Быстьтворь: бытие и творение русов и ариев. Книга 2 - Демин (Светозаръ) Валерий Михайлович - Страница 48

Честность же и товарищество среди них таковы, что они, совершенно не зная ни кражи, ни обмана, не запирают своих сундуков и ящиков. Мы там не видели ни замка, ни ключа, а сами жители были очень удивлены, заметив, что вьючные ящики и сундуки епископа запирались на замок. Платья свои, деньги и разные драгоценности они содержат в покрытых чанах и бочках, не боясь никакого обмана, потому что его не испытывали. И что удивительно, их стол никогда не стоит пустым, никогда не остаётся без яств. Каждый отец семейства имеет отдельную избу, чистую и нарядную, предназначенную только для еды. Здесь всегда стоит стол с различными напитками и яствами, который никогда не пустует: кончается одно — тотчас несут другое. Ни мышей, ни мышат туда не пускают. Блюда, ожидающие участников трапезы, покрыты наичистейшей скатертью. В какое время кто ни захотел бы поесть, гость ли, домочадцы ли, они идут к столу, на котором всё уже готово…». Не отсюда ли списывал К. Маркс представление о коммунистическом обществе?!

Эта выдержка прекрасно показывает, какими «бедными», «невежественными» и «дикими» были русы. Нет нужды много доказывать, что христиане приложили немало сил, коварства, обмана, упорства и лжи, чтобы овладеть территориями русов. Одним из таких приёмов было отлучение от труда при помощи соблюдения религиозных празднеств. Тот же Оттон Бамбергский свидетельствует:

«Неподалёку от города Камень жила вдова… очень уважаемая и окружённая многочисленной семьёй… Наступило время жатвы. В один из воскресных дней, когда народ со всех сторон торопился в церковь, случилось, что упомянутая выше вдова ни сама не пошла, ни своим людям не разрешила пойти. Разгневанная, она приказала: «Идите жать на мои поля! Это полезней, чем молиться какому-то новому богу, которого из своей страны привёз этот Оттон, епископ Бамбергский. На что он нам! Разве вы не видите, сколько добра и какое богатство дали нам наши боги, и что всеми сокровищами, славой и изобилием вы обязаны их щедрости! Поэтому отступиться от их почитания будет величайшей несправедливостью…»».

Это откровение Оттона Бамбергского как нельзя лучше свидетельствует о том, что богатства русы добывали повседневным трудом. Праздникам отводилось немного времени, да и то не в страдные дни. Разумеется, такой повседневный труд кое-кому казался ненужным. Этим и воспользовалось христианство, привлёкшее на свою сторону бездельников, любителей покутить и повеселиться когда захочется. И таких, увы, оказалось немало. Они бежали под прикрытие христианской церкви от строгих глав родов и волхвов, заставлявших всех трудиться на благо Рода и благо каждого.

Результат этой «просветительской» деятельности очень скоро преобразил поверивших христианству. Если раньше русы не знали лжи, воровства, имели достаточно богатства для удовлетворения потребностей членов общества, то с установлением господства христианства замки с ключами, ложь, обман, воровство, попрошайничество, безделье, коварство и растущий гнёт стали делом обыденным. В этой связи захват территорий русов германо-крестоносными «проповедниками» становится неизбежным. И в первую очередь этому оказывается подверженной правящая верхушка.

Крестился князь лютичей Прибыслав, попавший затем в зависимость к польскому королю Болеславу. В 1138 году была организована новая усобица среди русов, в ходе которой был разрушен город Старград. Не желавшие креститься русы вынуждены были уходить на восток. В 1147 году немцы предприняли крестовый поход против русов. На этот раз поход удался, были захвачены новые территории русов. Отбивались ещё только восточные бодричи во главе с князем Никлотом, да руяне. В 1160 году погиб князь Никлот. Восточных бодричей постигла участь христианского «спасения». Осталась только Аркона на острове Руяне.

