Драйв Астарты - Розов Александр Александрович "Rozoff" - Страница 111

Лейтенант Гомер Симпсон (не отвлекаясь от участия в выгрузке из поезда чертовски тяжелых ящиков со спецтехникой) попытался ещё раз представить себе, как «дед» (адмирал Вилли Дэнброк) когтями выцарапывает эту тему из щупалец CIA в пользу родного флота. Выцарапывает на том основании, что здесь находятся великие озера Танга-Ниика, Альберта и Виктория, и великие реки Конго и Нил. Сцена получалась брутальная, жуткая, леденящая кровь. Голливудский граф Дракула отдыхает…

Ну, вот, последний, восьмой ящик выгружен. Теперь можно вытереть пот со лба и выкурить сигарету, присев на этот самый, героически выгруженный восьмой ящик. Примерно на третьей минуте перекура невдалеке раздался утробный рев, вероятно порожденный в недрах механического устройства (поскольку динозавры, имевшие достаточно мощные легкие, чтобы издавать подобный звук, давно вымерли). Да! Правильное умозаключение! Это был механизм: колесный трактор времен Первой Холодной войны. Он пер прямо через резервные железнодорожные пути, то и дело изрыгая столбы дыма из трубы перед кабиной, и влек за собой помятый, чудовищно ржавый прицеп. В кабине с давно выбитыми стеклами сидел улыбающийся негр в малиновой рубашке, а в прицепе – Сержант Уайтби, и рядовые Бриггс и Риттер.

Лихо развернув и остановив свое моторное чудище рядом с ящиками, негр-водитель спрыгнул из кабины на грунт и, продолжая ослепительно улыбаться, объявил.

– Я Тбера, сталкер, я проведу командира Симпсона и янки-туристов, куда им надо!

– Туристов? – переспросил лейтенант.

– Сказано – туристов, – веско произнес негр и подмигнул.

– Тбера зулусский турист, – пояснила Венди Уайтби.

– Турист-эколог, – поправил тот, – Глубокий эколог, да! Давай грузить ящики и ехать, командир-турист Симпсон!

Главная улица Кигомы (как ни странно, даже асфальтированная) спускалась вниз, от станции, к аляповатому светло-бежевому зданию мэрии (построенному с очевидной претензией на европейский классицизм). Дальше асфальт заканчивался, и грунтовка, огибая мэрию, шла мимо покосившихся дощатых сараев к пристаням на небольшом заливе озера Ниика. Здесь, среди рыбацких лодок разного фасона, стояло нечто. Оно напоминало жука-носорога, выросшего размером c микроавтобус, покрасившегося в болотный цвет и отрастившего на верхушке своего рога ещё одну пару крыльев в дополнение к привычным жучьим крыльям на спине. На боку жука выделялась яркая эмблема с аббревиатурой IDEM в центре, и зеленой надписью по кругу: «International Deep Ecology Movement». Рядом с этим летательным аппаратом, пришвартованным к пристани среди лодок, дежурил серьезного вида полисмен с автоматом AK-74 на ремне. Увидев подъезжающий к пристани трактор с прицепом, страж порядка улыбнулся и сделал приветственный жест рукой. Тбера затормозил в трех шагах от него.

Общение этих двух молодых людей заняло полминуты. Они постучали друг друга ладонями по плечам, потом 20-долларовая купюра перекочевала из ладони Тбелы в нагрудный карман рубашки полисмена, и тот, ещё раз махнув на прощание рукой, побежал куда-то. Видимо, охранять ещё чью-нибудь частную собственность…

– Очень удобно, – пояснил Тбера, – Летишь сюда. Звонишь. Нужна парковка. Когда прилетишь, здесь уже есть полисмен. Даешь 20 баксов аванс, и 20 в конце. И у тебя ничего не сопрут. А иначе сопрут все. Потому что, такой порядок да!

– А полиция не интересуется твоими грузами и целью визитов? – спросил лейтенант.

– Зачем? – искренне удивился Тбера, – Мы, зулу, честные люди. Мы никого тут не обижаем, не воруем, и всегда даем деньги. 20 баксов в начале и 20 в конце. Теперь, командир Симпсон, давай грузить ящики. Пора лететь.

– Хм… – лейтенант почесал в затылке, – А где экипаж? Пилот, штурман, все такое?

