Вакцина смерти - Градова Ирина - Страница 47

– Управлять гениями? Мой опыт говорит о том, что занятие это неблагодарное!

– Возможно, но на короткое время оно может обеспечить нормальную работу. А дальше в ход вступают другие умения руководителя – способность талантливо интриговать и сталкивать интересы различных партий во имя достижения цели.

– Ну, ты у нас, как я вижу, спец! – рассмеялся майор. – Только вот, сколько тебя знаю, ты сам все пашешь, как ломовая лошадь.

– Не всем удается легкая жизнь, Артем Иванович, – усмехнулся Андрей. – Как говорится, кто везет…

– Того и погоняют, это верно! – закончил фразу Карпухин.

– Но неужели ты действительно думаешь, что Шарипова могла убить Кармина?

– Шут ее знает… С одной стороны, старая любовь не ржавеет, но ведь, с другой – разве мало известно случаев, когда люди от разочарования убивали как раз тех, кто им особенно дорог? В любом случае эта тетка что-то знает, но вот что? Я послал в Сиверскую ребят – порасспрашивать у соседей о том, не ошивался ли кто вокруг бывшего дома Яны Ерошкиной. Если окажется, что Шарипова там побывала, то можно сразу ее брать!

– Женщина… – неуверенно пробормотал Андрей.

– А ты помнишь, что профессора переехал поезд? – перебил майор. – Толкнуть под него легко может даже ребенок! Но мне все же кажется, что версия с «Медресурсом» более жизнеспособна: Кармин с ними что-то не поделил, и они решили его убрать. Так что буду двигаться в этом направлении, пока нет другой информации. Ну, а после визита в ЗАО я, пожалуй, закончу все дела с Громовым. Он до сих пор молчит, как воды в рот набрал, но полагаю, если я расскажу ему все, что удалось узнать, парня все же удастся разговорить!

– Вот, – сказала Ручка, передавая майору пластиковый пакет с дисками. – Здесь все, что удалось отыскать, но два диска где-то затерялись… Ума не приложу, что именно вы надеетесь увидеть!

– Это уж мне решать, – невозмутимо ответил Карпухин. – Могу я осмотреть лабораторию?

– У вас и такой ордер имеется?

У Артема не было официального разрешения на осмотр помещений – только на изъятие записей, но он надеялся на чудо. Его не произошло. Уже в дверях майор обернулся и спросил:

– Работает ли у вас женщина по фамилии Рымкевич?

– Да вы что, смеетесь? – пожала плечами заместитель генерального директора ЗАО «Медресурс». – Откуда же мне знать всех, кто тут работает?

На самом деле Артем схитрил: он знал, что Рымкевич действительно числится в компании, – его человек звонил в отдел кадров, и там информацию подтвердили. Однако он постоянно ловил себя на мысли, что дама с внезапно проснувшейся совестью и непреодолимым желанием поведать ему страшную историю про кражу из лаборатории опасного вируса подвернулась удивительно вовремя. И разве не примечательно, что человек, обвиняемый в краже, не просто эмигрировал из страны, но и сгинул на необъятных канадских просторах? А то, что «Медресурс» замолчал факт пропажи… Конечно, такое вполне можно представить – руководство боялось того, что широкая общественность узнает об утечке вируса, причем как раз на фоне растущей истерии в отношении эпидемии гриппа с большим количеством смертельных случаев, и все же – почему сейчас, не раньше и не позже? Стоило Артему наведаться в ЗАО, как чуть ли не на следующий день примчалась эта Рымкевич…

Он надеялся зайти по пути в отдел кадров, но охранник в униформе, огромный и жутко неразговорчивый, всем своим видом давал понять, что кровь из носу выполнит приказ Ручки доставить незваного визитера до выхода, не отклоняясь от заданного маршрута. Спорить смысла не имело – оснований для этого у Карпухина пока не было. На улице стояла по-настоящему весенняя погода. Впервые за долгое время выглянуло солнце, и подтаявший, пористый, как непропеченное тесто, снег, почерневший от грязи и выхлопных газов, высокими горками лежал вдоль расчищенных дорожек, ведущих к зданию «Медресурса». Дворничиха в распахнутом тулупе собирала снег деревянной лопатой и аккуратно закидывала то на горку слева, то на горку справа. Солнце припекало, и женщина, размотав платок, принялась складывать его, чтобы положить в карман. В этот момент взгляд майора упал на ее лицо. Это лицо было ничем не примечательным – таких в городе тысячи, однако Артем никогда не забывал лиц. Несмотря на тулуп и платок, сомнений быть не могло. Быстро подскочив к дворничихе и одним движением развернув ее к себе, он изумленно проговорил:

– Здравствуйте, мадам Рымкевич, – ну надо же, какая встреча!

