Драйв Астарты - Розов Александр Александрович "Rozoff" - Страница 282

Представители влиятельного японского политического блока «Возрождение Ямато» приводят другой анализ ситуации. Они считают, что минирование спасло Японию, находившуюся уже на грани сдачи Токио. Если принять их точку зрения (которая в некоторой степени подтверждается фактом китайской торпедной атаки у Идзу), то получается, что японскому правительству надо сейчас заботиться не об экономике отдельных индустриальных районов, а об отражении китайской агрессии. Некоторые американские аналитики не исключают, что это действительно так. Китай в течение полувека создавал крайне мощный военный флот не для того, чтобы ограничиться оккупацией Рюкю и ещё нескольких сравнительно небольших архипелагов.

Итак: мнения разделились. Мы продолжаем следить за развитием событий.

------------------------------------------------------------------------------

Эврика повернулась к Есано Балалайке и игриво подмигнула.

– А что на это скажет гражданин загадочной империи Цин-Чао?

– Скажет, – ответила та, – что у американских аналитиков каша в мозгах. Они все время путают Цин-Чао с Красным Континентальным Китаем. Красному Китаю, может быть, интересно оккупировать Нихон, а нам этот Нихон на хрен не нужен. Пусть красные забирают это в дополнение к Северным Рюкю и бахаются, если хотят. А мы – не КНР.

– …Вы не КНР, а Тайвань? – предположила Эврика.

– Нет. И не Тайвань. Хотя Тайвань нам конечно ближе. Мы сами по себе.

– Вот как… Ага… А если я не поверю, ты обидишься и надуешься.

Манчжурская японка улыбнулась и отрицательно покачала головой.

– Нет. Это нормально. Четверть века назад никто не верил, что Меганезия сама по себе. Верно? Одни говорили: это происки красных китайцев, другие – что политическая игра бразильцев, а третьи – что началась тайная борьба Канады за долю в Океании.

– Зачётный заход, – признала меганезийская алеутка. – Чисто экологический, да, Люси?

– Не знаю, – Люси пожала плечами. – У меня друзья экологи, а я так, слегка сбоку.

– Ага! И что тебе видно сбоку?

– Ну… – Люси почесала в затылке, – …мне кажется, эти аналитики уперлись носом в Тихоокеанскую акваторию, а надо смотреть в сторону Китая. Для красных китайских оффи на Японии свет клином не сошелся. Вокруг есть ещё Синяя Корея, Филиппины, Малайзия и Сингапур. Вьетнам с технически примкнувшим к нему Лаосом лучше не трогать, но обгрызть север Индонезии и юг Таиланда можно легко. Договориться с индийскими оффи, которые начали делить Индокитай с другого конца, взять на долю малую некоторых товарищей с Тимора и из китайско-малайской мафии, и вперед. Да, кстати, у Красного Китая с Китаем-Тайванем союз только до следующего поворота кармического колеса. Дружила кошка с мышкой, пока не проголодалась. Во как!

Феликс Тринидад Бенитес скептически хмыкнул, бросил вопросительный взгляд на Хагена, получил в ответ утвердительный кивок и вытащил сигарету из яркой пачки мпулуанских «Оngo-Willem Plant». Бенитес курил редко, но когда такие заходы…

– Люси, ты так здорово расписала аппетиты краснопузого дракона. Но кроме КНР на планете ещё кое-кто есть, ты в курсе?

– Я в курсе, бро, – юная меганезийка кивнула. – Кое-кому отдадут Сингапур, а если поторговаться, то добавят бывший Бруней и курортный филиппинский Палаван. И прикинь: кое-кто запросто согласится, как согласился взять Окинаву и Иводзиму и продать кое-кого из союзников.

– Настоящих друзей нельзя купить, но можно продать, – добавил Хаген.

– Ну, блин! – Возмутился Бенитес. – В жёлтых морях очередной раз все всех дурят, и сильные давят слабых, а моя страна опять получается крайняя. Я не понимаю, вы-то, канаки, за что не любите Америку?

Эврика дружески похлопала его по плечу.

