Друиды Русского Севера - Лазарев Евгений Сергеевич - Страница 53

Структурной параллелью символу Мать и Дитя служит кива (круглое в плане подземное священное помещение у хопи), означающее, собственно, Матерь-Землю. Сипапуни, небольшое отверстие в полу, представляет лоно, место Исхождения из предшествующего мира, а лестница, ведущая сквозь крышу, для другого Исхождения в последующий мир, представляет пуповину. Исхождение ритуально воспроизводится во время церемонии Вувучим, когда инициируемый испытывает духовное перерождение»{182}.

Конечно, старейшины хопи употребляли в своих истолкованиях какие-то иные, более простые слова; однако вряд ли можно сомневаться в том, что Уотерс правильно их понял и изложил. Символ лабиринта в таком понимании приобретает поистине удивительную глубину и осмысленность. Мистериальная составляющая тут очевидна; примечательно, что в роли инициируемого, переживающего второе рождение, у хопи оказывается не просто один герой или адепт (как это обычно бывает в инициатических мифах), но целый народ, — похоже, по праву считающий себя наследником древнейшего населения Америки.

Именно инициатическая парадигма второго рождения (в общем-то универсальная и хорошо изученная), накладываясь на миф и сам графический символ лабиринта, структурирует его семантику и раскрывает присущий ему аспект посвятительного пути. Следуя изгибам лабиринта, адепт (или целый народ посвященных) минует хтоническое Царство Тьмы, Подземный Мир; обретает центральный Полюс (в пределах этого низшего яруса бытия) и по Оси Мира восходит в сферы более высокие — рождается или возрождается в них (всего в религии хопи говорится о четырех мирах). Очевидно, что эта парадигма не противоречит и европейским представлениям о лабиринте как образе земных извилистых путей и о его центре, откуда пилигрим у Я. А. Коменского («Лабиринт Мира и Рай Сердца») восходит от дольнего в горняя.

Обратим внимание еще вот на что. Индейский миф предлагает в графическом образе лабиринта, в его наиболее универсальной и архаичной форме — лона Богини-Матери и исходящей из него линии рождения-посвящения — универсальный ключ к пониманию не только всевозможных собственно лабиринтных святилищ и петроглифов. В том же мистериальном ряду оказываются и курумы Центральной Азии — алтайские каменные курганы с отходящей от них аллеей менгиров (обозначающих путь грядущего возрождения или воскрешения усопшего, путь его души); и лабиринтообразные концентрические круги с исходящей из центра прямой линией — в петроглифах мегалитической Британии; да пожалуй, и загадочные, вызывающие споры в научном мире «знаки с отростками» в петроглифах Российского Севера — скального святилища на Онежском озере. Последние представляют собой круги или полумесяцы с двумя лучами-отростками; это действительно похоже на планировку алтайских курумов с их аллеями менгиров, хотя обычно загадочные карельские петроглифы трактуют, и весьма убедительно, как солнечные и лунные знаки. Сопоставима ли эта интерпретация с символикой лабиринтного посвящения? Ведь и индейский миф говорит об исхождении из лона Земли-Матери, а не из светил небесных…

Конечно, наши реконструкции лишь приближают нас к общему смыслу гипотетического мифа палеоарктических мистерий, предположительно ставшего основой сакрального символизма более поздних культур. В деталях этот миф мы себе не представляем. Да и различные варианты его вполне возможны; они могли существовать и очень давно, в ностратическую эпоху. Так что вариант палеоиндейский мог в чем-то отличаться от палеоевропейского. И все же есть тут одна ниточка, — лингвистического порядка, причем весьма древняя, — связующая образ светил небесных с лабиринтом как таковым. Эта ниточка еще недостаточно хорошо видна, да и не дает она ответ на все возникшие вопросы, но интуиция подсказывает, что это верный путь.

Речь идет об одном борейском корне, реконструированном С. А. Старостиным: MVNCV, светоносный. От этой протолексемы произошло ностратическое слово *mVnzV с тем же значением, а также родственные слова других макросемей. В более поздние эпохи на основе этих корней возникла разветвленная матрица словоформ, связанных по смыслу прежде всего с небесными светилами. Означают эти словоформы в основном Солнце или Луну. В солнечной группе оказались праязыки картвельский (*mze-) и эскалеутский (*maca-). В лунной группе — индоевропейский (*mens-), прасинокавказский (*wengco) и, возможно, аустрические языки (*mongs). В прауральском *minV — небо. А вот дравидийские языки дают значение звезда (*min-), — как и языки америндейские (*meca), хотя эта же индейская протолексема в наречиях уто-ацтекской языковой семьи (распространенной как раз в Аризоне) означает Луну.