– Я, – лаконично пояснил Тбера, для ясности ударив себя кулаком в грудь.

– Clusterfuck… – спонтанно отреагировала сержант Уайтби.

…

…Залив Кигома мягко провалился вниз. Постепенно открывалась величественная панорама окружающих гор, где-то желто-песчаных, безжизненных, а где-то густо покрытых серо-зеленым пыльным кустарником. Прямо по курсу раскинулось самое настоящее море, хотя географически, это было озеро. Великое озеро Танга-Ниика, представляющее собой один участок древнего чудовищного разлома в земной коре, протянувшегося через континент с севера на юг. Только один этот участок, залитый водой, имеет 400 миль в длину и около 40 миль в ширину…

Когда «жук-носорог» набрал высоту полкилометра, и в поле зрения возник западный берег, лейтенант тревожно спросил.

– Тбера, я не понял по поводу курса. По плану мы должны были повернуть на север, с небольшим уклонением на восток. Озеро Альберта там, верно? А мы сейчас летим на запад, к берегу, контролируемому оккупационным корпусом Мпулу.

– Прямо на север не хорошо, – сказал Тбера, – Там Бурумбура, Цеку-Рунди, Буганда, Бусога, Кабароле, The Lord-God Democracy Land, ещё зона UN-force, и Энте-Пала.

– На севере, – возразила Венди Уайтби, – расположены Бурунди, Руанда и Уганда.

– Это на твоей карте так, – ответил он, – А на местности не так. Там трайбалисты и конфедераты, ультра-христиане, исламисты и ООН. Очень много дурацких нарков с оружием. Дурацкий нарк стреляет «Стингером», и нам жопа. Нам это не надо, нет!

– А над мпулуанской оккупационной зоной воздушные патрули, – заметил Симпсон.

– Верно! Там патрули. Безопасно…

Ожил динамик бортовой рации, и голос, принадлежащий, по-видимому, какому-то тинэйджеру, без особых эмоций поинтересовался.

– Борт «Little-Beetle», следующий из Кигома на запад, вы пересекли границу Транс-Экваториальной Африканской Лиги. Сообщите…

– Привет, шакал! – перебил Тбера, – Как служится?

– Нормально! Пузо варит, хер стоит, – ответил голос, – А ты куда, гиена?

– Все туда же. До вашего берега, потом на север по фронтиру до экватора, потом на северо-восток до Альберты.

– Ага. А чем ты так загружен?

– Девять туристов с большим багажом. Наши друзья, международные экологи.

Из динамика послышался жизнерадостный смех.

– Ну, привет им. Как от эколога – экологам. Смотри на экран, я даю тебе коридор. Внимание: перед озером Киву сделай крюк к западу. Там в районе Букаву ребята работают по экологически-вредной фауне, могут случайно зацепить.

– Я понял, да! Удачи шакал!

– Мягкого лэндинга, гиена! Отбой.

Сержант Уайтби наморщила лоб, и стала на мгновение похожа на школьницу, пытающуюся решить задачу повышенной сложности.

– Слушай, Тбера, а ведь мы летим на меганезийском самолете.

– На зулусском, – возразил он, – В армии Мпулу была модернизация авиа-парка. Наш король Тумери ка Амаба, купил эти самолеты. Они second-hand, но хорошие, просто теперь, когда нези продали Мпулу новые самолеты, старые не очень нужны. А нам нужны. Они летают почти как американские, а цена намного, намного меньше, да!

– Вот так меганезийцы и выпихивают нас с развивающегося рынка, – буркнул Карл Маркони, – Наши авиастроители слабеют, и тогда на наш внутренний рынок лезут китайцы. Чувствуете логику?

– Только не выстраивай теорию заговора, ОК? – отозвался Рэй Пруст.

– Все слышали, не я первый сказал про заговор! – обрадовался Карл.

– Китайцы ни при чём, – вмешался Саул Данович, – Думать надо мозгом, а не жопой.

– А ты думаешь, если ты еврей, то самый умный? – ехидно спросил Джим Лумис.

Данович вздохнул и покачал головой.

– Знаешь, Джим, если бы я был умный еврей, то я бы сейчас сидел не в этой летучей фигне, а в уютном кресле, и делил бы те бабки, которые на нас сейчас кто-то делает.

– Ну-ка, ну-ка, – оживился Оуэн Риттер, услышав словосочетание «делить бабки».