– Не заводись, бро. Откуда ты взял, что канаки не любят Америку? Ты американец с Гавайев, ты что, не летал на атолл Джонстон и на атоллы Северных Лайн?

– Летал, – неохотно согласился он.

– Ну, и сильно тебя там не любили канаки? – Иронично поинтересовалась она. – Ага, молчишь, как тунец в салате! А там, где у ваших оффи чудесные союзники: в Европе, Аравии, Японии, там любят янки? Прилетает туда янки и сразу весь в цветочках, а?

– Да ну вас, – Бенитес махнул рукой, – вечно вы, канаки, все вывернете наизнанку.

– Это ты выворачиваешь, – возразила она, – а я говорю то, что реально по жизни.

– Реально, – буркнул он, – я не удивлюсь, если выяснится, что всю эту кашу заварило меганезийское Гестапо. Не просто же так вышло, что все вокруг в дерьме, а вы – нет.

– Ну, конечно,- невозмутимо ответила Эврика, наливая ему ещё пива. – Жаль, сто лет назад не было Меганезии, а то бы из-за нас разбомбили Перл-Харбор и Хиросиму. Я недавно слушала вашего президента, и он сказал, что Меганезия виновата в мировом финансовом кризисе. Интересно, кто до нас был виноват в этих мировых кризисах?

– Ты передёргиваешь, – проворчал американец.

– Ага! – Эврика кивнула. – Нас этому специально учат в школе на уроках риторики.

Есано Балалайка, успевшая дожевать кусок мяса, вернула разговор на шаг назад.

– Люси, а с чего это ты взяла, что Красный Китай так запросто всё хапнет? Может ты думаешь, что нам без Америки и ответить не чем?

– Не знаю, – Люси качнула головой. – А кому – нам? Типа список в студию.

– Ну, начнем с Тайваня, – сказала Балалайка. – Хотя не только с Тайваня. Знаешь, мы, манчжуры, много с кем умеем договариваться. А Красный Китай не очень-то может воевать на семь морских фронтов сразу. И будь уверена, в Пекине это понимают.

– ещё скажи, что у вас манчжуров, будет атомная бомба, – подколол Бенитес.

– Уже есть, – ответила она, приглядываясь к очередному куску мяса и решая вопрос: поместится ли это в её некрупный организм после всего ранее проглоченного.

– Ты шутишь? – Удивился он.

– Не шучу, – ответила Балалайка. – А что тут такого? Не будды горшки обжигают.

…

19. Война ведется ради выгоды. Кто не понимает этого?

=======================================

Ливень с грозой и порывами штормового ветра резко начался перед рассветом. Когда восемь персонажей проснулись от серии оглушительных ударов грома и сползлись в кают-компанию «скворечника», Лвок, заразительно зевая, пошутила: «Типа, это уже не дождик, но ещё не тайфун». Пири хмыкнул, одобрительно пошлепал её по попе и стал варить какао (а чем ещё заниматься в таком месте в таких условиях?).

Собранный за полтора дня корпус на Донг-Ша сразу стал называться «скворечником», поскольку Тино, Гвэн, Кэн, Фэй, Линси, Юн, Пири и Лвок по генеральной легенде считались (цитата) «Международной орнитологической базой, изучающей изменения миграции птиц, вызванных глобальным потеплением и сменой картины течений». В генеральную легенду, как обычно, верили только люди, совсем далекие от ситуации, поэтому имелась суб-легенда. Никакие они, конечно, не орнитологи (они вообще птиц различают только в кулинарном смысле), а персонал первой экспериментальной базы совместного патруля – по образцу совместных патрулей на юге Тихого океана. Это выглядело достаточно достоверно для экипажей китайских и канакских транспортов, которые должны были периодически забрасывать на Донг-Ша те или иные грузы…

Кэн Инхэ прижался лицом к прозрачной наклонной стене, закрылся с двух сторон ладонями, чтобы не мешал свет лампы и, вглядевшись в темноту сквозь стекающие по внешней стороне стены струи дождя, спросил: