Драйв Астарты - Розов Александр Александрович "Rozoff" - Страница 109

Кватро окинул её быстрым взглядом и объявил:

– Тебе зверски идет! Стиль точно для тебя! Провалиться мне сквозь небо, если вру!

– Правда? – неуверенно спросила она, – Вообще-то я не привыкла к topless.

– В этом тоже есть стиль, – весело заметил он, – Легкий эротичный body-art: светлый рисунок на чуть более темном фоне. Это сразу привлекает взгляд к форме груди. Ты знаешь, у тебя очень изящная маленькая грудь переходной формы: конус-капля.

– Конус-капля? – переспросила она, просто чтобы что-то сказать.

– Это первый образ, который пришел мне в голову, – пояснил он, сделал шаг вперед, протянул правую руку, коснулся середины её живота и провел подушечками пальцев снизу вверх, до левой груди, и вокруг соска…

Зирка вздрогнула и изо всей силы прижала ладони к бедрам… Два года назад она придумала этот прием, чтобы терпеть, когда её оценивающее щупали покупатели. Мужчин, которых она знала раньше, откровенно возбуждало это сочетание страха и покорности. Но сейчас она имело дело с мужчиной из совсем иной культуры…

– Упс… – удивленно выдохнул Кватро, отдернув руку, – Что я делаю неправильно?

– Н… не знаю, – сконфуженно произнесла она, – М… может быть, слишком быстро.

– Извини, я забыл, что ты привыкла к европейским обычаям. Я смотрел несколько европейских фильмов, там все немного иначе, насколько я помню, но я не обращал особого внимания на эти эпизоды. Кажется, там сначала обнимали за спину, а потом ложились определенным образом. В каких-то случаях сначала гасили свет…

– Это не важно, – перебила она, – Я привыкла не к европейским обычаям, а… Ты же знаешь, к чему я привыкла. Мне вдруг показалось, что это повторяется. Глупо, да?

– Значит, – спокойно сказал он, – Мы не будем повторять то, что ассоциируется с неприятными эмоциями. Я правильно рассуждаю?

– Наверное… – согласилась Зирка.

– У меня есть идея, – продолжил Кватро, – Тебе когда-нибудь делали массаж спины, который используется в армии после силовых тренингов? Нет? Отлично! Правда, я никогда не работал в армии, но меня научили мои студенты, когда мы играли на универсиаде за колледж Капингамаранги. Я там преподавал… Что скажешь?

– А что мне надо делать? – спросила она.

– Ничего. Просто ложись на животик и расслабься..

– Угу… А надо снимать lavalava?

– Тебе явно не хочется снимать, поэтому – не надо. Мы же договорились: никаких отрицательных эмоций. В этом весь фокус.

Негромко вздохнув. Зирка улеглась лицом вниз на середину широкого лежбища, и пристроила подбородок на сложенные перед собой руки.

– Мне придется сесть тебе на ноги, – сообщил Кватро, – Это ничего?

– Ничего, – лаконично ответила она, и действительно, не почувствовала никакого беспокойства, когда он уселся верхом на её бедра.

– Если я буду давить слишком сильно – сразу скажи, – предупредил он, – массаж это ответственная штука, надо разминать мышцы сильно, но не до болевых ощущений.

Говорить ей ничего не пришлось. Нажатия были слабыми. Наверное, даже слишком слабыми, если смотреть с точки зрения теории массажа. А потом нажатия сменились разглаживанием – как мягкие лапки кошки, гуляющей по спине. И чувство легкости, безмятежности, спокойствия во всем теле. Отрывочные воспоминания последних нескольких недель. Цветущий баньян, так курьезно оказавшийся рядом с домом…