Артем приземлился на стул в допросной и в ожидании Громова уставился на железную дверь. Перед ним на столе лежали документы, добытые стажером Трофименко, которые многое меняли. Через несколько минут появился Антон в сопровождении румяного охранника с бритым затылком. Мужчина сильно изменился со времени их последней встречи, еще в кабинете у Карпухина, – похудел, осунулся, выражение лица мрачное и угрюмое. Ну, конечно, пребывание в СИЗО никого не красит и вряд ли прибавляет оптимизма.

– Зачем вы меня вызвали? – глухо спросил Антон. – Я ничего…

– Знаю, знаю – вы не виноваты и ничего не знаете! – прервал его майор. – Присядьте-ка, поболтаем по душам.

– Да уж, с вами – и по душам! – хмыкнул Громов, тем не менее усаживаясь на краешек стула.

– Слушай, друг, – не реагируя на слова ученого, обратился к охраннику Карпухин, – организуй-ка нам кофейку с… пряниками какими-нибудь, что ли?

– Есть, товарищ майор! – кивнул тот и отправился выполнять поручение.

– Пряники ничего не изменят, – с опаской глядя на сидящего напротив майора, заметил Антон. – Мне по-прежнему нечего вам сказать.

– А вот в этом я не уверен, гражданин Громов, – покачал головой Карпухин и двинул лежащую перед ним папку по направлению к Антону.

– Что это?

– Да вы почитайте, почитайте, я подожду. Начните вот с этого, – Артем извлек из папки вскрытый конверт и положил его перед собеседником. Тот вытащил аккуратно сложенные листки бумаги и углубился в чтение. Едва начав, Антон вскинул удивленные глаза на майора, но Карпухин сделал ему знак продолжать. Закончив, Громов дрожащими руками вновь сложил письмо.

– А здесь, – майор указал на папку с документами, – содержится столько материала на ЗАО «Медресурс», что хватит затолкать за решетку всех, кто причастен к афере со штаммом атипичного гриппа, то есть все руководство компании и непосредственных исполнителей. Теперь вам совершенно нечего опасаться, и я настоятельно рекомендую рассказать всю правду. Вам больше не надо хранить молчание. Что именно вам известно? Как вы можете прокомментировать содержание этого письма, написанного профессором Карминым за несколько дней до гибели?

Громов буравил взглядом собственные руки, лежащие на столе. Его пальцы сжимались и разжимались, отчего костяшки то белели, то приобретали багровый оттенок. Наконец он поднял голову.

– Если я расскажу, – сказал он, – вы можете гарантировать безопасность моей семье?

Павел невероятно гордился тем, что майор Карпухин поручил ему первое самостоятельное задание. Еще больше его распирало от сознания того, что Александру Гавриловну Иващенко он нашел сам, один, опросив кучу народу. Она казалась очень старой. В двадцать с копейками любой человек старше пятидесяти кажется стариком, но Александра Гавриловна и в самом деле походила на ожившую мумию, причем мумию при полном параде – с шиньоном в высокой прическе и макияжем на морщинистом лице.

– Ну, молодой человек, что будете пить? Могу предложить коньяк, бренди, красное вино…

Трофименко неуверенно взглянул на большие позолоченные часы с боем, висящие на стене, большую часть которой занимали многочисленные фотографии в рамках: они показывали начало десятого утра.

– Э-э… – протянул он, думая, как бы повежливее отказаться, боясь спугнуть старушку. Карпухин учил Павла тому, что к каждому «клиенту» необходимо подобрать «ключик», а сделать это можно, только установив эмоциональный контакт. «Сделай их своими друзьями, – говорил майор. – Создай впечатление, что вы давно знакомы, и тогда признания польются из них, хоть пробкой затыкай!» Честно говоря, Трофименко не представлял себе, как создать у Иващенко впечатление давнего знакомства: когда она родилась, даже его деда с бабкой еще и в проекте не было! Однако старушка сама пришла на выручку.