В афразийских языках, согласно сетевому словарю С. А. Старостина, коннотации этой борейской лексеме не слишком уверенные: чадское *mVsh-, утро, а также вторая часть семитического слова *sVmVsh-, Солнце (Шамаш — бог Солнца). Однако к этому, наверное, можно добавить и одно довольно редкое и по-разному толкуемое слово из Библии: mazouroth (mazaroth, mazzaroth).

В Ветхом Завете всего лишь дважды (в Книге Иова и в Четвертой Книге Царств) встречается это слово, по-видимому, не вполне ясное уже во времена составления Септуагинты, поскольку семьдесят толковников оставили его без перевода, транслитерировав еврейскую словоформу греческими буквами (аналогичным образом иногда поступают и в новоевропейских переводах Библии). Несомненно лишь, что оно имеет отношение к почитанию неба и небесных светил. Возможно, и тогда, и позднее, во времена масоретские и в период подготовки латинского текста Вульгаты, существовало несколько вариантов истолкования этого слова.

Вот как выглядят эти библейские упоминания, в контексте соответствующих книг и в комментариях «Толковой Библии» преемников А. П. Лопухина.

В Книге Иова это речение Бога: «Можешь ли ты связать узел Хима и разрешить узы Кесиль? 32 Можешь ли выводить созвездия /mazouroth/ в свое время и вести Ас с ее детьми? 33 Знаешь ли ты уставы неба, можешь ли установить господство его на земле? «(Иов 38: 31–33). В комментариях к этому речению отмечается идея строгой, неподвластной человеку гармонии в устроении созвездий «Хима» — Плеяд и «Кесиль» — Ориона. «Такая же правильная закономерность наблюдается в движении (…) маззарот. По мнению одних, под маззарот разумеется Венера, Юпитер или Марс, и выражение «выводить в свое время» указывает на их периодические появления. Другие (Делич, Ланге) разумеют под маззарот двенадцать знаков Зодиака. При последнем понимании вышеприведенное выражение получает такой смысл: можешь ли ты для каждого месяца вывести определенный знак Зодиака так, чтобы он был видим пред и после солнечного захода. Чтение LXX «????????» — оставленное без перевода еврейское название созвездия. Ас — Большая Медведица; дети ее — три звезды, составляющие хвост созвездия»{183}.

В Четвертой Книге Царств речь идет о борьбе царя Иосии с многобожием: «И отставил жрецов, которых поставили цари Иудейские, чтобы совершать курения на высотах в городах Иудейских и окрестностях Иерусалима, — и которые кадили Ваалу, Солнцу, и Луне, и созвездиям /mazouroth/ и всему воинству небесному…» (4 Цар. 23: 5). В комментариях подробно рассматриваются терминологические моменты, связанные с отстранением прежних жрецов: ««Отставил» (евр. гигибит, отстранил — не «сжег», как LXX, слав. к????????, сожже, в Алекс. код.: ?????????, Vulg. не точно: delevit) жрецов, евр. кемарим, LXX: Х?????? (кодд. 19 82. 93. 108 у Гольмеса: ???? ??????), Vulg. aruspices, слав. Хамаримы (жерцы чародеи) — жрецов — ставленников царей иудейских и израильских (ср. Пс. 10: 5; Соф. 1: 4), т. е. священников нелевитских, какими, например, были священники культа тельцов (3 Цар. 12: 31, 32; 2 Пар. 11: 15) и которые отличаются /с одной стороны/ от жрецов идолов, или жрецов Ваала, Солнца, Луны, созвездий и всего воинства небесного, с другой — от священников высот, которые, хотя отправляли служение на высотах, однако были из рода Левия (4 Цар. 23: 8) (см. проф. Бродовича, Книга пророка Осии, стр. 350). «Созвездия», маззалот, LXX ????????, слав. планеты, бл. Феодор (вопр. 54): звезды; по толкованию раввинов (Levy, Neuhebrдisches und chaldдisches Wцrterbuch Bd. III, s. 65), маззалот, как и ассирийск. manzaltu, означает двенадцать знаков Зодиака (Vulg. duodecim signa)»{184}.