Драйв Астарты - Розов Александр Александрович "Rozoff" - Страница 143

– Как вы относитесь к католицизму? – спросили из динамика.

– Настороженно отношусь, – ответил он, – Причину я назвал. С другой стороны, есть несколько видов католицизма, в частности – океанийский, в которых нет концепции насилия над окружающими людьми в вопросах стиля. В начале мая я был на атолле Кэролайн, в Ист-Кирибати, в католическом храме, и мне в нем понравилось именно отсутствие диктата в стиле. Правда, в расположенном там культовом кафе, огромный сухопутный краб спер мое пирожное, но я отнесся к этому с пониманием. Эти крабы, «пальмовые воры» разводятся на Кэролайн на экспорт, как декоративные животные.

– Как вы относитесь к научным инициативам Папы Римского и кардинала Жюста?

– Если честно, – сказал Фрэдди, – то как к попытке прицепить свою старую телегу к заднему бамперу гоночного автомобиля… Или к хвосту самолета. Но, поскольку они выполняют полезную роль посредников между европейскими властями и крупными аэрокосмическими партнерствами Океании, я признаю, что инициатива позитивная.

– Что вы думаете о перспективах проекта «Caravella»? – послышалось из динамика.

– О! Наконец-то мы перешли к теме, ради которой собрались. Ради такого события я, пожалуй, вылезу на берег… Тем более, вода слишком горячая, если на мой вкус…

Канадец выбрался на деревянный настил и накинул на плечи полотенце, а ему в руку немедленно сунули кружку с местным темным элем.

– Замечательно! – объявил он, сделав глоток, – Большое спасибо. Итак, «Caravella». Я опасался, что после выстрела «Баллисты», мне придется ждать следующего столь же знакового события очень долго… Но, вот: марсианский проект. «Caravella», это прежде всего, технология, обеспечивающая по-настоящему высокие скорости пилотируемого полета в космосе. Это – с моей узко-специальной точки зрения. А для большинства заинтересованных лиц важна не сама технология, а возможность за две недели достичь потенциально – обитаемой соседней планеты.

– Вы считаете, что Марс можно приспособить для жизни? – спросил кто-то.

– Смотря, что под этим понимать, – ответил Фрэдди, – Если терраформинг…

– Да! – донеслось из динамика.

– …То, – продолжал он, – я отношусь к этому скептически. Смотрите: на Венере у нас имеется почти земная гравитация, и проблема лишь в избытке солнечной энергии, и в избыточном атмосферном давлении. От этого можно избавиться путем «астероидной зимы», что сейчас и делается в проекте «Ballista». На Марсе проблема в очень слабой гравитации, крайне разреженной атмосфере и недостатке солнечной энергии. Холод можно устранить локально, с помощью лабысла. Слабая гравитация, сама по себе, не является проблемой, но из-за нее на Марсе очень слабая атмосфера. Увы…

Фрэдди многозначительно развел руками.

– Милый, ты бы переоделся во что-нибудь сухое, – сказала Жанна, – Тут не экватор.

– Да, действительно… – согласился он, – Надеюсь, я здесь никого не шокирую, если переоденусь, не прерывая нашего семинара… Итак, атмосфера Марса. её среднее давление – 700 паскалей, это примерно в полтораста раз меньше, чем на поверхности Земли. А теперь, тот из вас, кто правильно ответит на вопрос: что случиться при этом давлении с человеком без скафандра? получит галлон хорошего виски за эрудицию. Я специально повторяю: без скафандра. А кислородный аппарат у этого человека есть.

– Кровь закипит, – раздался чей-то ответ из динамика.

– Ответ понятен, – сказал канадец, – ещё какие мнения?

– Лопнет грудная клетка, – предположил кто-то.

– Лопнет? Гм… ещё варианты?

– А кислородный аппарат с маской? Глаза защищены? – послышался вопрос.

– Допустим, с маской, – сказал Фрэдди, – что тогда?

– А в баллоне чистый кислород? – поинтересовался женский голос.

– Допустим, чистый, и что тогда?

– Тогда – ничего такого, – ответил тот же голос.

