Мауи и Пеле держащие мир - Розов Александр Александрович "Rozoff" - Страница 252

— Вот в этом, — сказал мексиканский метис, и повертев в воздухе черным конвертом с красной надпечаткой: «Секретно. Вскрыть в 11:00 в присутствие только командира подразделения». Я впервые такое вижу. И у Пиркса точно такая же. А больше вроде ни у кого.

— А! — сказал штаб-лейтенант, — Так, это прямой приказ Верховного суда на спецзадание.

… - Ни хрена себе, подарочек в последний день… — произнес кто-то за соседним столиком.

… - Ты что, охренел так каркать?! — одернули его.

… - Ой, блин… Я случайно.

… - По дереву постучи, — скомандовал кто-то из доморощенных знатоков колдовства. Вот как бывает. Все пакуют рюкзаки, чтобы лететь по домам, и только кому-то выпадает специальное задание последнего дня массовой милитаризации.

Канада. Провинция Онтарио. Торонто. 28 февраля, час с четвертью после полуночи.

(20:15, 27 февраля в Гонолулу, 15:15, 28 февраля на Палау).

У большинства не канадцев слова «Королевская канадская конная полиция» вызывают какие-то ассоциации с эпохой бизонов в прериях, охотников за скальпами, и героев Фенимора Купера. На самом деле это современная полиция, у которой по традиции сохранилось название «конная». По функциям в Канаде она эквивалентна FBI плюс бюро Интерпола в США. Разумеется, борьба с экстремизмом и терроризмом входит в компетенцию Конной полиции. После теракта «9/11» в соседних США, парламент Канады стал выделять на эту борьбу полтора миллиарда долларов ежегодно. По итогам десятилетия выяснилось, что четверть этих денег просто украдена. А три четверти, как и во всем «Западном мире», пошли на построение тотальной системы слежки за обычными гражданами (ведь среди них проще всего искать экстремистов!). Круглые сутки, без перерывов и выходных, стаи полицейских виртуальных роботов прочесывают Интернет и ищут граждан, преступивших политкорректность и призвавших кого-то к чему-то не толерантному.

В эту ночь Питт Гарденеру, младшему офицеру info-отдела Конной полиции Торонто повезло несказанно: робот приволок к нему на терминал НАСТОЯЩИЙ ПРИЗЫВ К ТЕРРОРИЗМУ!!! Конечно, Гарденер тут же запустил сетевую программу, распечатал результат ее работы, и без промедления помчался в кабинет старшего офицера Джека Биверса.

— Ты чего, Питт, поймал реинкарнацию Бен-Ладена? — спросил старший офицер, с сожалением оторвавшись от просмотра очередной части ночного TV-сериала «Хочу любить!».

— Джек, ты не поверишь! Наши феминистки вывесили в Интернет призыв убивать арабов!

— Стоп-стоп, Питт! Какие именно феминистки? Их ведь до хрена. И каких именно арабов? Их больше, чем до хрена. Не всех же их… Это… Короче, давай конкретнее.

— Вот, — сказал Питт Гарденер, и протянул старшему офицеру распечатку.

— Вот… — проворчал Джек Биверс, и начал читать, комментируя по ходу дела, — …Как-как эти феминистки называются? «Kjokkenmoddinger»! Черт, что за слово? Язык сломать можно! А, я смотрю, тут у тебя про них распечатано… Так… Первобытная культура, предположительно распространенная по умеренным широтам Северного полушария, и строившаяся на свободной добыче даров моря… Так… Ведущую роли играли женщины… Древние методы фридайвинга, отмечавшиеся в книге Жака Майоля «Человек-Дельфин»… А при чем тут арабы?

— Там дальше, в тексте манифеста, — подсказал Гарденер.

— А, вижу. Манифест: «Убить ради будущего». Вот, черт! Они что, за решетку просятся?

Младший офицер Гарденер пожал плечами, предоставляя старшему коллеге самому решить, просятся ли феминистки за решетку. Тот хмыкнул и продолжил чтение и комментирование.

— Ну, что тут? Обычные расистские диаграммы. В провинции Онтарио уже половина жителей дефективные выходцы из исламских стран… Канадцы смирились с шариатом… Есть районы, опасные для женщин в открытой одежде… Наши власти запрещают TV-программы и сайты, открывающие людям глаза на… Бла-бла-бла… А! Вот интересно! Парламентарии и крупные чиновники подкуплены арабскими банкирами, мечтающими о «всемирном халифате», где у женщин будет не больше прав, чем у домашней скотины. Арабские банкиры — главные враги, подлежащие уничтожению ради будущего… Первый список… А кто эти арабы в списке?

