Мауи и Пеле держащие мир - Розов Александр Александрович "Rozoff" - Страница 178

— Кенни, — окликнул он бармена, — принеси такой же кофе подполковнику.

— Запросто сэр, — отозвался парень за стойкой.

— Доброй ночи, сэр, — поздоровался Том Томпсон.

— Приглядись, разведка, это похоже на добрую ночь? — отреагировал адмирал.

— Честно говоря, не очень похоже, сэр.

— Совсем непохоже, Том. Ну, выкладывай, ты понял что-нибудь в этом дерьме?

— Надеюсь, что да, сэр. Это почти точно был обстрел с воздуха зажигательными снарядами.

— Гм, однако… Как ты так шустро успел прийти к этому выводу?

— Я опросил вахтенного помкэпа с супертанкера, сэр. Он слегка в шоке после вынужденного прыжка за борт. Там все в шоке, кто успел прыгнуть за борт. А кто не успел…

— …С теми все ясно, — договорил Карл Наттс, — так что говорит этот помкэп?

— Он клянется, что видел, как с неба ударил невидимый луч плазмотрона.

Адмирал Наттс покачал головой.

— Ну, он долбанный артист. Как можно увидеть невидимый луч?

— Я тоже об этом спросил, сэр, а он ответил, что видел, как на палубе плавится металл, будто тепловой луч бьет в одну точку. Он говорит: это как если бы палубу вскрыли электросваркой. Понятно, что плазмотрон, это болтовня, но моряк видел то, что видел, и я так думаю: это или термитный состав, или пирогель. А упасть это могло только сверху.

— Складно, — оценил адмирал, — а почему это не мог быть обстрел с берега из миномета?

— Я тоже задумался о диверсанте-минометчике, сэр, но непохоже. Я могу объяснить…

— Не надо, Том. Я доверяю твоим мозгам. Значит, был авиа-налет.

— Ваш кофе, подполковник, — сказал бармен, аккуратно ставя чашечку на широкий парапет.

— Спасибо, Кенни.

— Никаких проблем, — ответил бармен, широко улыбнулся, и ушел обратно за стойку.

— Никаких проблем… — проворчал адмирал Наттс, — …Кроме одной. Знаешь, Том, в чем наша главная и единственная серьезная проблема?

— Боюсь, что нет, сэр.

— Не притворяйся. Ты знаешь. Все, у кого есть хоть одна извилина в мозгах — знают. Ладно, я сделаю вид, будто поверил, что ты не знаешь, и скажу. Америкой управляют долбоебы. Из-за этого Америка получила Перл-Харбор в 1941-м, Вьетнамский синдром в 1967-м, взорванный Манхэттен в 2001-м, и получит просранную тихоокеанскую войну в этом году. А ты знаешь, почему я тебе об этом говорю именно сейчас? Не делай наивные глаза. Отвечай, не дрейфь.

— Я думаю сэр, это потому, что операцией «Горизонт надежды» командует генерал Кэлхаун.

— Ну, слава богу! Твои мозги отлично работают, ты все правильно понимаешь.

С этими словами, Карл Наттс допил кофе и помахал рукой бармену. Тот махнул в ответ, но многозначительно произнес

— Адмирал, я сварю еще, но имейте в виду, столько кофеина на ночь…

— …Перестань, Кенни, какая ночь? Через три часа уже рассвет.

— Мне тоже повторить, если можно, — добавил Том Томпсон.

— Никаких проблем, подполковник, — ответил бармен, и включил кофейный автомат.

— Никаких проблем… — снова повторил за ним адмирал, и оценил взглядом оранжевое зарево, которое продолжало расширяться… — Как ты думаешь, Том, кто это сделал?

— Тут и думать нечего, сэр. Это стиль нези. Все одно к одному.

— Верно, Том. Только вряд ли эта логика устроит великого стратега. Кэлхаун мечтал получить четвертую звездочку и войти в действительный состав Объединенного комитета начальников штабов, а вместо этого может вылететь в отставку. У него всего две недели. 20 января Кодд уступит Дарлингу место в Белом доме, а Дарлинг закроет этот проваленный проект. Значит, Кэлхауну надо доказать, что «Горизонт надежды» не провален, а потери связаны с атаками мощной враждебной силы, которую, ценой наших тяжелых потерь, удалось остановить.

