Мауи и Пеле держащие мир - Розов Александр Александрович "Rozoff" - Страница 238

— Есть получше, — ответил флит-лейтенант, — но ваши парни выбрали именно моту Вале.

— Ты нормальный, или нет?! — воскликнула Жасмин, — Наши парни тут ни хрена не знают, вот и выбрали, что попало. Так трудно было им подсказать, где островок получше?

— Что ты сразу наехала? — спросил он, — Ваши парни вообще у нас не спросили, а устроили там лагерь и начали заниматься своей работой. А я что, должен лезть к ним со своими советами?

— Ну, ты, Бокасса, вообще даешь! Вы теперь же наши союзники, или что?

— Ты это к чему, Жасмин?

— Как это к чему? Союзники друг другу помогают, ясно? Если ты приедешь на Гавайи, то мы с Диасом точно тебе подскажем, где плохо останавливаться, а где хорошо! Вот ты скажи: где тут ближайший нормальный островок?

— Вот, — Бокасса показал рукой направление, — моту Катава, в миле к норд-вест от нас. В ноябре, правда, там деревня сгорела, а так, хороший островок, почти весь зеленый.

— А правда, неплохой островок! — оценила Жасмин, снова применив свой бинокль, — Там как, не занято? Наши парни могут перетащить лагерь туда? Вы поможете? Вот! Это же другое дело!

Составив, таким образом мнение о правильной диспозиции, она потормошила за плечо Ксену Теккерей, которая еще продолжала разговаривать с мужем по телефону.

— Слушай! Скажи Раджу: пусть собирают барахло! Надо переезжать вот на тот островок.

— Что-что? — удивилась Ксена.

— Вот на тот островок, я говорю! — повторила Жасмин, тыкая пальцем в сторону моту Катава.

*50. Стратегия кооперации с, как бы, союзниками

Крылатый катер-болид выскочил из темноты в освещенный прожектором сектор около пляжа, шлепнулся с полуметровой высоты на воду, и по инерции выкатился на песок. Фонарь почти самолетной кабины отодвинулся назад и, под аккомпанемент шелеста останавливающегося воздушного винта, прозвучал голос мичмана Рглара.

— Хэй, парни! Ваша служба авиа-доставки реальные дебилы.

— Ничего не получилось? — спросил лейтенант Макфи (который временно остался за старшего командира в лагере, поскольку другие два офицера, Теккерей и Леймер, как и сержант Уокер, гостили на «архитектурной» фрегантине по причине приезда своих жен).

— Спокойно, Филипп, все получилось, — ответил Бокасса, спрыгивая на песок, — сонар-сканер и компрессор лежат в грузовом отсеке, это сзади.

— Вытаскивайте сами, — добавил Рглар, тоже вылезая из кабины, — мы искали эти штуки, и еще затаскивали из воды внутрь, короче нам хватило.

— Эйб, возьми двух парней, и вытащи оборудование, — распорядился Макфи.

— Да, сэр, — ответил сержант Доусон, и вместе с двумя рядовыми двинулся к болиду (точнее к экраноплану класса «морской конек»).

А Бокасса и Рглар, сняв и убрав в карманы очки-ноктовизоры, подсели к маленькому костерку, вокруг которого собралась небольшая компания не спящих американских бойцов.

— Чертовски здорово, что вы нашли наши контейнеры, — сказал Макфи, — честно, спасибо. Я не понимаю, почему самолет прилетел только на закате, и сбросил груз не в бухту, а хрен — куда.

— Почти в центр лагуны, — сообщил мичман Рглар, — а почему, это ты у вашего пилота спроси.

— Вообще-то ясно почему, — заметил Бокасса, — вся эта ваша поисковая операция разработана с недопустимой торопливостью, и, как следствие, все делается через жопу.

Филипп Макфи покивал головой, признавая правоту этого вывода, а потом спросил:

— Бокасса, а что ты думаешь про золотую баржу?

— Про баржу с золотом Махди? — уточнил меганезийский флит-лейтенант, — Трудно сказать. По совокупности слухов получается, что такая баржа, скорее всего, существовала. Другой вопрос, действительно ли она затонула с кучей золота на борту где-то в Лантонской бухте. Если это правда, то остается еще вопрос: не добрался ли до нее кто-нибудь за прошедшие три месяца.