Организму человека свойственно реагировать на резкий сброс нервного напряжения переходом в режим сна. Именно это и случилось с Зиркой где-то на десятой минуте массажа. Она нечувствительно выпала из реальности и вернулась только через час, обнаружив свое тело лежащим в той же позе – на животе, и ладони под головой. Что касается Кватро, то он лежал на правом краю лежбища, на боку, повернувшись к ней спиной. Лампа-цветок была повернута на своем гибком стебле так, чтобы создавать маленькое пятно света прямо перед ним, и совсем слабо освещать остальную комнату, включая и большую часть лежбища … Стараясь не привлекать к себе внимания, Зирка придвинулась к нему поближе, заглянула через его плечо, и обнаружила, что он читает какую-то распечатку. Это была уже не статья об экономике 4-го мира, а нечто в жанре научной фантастики. Судя по тексту, оказавшемуся сейчас в поле её зрения, герои новеллы на данном этапе сюжета летели на звездолете типа «нейтронный драккар» и обсуждали проблему, суть которой, видимо, излагалась на предыдущих страницах.

…Кватро перевернул страницу. Вернее, несколько страниц. И почему-то не вперед, а назад. Стало видно заглавие: «Сага 11-я. О ледяной пустыне под вишневым небом».

– Иначе ты голову сломаешь, пытаясь разобраться, – пояснил он свои действия.

– М-м…- протянула она, – …Представляешь, я случайно заснула.

– Ага. Я заметил. Это ещё раз подтверждает тезис о твоей загадочности.

– Я сама не понимаю, как это получилось. Мне было так хорошо… Ты не обиделся?

– С чего бы вдруг?

– Ну… Ты повернулся спиной, как будто…

– Не листать же страницы около уха спящего человека, – перебил Кватро, и лениво перевернулся на спину, – Кстати, книжка стилизована под цикл исландских саг, под фольклорный жанр, возникший в Скандинавии более тысячи лет назад. В сагах были описаны морские походы викингов от фиордов Норвегии до Исландии, Гренландии и Лабрадора. Автор оригинально применил этот жанр для межзвездных полетов. Некая аналогия прослеживается, если принять ту модель будущего, которую придумал этот парень. Его зовут Гисли Орквард, он гренландец, а этот его цикл называется «Паруса прадедов». Намек на то, что звездоплаватели будут концептуальными наследниками мореплавателей. Как бы, межзвездные викинги, с соответствующими манерами.

– …И поэтому звездолеты названы драккарами? – предположила Зирка, – Драккарами назывались корабли викингов с резным форштевнем в виде головы дракона, да?

– Что-то типа того, – подтвердил он, – Словосочетание «нейтронный драккар» звучит забавно. Правда, физико-фантастическая идея управления реактором термоядерного синтеза посредством нейтронного поля, как это делается в реакторах деления, была раскритикована доком Энди Роквеллом, как не вполне научная… Мягко говоря… Впрочем, НФ-новеллы пишутся не ради новаторских идей в ядерной физике.

Зирка изобразила что-то вроде неуверенной улыбки и слегка качнула головой.

– Я не доучилась до 11-го класса, так что не проходила основы ядерной физики. Про нейтроны я знаю только по брошюре «школьники против распространения атомного оружия». Кто-то там собирал подписи под осуждением Меганезии за производство и продажу дешевого урана-235, который годится для атомных бомб. Точно не помню.

– Иногда я на стороне красных «ультра», – сообщил Кватро, – Например, когда кто-то собирает подписи под тезисом: «Атомное оружие – только для плутократов! Пусть бедняки трепещут». Не вышло. Плутократы пролетели, как пингвины над Ямайкой. Кстати, книжку, «Паруса прадедов» условно-западные критики назвали «продуктом арктического социализма». Гисли Орквард входит в исполком Неандертальского движения, которое на условном Западе, почему-то, считается «красным». Бред…

– Движения, дающего убежище подросткам – жертвам насилия? – уточнила Зирка.

– Да. Сама идея «неандертальских убежищ» принадлежит Оркварду. Собственно, он изложил её в «Парусах прадедов», а потом участвовал в её реализации на практике. Консерваторы обвиняют его в разрушении семьи и морали. Это понятно. Короче: я, рекомендую эту книжку. Ты много с чем не согласишься, но тебе будет интересно.

– Я обязательно прочту, – пообещала она, – Но, наверное, не прямо сейчас.

Кватро улыбнулся, протянул руку и провел ладонью по её спине, как будто хотел разгладить невидимые складочки, и с гротескной серьезностью произнес: