Мауи и Пеле держащие мир - Розов Александр Александрович "Rozoff" - Страница 272

— А вот этого не надо, — строго сказал он, — Никакой вербовки, только удачное сочетание вашей ослепительной женственности и моей солдафонской тупости, приведет к тому, что я раскрою великую тайну места, куда перевезены заряды будущих атомных бомб Народного флота.

— Вы что, издеваетесь? — напрямик спросила она.

— Нет, я просто помогаю вам завоевать доверие руководства CIA к вашей миссии.

— Но, — предположила спецагент Смит — ядерного топлива в этом тайном месте не будет.

— Там будет то, что вам нужно найти, — загадочно ответил штурм-капитан.

— М-м… В каком смысле?

— В том смысле, что вы передадите эти координаты, и данные спутниковой и высотной съемки покажут наличие там утечки радионуклидов. Дальше, ваше начальство отрапортует о находке комитету Конгресса по ядерной безопасности, или еще кому-то, я не знаю, как у вас принято. Начнутся требования в адрес нашего правительства допустить в это место экспертов. Как учит Великая Хартия, по такому поводу правительство должно обратиться в Верховный суд. И оно, конечно, туда обратится. А верховный суд скажет: «на хрен этих американских экспертов». Вы умываете руки — вы ведь нашли обогащенный уран, а отнимать его, это уже не ваша работа.

— Понятно, — сказала она.

— Затем, — заключил Ми-Го, — вы поедете на Таити, выслеживать японских роботов, собирающих альтернативные источники зарядов для атомных бомб на Кладбище космических кораблей.

….

*56. Наша земля — это небо

Паровой самоходный экорафт представлял собой 100-футовую прямоугольную отливку из пластифицированного пенобетона. Паровая машина с гребными колесами позволяла этому чуду идти со скоростью 10 узлов. Сейчас оно приближалось со стороны Реннелла к лагуне Рифов Неизбежности, так что экипаж фрегантины, уже стоявшей в лагуне на якоре, получил возможность оценить суровую красоту стимпанковского дизайна. Эрлкег, Ригдис и Лирлав, увидев экорафт, схватились за коммуникаторы с видео-камерами. Корвин решил на всякий случай подготовить знакомство своего экипажа с экипажем экорафта, поэтому, не дожидаясь сближения кораблей, передал Ригдис роль капитана фрегантины, а сам оседлал аквабайк, прокатился пару миль и аккуратно причалил к пенобетонному прямоугольнику.

Экипаж экорафта состоял всего из четырех персон:

Лейтенант-инженер Ематуа Тетиэво, «humi» с Тувалу, 40-летний темнокожий дядька с очень хитрыми, но в то же время доброжелательно-спокойными черными глазами, круглолицый, и с наметившимся брюшком характерным для меланезийцев этого возраста.

Мичман Рут Малколм, в меру спортивная 19-летняя евро-креолка флоридского происхождения.

Капралы Фнир и Ормр Малколм, близнецы на два года младше Рут, крепкие мальчишки слегка фермерского вида. Короткие жесткие гривы — укороченные «ирокезы», заменявшие девушке и двум мальчишкам обычные человеческие прически, свидетельствовали об их отношении к субкультуре панков (что соответствовало дизайну их специфического парохода).

— Охренеть, как мы соскучились! — объявила Рут, и картинно чмокнула Корвина в щеку.

— Ага! — согласился Ормр, глядя в бинокль, — Ты снял классных подружек! Познакомишь, e-oe?

— Точно, кэп Корвин, задницы у них просто обалдеть! — добавил Фнир, тоже глядя в бинокль — А сиськи маловаты, но, это не важно. Ведь главное в женской эстетике — задница, а не…

— Сам ты задница! — перебил Ормр, — У девчонок Корвина классные натуральные сиськи, а не те подкачанные буфера, что у фотомоделей.

— Заткнитесь, нах, оба! — рявкнула Рут, — И бинокли уберите! А то наставили, блин, объективы.

— Убираем-убираем, — сказал Фнир, — уже и так все видно.

— Так, ребята, — строго произнес Корвин, — это не мои подружки, а мои коллеги, и я вас прошу: относитесь тактично, потому что…

…Он не успел завершить эту словесную презентацию, потому что два корабля уже достаточно сблизились, и Эрлкег крикнула с борта фрегантины:

— Алло!!! На рафте!!! У вас есть нормальный кофе??? А то у нас фигня какая-то!!!

— Есть кофе!!!! — заорала в ответ Рут Малколм, — Нам на Бугенвиле подарили целый мешок!!!

— Решено, — сказал Ематуа, — экипажи пьют кофе, а командиры совещаются на мостике.

— А вы с Корвином что, не будете пить кофе? — удивилась Рут.

— Будем, — ответил лейтенант-инженер, — если любимый экипаж принесет кофейник на мостик.

…За чашкой кофе Ематуа кратко пояснил Корвину, как была выполнена поставки подводного оборудования фирмы «Tochu» в Меганезию в обход международного эмбарго.

В порту Огасавара на малых японских островах Бонин, лежащих между Основной Японией и Микронезией, супер-лайнер «Дредноут» встал к причалу, чтобы принять на борт 2200 молодых японцев по дисконтным турпутевкам. Одновременно туда же в порт Огасавара пришло обычное океанологическое судно из Кагосимы. И произошла рокировка. 30-метровый комплекс для выполнения подводных работ, закрепленный под днищем океанологического судна, ушел под днище «Дредноута». А ведро необработанных алмазов с бывшего австралийского прииска на Вануату, перешло в сейф суперкарго океанографического судна (каковой суперкарго Фудзивара Ямато, приходится сыном Фудзиваре Нибори, главе холдинга «Tochu» — какое совпадение!).

Когда «Дредноут» (с грузом под днищем) двинулся к Соломоновым островам, произошло одно незапланированное, но удачное событие: в игру включилась Джоан Смит из CIA. По прибытии «Дредноута» на Реннелл, она с туземным гидом поехала на рифы Неизбежности, и выполнила несколько погружений с аквалангом. Она обследовала атомоходы, затонувшие в лагуне, и сняла видео, показывающее, что корпуса вскрыты, реакторы демонтированы, а цилиндры, содержащие ТВЭЛы, исчезли. Это видео ушло в Лэнгли, и Рифы Неизбежности перестали интересовать CIA. Интерес теперь сфокусировался на островке-стратовулкане Урепарапара в 700 км к востоку.

Тем временем автоматизированный комплекс для подводных работ, переместился из-под днища «Дредноута» под днище экорафта, и был перемещен на 80 км к Рифам Неизбежности, где на дне лагуны лежали три цилиндра с ТВЭЛами. ТВЭЛы не вывозились отсюда, а были замаскированы в стороне от затонувших кораблей, и «доктор Смит» их не заметила. Теперь, благодаря японскому комплексу, их можно без риска разобрать и извлечь несколько центнеров обогащенного урана, а посторонние не будет следить — ведь разведка доложила: ТВЭЛов здесь уже нет…

Ематуа Тетиэво завершил рассказ и сделал несколько глотков кофе.

— Понятно, — сказал Корвин, — красивый карточный фокус. Но при чем тут Урепарапара?

— О! — произнес 40-летний меланезиец, хитро улыбаясь, — Без этого нам не удалось бы замкнуть информационное кольцо. Ведь согласись: если тут ТВЭЛы пропали, то где-то они появились. Я читаю на твоем лице резонный вопрос: почему «доктор Смит» поверит, что ТВЭЛы увезены на маленький необитаемый вулканический остров Урепарапара на севере Вануату?

— И почему же? — спросил резерв-штаб-капитан.

— Я начну издалека, — объявил Ематуа, — в незапамятные времена мощное извержение раскололо конус вулкана от вершины на северо-восток до самого океана. Так возник узкий фьорд, который переходит в сеть подводных пещер, спускающихся почти до магматических горизонтов, богатых актиноидами. Оттуда поднимается газообразный полупродукт радиоактивного распада — радон.

— А! — Корвин кивнул, — Мы намекнем, что этот радон травит из поврежденных ТВЭЛов!

— Да. Сейчас штурм-капитан Пиркс, наверное, уже выстраивает этот намек.

— Почему Пиркс? Вроде бы этой дамочкой из CIA занимался штурм-капитан Ми-Го.