– Первые пять минут, – уточнил мужской голос, интересовавшийся маской, – а потом начнет болеть и распухать кожа. Можно намазаться спец-кремом, типа силикона, и работать около получаса. А можно ли дольше – не знаю.

– На редукторе надо выставить давление 20 кило-паскалей, – добавил женский голос.

– Примерно одну пятую нормального земного давления? – спросил канадец.

– Ага. По чистому кислороду это как обычное парциальное давление на Земле.

– Так-так… Интересный ответ… Вы оба из одной команды?

– Типа, да, – ответил мужской голос.

– Что ж, попробую вас опровергнуть. Итак, ваше тело оказалось непосредственно в марсианской атмосфере, давление которой 700 паскалей. Температура вашей крови примерно 37 по Цельсию. При такой температуре и марсианском давлении кровь, как обычный слабый водный раствор, неизбежно вскипит. Что вы на это скажете?

Возникла пауза, а потом женский голос ответил:

– Так ведь кровь у человека не в кружке, как ваш эль, док Фрэдди, а внутри сосудов, которые эластичные, и внутри у них всегда избыточное давление порядка 10 кило-паскалей. Можно взять простой медицинский манометр и убедиться.

– Верно, – согласился канадец, – А почему ваш приятель интересовался маской?

– Иначе глаза высохнут, – пояснил мужской голос, – Там вода почти на поверхности.

– По итогам, ребята, – весело объявил Фрэдди, – Вы выиграли по галлону виски на каждого. Подойдите сюда, я хочу пожать ваши лапы. А виски я вручу сразу после семинара. Я тут видел лавку, где есть «Johnnie Walker» как раз в таких бутылях.

От компании на берегу отделились двое. Крепкий парень среднего роста, непонятно, какой расы, с широкоскулым смуглым лицом и миндалевидными желтовато-карими глазам. Миниатюрная девушка – «афро» с фигурой спортивной гимнастки. Оба были одеты в легкую болотно-пятнистую полевую форму меганезийского авиадесантного корпуса быстрого реагирования с нашивками сержантов.

– Так… – протянул канадец, – Комо Кубан и Текс Киндава, не так ли?

– Ага, – почти хором ответила парочка.

– Это вас в армии такому учат? – поинтересовался он.

– Техника безопасности при стратосферных прыжках, – ответила Текс.

– А про силиконовый крем это уже отдельно, – добавил Комо.

– Про этот крем я первый раз слышу, – сообщил Фрэдди, – Не теряйтесь, ребята. Мы встречаемся после семинара. А сейчас я продолжу. Итак, мы выяснили, что кровь на Марсе не вскипит, грудная клетка не лопнет. Это не теория, а факты, которые стали известны после ряда случаев частичной или полной разгерметизации скафандров в условиях стратосферы, на высотах до сорока тысяч метров, где давление даже ниже марсианского. Удивительно, но человек даже без кислородного аппарата остается в сознании почти четверть минуты при давлениях, близких к техническому вакууму. Подчеркиваю: это человек без специальной гипобарической тренировки, просто в хорошей физической форме. А что, если с тренировкой? В эпоху Первой Холодной войны, в США проводились эксперименты на шимпанзе с целью выяснить, может ли человек привыкнуть к очень низким давлениям. После тренировок, шимпанзе могли оставаться в сознании при марсианском давлении почти 4 минуты, без кислородного аппарата. В ходе экспериментов было доказано, что сильные боли, возникающие у пилотов в стратосфере в самолетах с открытой кабиной и кислородным аппаратом, связаны вовсе не с «вскипанием крови», а с выделением из нее пузырьков азота при слишком быстрой декомпрессии. Когда с шимпанзе проводили эксперименты с кислородным аппаратом, медленно снижая наружное давление до марсианского, те болевые эффекты, о которых сообщали пилоты, не наблюдались. Проблемы возникали позже, через несколько минут. Видимо, дело в потере влаги поверхностными тканями. Тогда ясно, почему силиконовый крем может увеличить допустимое время пребывания при таком внешнем давлении… Итак, молодые люди, какие выводы?

Задав этот вопрос, Фрэдди замолчал и сделал несколько небольших глотков эля.