— Там сноска внизу, — снова подсказал младший офицер.

— А, вижу. Родичи каких-то эмиров. Дубаи. Абу-Даби. Катар. Саудовская Аравия… Что-то я не понимаю. Ни одного человека из этого списка нет на территории Канады. И в чем смысл?

— Откуда мне знать, Джек? — резонно ответил Питт Гарденер.

— Да, действительно, откуда… А кто они такие, эти психованные феминистки?

— Хрен их знает, — младший офицер снова пожал плечами, — просто, это какая-то общественная организация, учтенная по заявлению в уведомительном порядке. Их 15 человек. Там в конце я распечатал все про них. Возраст от 18 до 26 лет, живут сезонными случайными заработками в компаниях, ведущих деятельность в акватории Великих Озер и Гудзона. Вроде, эти девчонки профессионально ныряют без акваланга, и поэтому их работа обходится дешево.

Старший офицер покивал головой, читая страницы с персональными данными, а потом вдруг удивленно затряс головой.

— Что за фигня, Питт? У тебя напечатано, что они вчера улетели в Ла-Пас, но не прилетели.

— Я сам не понимаю, Джек. Так в компьютере. Вот здесь они прошли паспортный контроль на выезде из Канады. Вот их самолет прибыл в Ла-Пас, и на мексиканском въездном паспортном контроле ни одной из пятнадцати девчонок нет. Будто они испарились до посадки.

— Что-то мне это совсем не нравится, — пробормотал Джек Биверс.

— Вот-вот! — радостно поддержал Питт Гарденер, — Вдруг они настоящие террористки?!

— Это, конечно, вряд ли… — старший офицер Биверс зевнул, — …Но, у нас есть повод объявить «желтый код». Ты еще не видел, как это делается?

— Нет, не видел. А как?

— Сейчас увидишь. Развлечемся по полной. Значит время у нас сейчас 02:04. Печатаем акт…

Это же время (02:04 в Торонто, 16:04 на Палау). Небо в 1000 км к северу от Палау.

Boeing-797 «Hoax» шел со скоростью 450 узлов курсом 260 (иначе говоря, на запад с малым уклонением к югу), в эшелоне 12.000 метров. Экипаж не ожидал никаких событий до входа в воздушное пространство Филиппин (по графику — через час с лишним). Погодные условия в эшелоне были спокойные, никаких действий экипажа по стабилизации полета не требовалось, автопилот справлялся сам. Экипаж пока отдыхал и расслаблялся, что вполне нормально.

Индикатор «опасное сближение с неопознанными объектами» (называемый еще «птичьим радаром» — поскольку, создавался именно для профилактики столкновения с птицами) вдруг запищал и замигал. Возможно, экипаж успел удивиться: какие птицы на такой высоте? И, в последнюю секунду, кто-то из экипажа мог увидеть два маленьких объекта, не похожих ни на самолеты, ни на птиц, с огромной скоростью приближающиеся встречным курсом. И — самое последнее: будто белые снежинки, вырастающие прямо перед остеклением кабины.

Это пилоты двух «крабоидов», выполняя встречную атаку, надавили гашетки скорострельных пулеметов, выбрасывающих сотню малокалиберных пуль в секунду. Стекла рассыпались, и из просторной кабины вырвался теплый воздух, уступив место разреженному встречному ветру, запредельно-морозному, набегающему со скоростью более 200 метров в секунду. Не все пули поразили кабину — сколько-то досталось и несущему фюзеляжу, серии дыр нарушили четкую аэродинамическую форму, и 80-метровое летающее крыло, стало вращаться вокруг невидимой наклонной оси, соскальзывая в штопор…

…Два крабоида проскочили слева и справа от него, и ушли на циркуляцию.

— Метеобаза Пиерауроа, это Кальмар-Прима, вижу серебристые облака в стратосфере, — сказал штурм-капитан Ми-Го в микрофон дальней связи по сети OYO, затем переключил тумблер на локальную микроволновую связь, — Алло, напарник! Прикинь, он даже не загорелся!