— Простите, я опять не понял, сэр! Какая тут еще может быть сила, кроме нези?

— Сосредоточься, Том, и скажи: кто наш самый мощный потенциальный противник?

— Красный Китай, сэр. Но ведь он не участвует в этом конфликте.

— Про Красный Китай, — ответил адмирал Наттс, — ничего неизвестно точно. Поэтому многие влиятельные долбоебы верят, что легенда о китайском следе спасет их репутацию…

— Адмирал, — встрял бармен, — кофе готов. Может, вы с Томом сядете за столик?

— Спасибо, Кенни. Пожалуй, ты прав.

Они устроились за столиком, и Карл Наттс, глотнув кофе, продолжил:

— …Так вот, эти кретины, думая, что спасают свою репутацию, окажутся в таком дерьме, по сравнению с которым то, что ты видишь в гавани, просто цветочки. Тогда они будут топать ножками в своих модных дорогих ботинках, и требовать, чтобы парни вроде нас решили их проблему. И нам придется это делать, потому что это наша работа. Ты понимаешь?

— Да, сэр. Это я понимаю.

— Вот и хорошо Том. Наш доктор напишет что ты, в борьбе с пожаром, получил ожоги, или отравление угарным газом, и ты полетишь в двухнедельный отпуск по боевому ранению.

— Куда именно надо лететь, сэр?

— Недалеко. В штат Йап, Федеративные Штаты Микронезии. Прокатись по всем аэродромам, используемым воздушными извозчиками, контрабандистами и пилотами-любителями, найди неформальные контакты с Конвентом, и намекни, что скоро Госдеп предложит переговоры.

— Сэр! — удивленно произнес Томпсон, — Вы правда думаете, что Госдеп предложит боевикам-анархистам какие-то переговоры?

— Я просто уверен в этом, — ответил адмирал, — потому я тебя и отправляю за контактами. Мы должны заранее готовиться к выполнению этой задачи. Когда нам дадут приказ, мы четко и быстро выполним его, и получим красивые отметки в личные файлы. Вот так честным путем делается карьера. Долбоеб Кэлхаун прокатится на нашей шее и, видимо, получит четвертую звездочку на погоны, но мы и все наши парни тоже будем в плюсе. Я в тебя верю, Том.

*39. Жизнь полна сюрпризов, а в военное время — особенно

Город Окленд — единственный мегаполис Новой Зеландии, расположен на западе Северного острова, на перешейке между двумя заливами — один из самых морских городов мира. Иногда Окленд называют «городом парусов». Яхт-харбор Окленда, особенно в зимний сезон (летний для Южного полушария) напоминает лес из-за множества парусных яхт с высокими мачтами. Британцы считают Окленд самым британским городом Южного полушария, а жители США считают его самым американским. В общем, американскими туристами, которые из-за военных (миротворческих) действий попали в тяжелое положение на Фиджи, Тонга и Самоа, и были эвакуированы на Футуна, сегодняшнее прибытие в Окленд воспринималось, как праздник. В смысле, для тех 24 туристов, которые отделались «легким испугом». Для пятерых туристов последствия были тяжелее, так что они до сих пор еще толком не пришли в себя. А семеро персон были указаны, как туристы, но являлись военнослужащими ВМФ США с погибшего авианосца «Вудро Вильсон». Власти Новой Зеландии узнали об этом только сейчас — когда военно-транспортный «Апельсиновоз» Народного флота, выгрузив 36 персон на причал, уже разбежался по спокойной воде бухты, взлетел, и развернулся к северу — домой.

«Вот и верь после этого людям, — хмуро произнес старший офицер новозеландской полиции, посмотрел вслед улетевшему меганезийскому самолету, а затем сообщил семерым военным морякам флота США, — В общем, придется вызвать контрразведку и все такое, ведь у вас ни документов, ни униформы, и это не мои проблемы, это война и политика, понимаете?».

И, вскоре после произнесения этой фразы, лейтенанты Рамирес и Скопс, сержант Кигэйт, и матросы Болдуин, Горн, Морс, и Сантано, оказались переданы новозеландским военным, а те немедленно перевезли их на катере на вспомогательную военную базу Пакуранга-Бэй. После морской прогулки американские моряки попали в казарму, явно напоминающую гауптвахту.

— Вот и посмотрели страну Длинного Белого облака, — хмуро заключила Энн Морс.