— А по-моему, — сказал сержант Енох Ханвил из «SEAL-s», — все это чертовски странно.

— E-o, — согласился мичман Рглар, — слишком похоже на истории с картами пиратских кладов.

— Значит, по-твоему, золотой баржи нет? — поинтересовался Патрик Кловер из «Дельты».

— Не то, чтобы ее вообще нет, — ответил меганезийский мичман, — я думаю, Бокасса прав насчет слухов. Что-то ведь их вызвало. Но, вряд ли на этой барже пять тонн золота. Если команданте Армадилло правда подрезал корабль с пятью тоннами золота Махди, то не меньше половины разошлось по рукам в первый месяц революции. Прикиньте: это оружие, боеприпасы, и фрахт самолетов, чтобы привезти бойцов с запада, с Филиппин, и с востока, из Южной Америки.

— А вдруг, — спросил рядовой Натан Джонсон, — золота Махди было больше, чем пять тонн?

— Все говорят, что было ровно пять тонн, — заметил Енох Ханвил.

Флит-лейтенант Бокасса покачал головой.

— Нет, Енох, это не аргумент. Как говорил наш преподаватель аналитической фольклористики: «дизайн частных мифов обладает свойством конвергенции и коацервации».

— Чего? — пораженно выдохнул Патрик Кловер из «Дельты».

— Пардон, ребята, я выразился слишком академично, но это была цитата.

— А по-человечески можешь объяснить? — спросил Патрик Кловер.

— Aita pe-a, — Бокасса кивнул, — возьмем Элладу в эру ранней античности, еще до формирования крупных городов, таких, как Афины, Спарта, Коринф, Микены. Там было множество деревень с довольно продвинутым населением, и в каждой были свои мифы о богах и героях, хотя многие персонажи мифов были общие. На ярмарках жители разных деревень, между делом, конечно, рассказывали друг другу свои мифы. Возникали споры, и каждый приводил какие-то доводы в пользу своей версии. Так постепенно, миф становился общим, в нем выстраивался сюжет, и мы сегодня удивляемся, насколько эстетичны, и в то же время, логичны, мифы Эллады.

— Надо же… — боец «Дельты» почесал в затылке. — …Интересно. Но при чем тут золото Махди?

— Такая же эволюция сюжета, — пояснил Бокасса, — про золото Махди ходили всякие рассказы и выдумки. Рассказчики спорили, аргументировали, и постепенно возникла одна версия. По ней количество золота — пять тонн, носитель — баржа, место затопления — Лантонская бухта. Если подождать еще год, то внутренние противоречия сгладятся, и будет красивый логичный миф.

— А что, если мы все же найдем эти пять тонн золота? — спросил лейтенант Макфи.

— Это понятно, — Бокасса улыбнулся, — ваше правительство получит примерно треть миллиарда долларов золотого обеспечения, выпустит под него шесть миллиардов «воздушных» долларов, раздаст банкам, и они выдадут эти воздушные пузыри вам, ребята, в кредит под грабительские проценты. А миф о золоте Махди, увы, разрушится, так и не дойдя до уровня красивого эпоса.

— Я о другом, — сказал Макфи, — вы что, дадите нам так запросто вывезти пять тонн золота?

— Конечно, дадим. Ведь Конвент вам обещал, а обещания у нас четко исполняются. Это можно назвать социально-психологическим фундаментом честной экономики без банков и финансов.

— Только не надо нас агитировать за вашу анархистскую хартию, — проворчал Патрик Кловер.

— Я не агитирую, — Бокасса снова улыбнулся, — просто, к слову пришлось.

Атолл Тинтунг, моту Катава, 2 февраля. Раннее утро.

Возвращение капитана Теккерея, лейтенанта Леймера и сержанта Уокера вместе с любимыми женщинами в уже перенесенный лагерь поисковой команды, был встречен соответствующими приколами, и жизнерадостным ржанием. Отделение, дежурное по кухне, сварило специальный триумфальный кофе «первым солдатам США, побывавшим с секс-миссией на меганезийском военном корабле». Практичная и эмоциональная Жасмин Уокер, дополнительно взбодренная большой кружкой этого кофе, немедленно приступила к вопросу нормализации хозяйства.