Саксон Грамматик в «Деяниях данов» повествует: «Город Аркона (столица руян) лежит на вершине высокой скалы… Посреди города лежит открытая площадь, на которой возвышается деревянный храм, прекрасной работы, но почтенный не столько по величию зодчества, сколько по величию бога, которому здесь воздвигнут был кумир… в его распоряжении были триста лошадей и столько же всадников, которые всё, добываемое или насилием или хитростью, вручали верховному жрецу; отсюда приготовлялись различные украшения храма. Прочее сохранялось в сундуках под замками; в них, кроме огромного количества золота, лежало много пурпурных одежд, но от ветхости гнилых и худых.

Можно было видеть и множество общественных и частных даров, пожертвованных с благочестивыми обетами, просящих помощи, потому что этому кумиру давала дань вся Славенская земля. Даже соседние государи посылали ему подарки с благоговением…».

Несколько в ином плане освещает Аркону Герард Меркатор в своей «Космографии». «На том острове живали люди идолопоклонники, рены, или рутены, именуемые, люты, жестоки в бою, против христиан воевали жестоко, идолов своих стояли. Те рутены от жестокосердия великого едва познали после всех христианскую веру. Того острова владетели таковы вельможны, сильны, храбрые воины бывали, не токмо против недругов своих отстаивалися крепко, но и около острова многие грады под свою державу подвели… и воевали с датским королём и со иными поморскими князьями и с Любскою областью воевали много, и всем окрестным государствам противны были, язык у них был славенский да вандальский, грамотного учения не искали, но и заповедь между собой учинили, чтобы грамоте, не токмо воинским делам прилежные охотники были».

О богатствах и влиянии Арконы в этих двух отрывках сказано достаточно хорошо, добавлять собственно нечего. А вот коснуться этнической принадлежности и грамотности необходимо. «Рены», или «рутены», а по-нашему руяне, говорили на русо-венедском языке, то есть на древнерусском языке. Они не искали грамоты на стороне, потому что владели своей грамотой давно, имея свою письменность. Оставшись одна, Аркона не могла долго продержаться. В 1168 году на остров высадились войска датского короля Вальдемара I. 15 июня 1168 года Аркона была разрушена. Епископ Абсалон в тот же день приказал разрушить святыню — храм Световита. Так прекратила своё существование Венея — конфедерация европейских русов.

В середине XIII века онемеченными оказались все территории русов по Лабе (Эльбе) и Одре (Одеру). Немецкими стали все города западных русов (венедов): Бранибор (Бранденбург), Берлин, Липск (Лейпциг), Дроздяны (Дрезден), Старград (Алыпенбург — совр. Штральзунд), Добресоль (Галле), Будимин (Бацен), Дымин (Деммин), Ведегощ (Волгаст), Велеград (Дидрихсхаген), Варнов (Варен), Ратибор (Ратценбург), Дубовик (Добин), Зверин (Шверин), Витемир (Висмар), Ленчин (Ланзен), Брунзовик (Брауншвейг), Колоберг (Кольберг), Волынь (Иомсбург), Любеч (Любек), Щецин (Штеттин) и т. д. Вполне понятно, почему страны русов, в том числе Венейская Русь, назывались страной городов — Гардарикой. Так что нынешнее благосостояние немцев в значительной степени обусловлено трудом русов, частью изгнанных со своих территорий, частью уничтоженных, частью онемеченных и охристианенных.

В 1308 году землетрясение разрушило остров Руян. Оставшиеся в живых жители ушли в поисках новых мест. Последняя руянка по фамилии Голицина, сохранившая святоотеческую веру, умерла в 1402 году. Насаждение христианства на Руси привело к затяжной гражданской войне и облегчило выкачивание средств из народа в интересах правящего класса и церкви. Христианство настолько широко разлилось по Руси к середине XVI века, что правящему классу пришлось осаживать церковные притязания.

В лучшее время своего правления Иван Грозный в 1551 году писал митрополиту Макарию: «В монахи постриглись ради телесного покоя, чтобы всегда бражничать; упивание безмерное, разврат, содомский грех (мужеложество), у игуменов и архимандритов по кельям жонки и девки небрежно ходят, а робята молодые по всем кельям живут невозбранно; монахи обитают в одних монастырях с монахинями со всеми вытекающими для ангельского чина соблазнами, отцы пустынники ходят с иконами, якобы собирая деньги на постройку монастыря, а на самом деле затем, чтобы их пропить».