка пожала плечами и откинула голову, отчего ее волосы заструились по спине, спускаясь ниже лопаток. В свете клонящегося к горизонту солнца каштановые локоны Александры приобретали медовый оттенок. Однако налетевший внезапным порывом прохладный ветер, донесший отдаленные раскаты грома, нарушил теплое очарование картины, растрепав волосы Александры и бросив их девушке в лицо.

— Я странно себя чувствую. Вспоминаю то, что я делала, и мне иногда кажется, что это была не я, а кто-то другой! До сих пор поверить не могу, что я могла… — она тряхнула головой, прогоняя вставшие перед мысленным взором кровавые видения. — Но вы правы, Ян, все уже позади, и я постараюсь больше не думать об этом.

Девушка отвернулась, глядя на волнующееся море. Ветер крепчал, становился сильнее, и вот под сверкание молний и грохот грома с неба упали первые капли. Саша задрала голову, подставляя падающей воде лицо.

— Вы промокнете, — заметил Ян. — Лучше вернуться во дворец.

Девушка отрицательно покачала головой, и Ян пожалел, что у него нет с собой плаща, который он смог бы предложить Александре. Желтоглазый принц полностью понимал девушку, потому что ему и самому не хотелось сейчас уходить со скалистого берега. Несмотря на начало осени, удивительно теплой после прохладного лета, капли не были холодными, но Александра в быстро промокающем платье все равно могла застудиться. Однако когда девушка обернулась, Ян увидел на ее лице довольную улыбку.

— Люблю грозу! — крикнула Александра и, тряхнув мокрыми волосами, рассмеялась. Взгляд ее остановился на непроницаемом лице Яна.

— Простите, Ян, я как-то не подумала, что из-за меня вы тоже промокнете, — вдруг смущенно призналась она.

Подобрав юбку, Саша последний раз окинула взором море, поливаемое дождем, и снова обернулась к Желтоглазому:

— Побежали!

Быстро бежать в туфлях по скользким камням неопрятных после разрушительного вмешательства Эрин дорожек у Александры не получалось. С веселым смехом Саша, в очередной раз поскользнувшись и удержавшись на ногах лишь благодаря поддержавшей ее руке Яна, разулась, и держа в одной руке обувь и подобранный подол платья, другую положила в ладонь Желтоглазого.

Оказавшись на крыльце, Саша всунула ноги в легкие туфельки, чтобы не стоять босиком на холодном камне, однако внутрь заходить не спешила. Облакотясь о перила, девушка с восторгом наблюдала перерезающие небо ломаные линии молний и сбегающую по стокам ручьями воду. После сильной, слепящей вспышки она обернулась к стоящему позади Яну с восторженной улыбкой на мокром лице. Желтоглазый смотрел на нее в упор, и Саша, вдруг почувствовав себя неловко, поспешила отвернуться. А Ян следил за сползающими по волосам Александры каплями воды и думал, что перед ним сейчас стоит самая необычная девушка из всех, кого он знал: после всего произошедшего она не только сохранила способность искренне радоваться, она еще и улыбалась ему, ему, которого должна бы люто ненавидеть. Было бы вполне логичным и объяснимым, если б после смерти Сайриса охраняемая Дамианом Александра не вспомнила о младшем брате будущего императора, но нет, она нашла его, умирающего, на поле боя, даже пыталась вылечить, еще не понимая, что потеряла все свои силы. Ян помнил склоненное над ним взволнованное лицо Александры, когда, несмотря на ранение в голову, он из последних сил пытался не потерять сознания, и теперь был почти уверен, что видение это не было сном. Помнил то ощущение блаженства, когда, открыв глаза в своей комнате, увидел именно ее. Нет, девушка поистине была чересчур добра к нему, и совесть говорила Яну, что он поступает абсолютно бесстыже, пользуясь ее добротой и находясь рядом с нею, тогда как Александра, возможно, уже устала от вида его вечно мрачной желтоглазой физиономии. Однако Ян не мог заставить себя уйти сейчас, к тому же что-то подсказывало ему, что Александре вовсе не неприятно его общество. Это было странным, но Ян не искал объяснений, а просто оставался рядом, пока это было еще возможно.

И все же со стороны Яна нехорошо было бы потворствовать легкомысленному отношению Александры к собственному здоровью, поэтому он снова попытался убедить девушку поступить благоразумно.

— Вы можете простудиться, — сказал он. — Вам лучше пойти к себе и переодеться в сухое.

Саша небрежно отмахнулась от этого замечания, передернув плечами:

— Не волнуйтесь, ничего со мной не случится! А если что, Дамиан всегда сможет вылечить меня. Хотя… — она пристыжено умолкла и обернулась. — Хотя вряд ли стоит сейчас отвлекать его от дел. Вы правы, Ян, мне стоит переодеться, пока я не заболела, но… но так не хочется отсюда уходить!

Это признание, а также молящий взгляд темно-зеленых глаз застали Яна врасплох, хотя и не поколебали его решимости уговорить девушку не рисковать здоровьем, но в это время раздался цокот копыт по подъездной аллее, и к главному крыльцу приблизились двое всадников. Оба человека были знакомы Александре как полководцы повстанческой армии Яна, и в одном из них девушка узнала лорда Вильта. Всадники спешились и взошли на крыльцо, тогда только заметив желтоглазого принца и бывшую императрицу леди Александру. Коротко поздоровавшись, полководцы скрылись во дворце, успев однако окинуть неодобрительным взглядом фигуру леди Александры в мокром платье, неприлично облепившем тело, и стоящего рядом с нею Яна с суровым выражением лица.

Ян также проводил двоих полководцев далеким от доброжелательного взглядом, в котором сквозило раздражение. Ему не понравилось, как Вильта смотрел на Александру, и зная, что этот лорд обязательно будет на завтрашнем приеме, решил приглядеть за ним.

— По-моему, они как-то странно на нас смотрели, — прошептала Александра, поднимая на желтоглазого принца чуть смущенный взгляд.

Досадливо поморщившись, Ян ответил:

— Не обращайте внимания.

Она была совсем рядом, такая милая и родная, что невозможно было оторвать взгляд, и до боли хотелось обнять ее за плечи, ласково пробежать ладонью по спине и затылку, прижать к себе крепко-крепко и целовать это мокрое от дождя лицо. Однако закаленная годами выдержка не позволила Яну ни на миг потерять контроль над собой.