Шаг за черту - Рушди Ахмед Салман - Страница 56

За обедом Зафару попались испорченные креветки. Это я виноват. Нужно было напомнить ему несколько главных правил туриста: всегда пей воду только из бутылки; всегда следи, чтобы бутылку распечатывали у тебя на глазах; не ешь салатов (овощи могли быть вымыты водой не из бутылки); не клади в питье лед (могли заморозить воду не из бутылки)… и никогда, никогда, никогда не ешь морепродуктов, если ты не на побережье.

Зафар после этих креветок заболел. Ночь он провел без сна, с рвотой и диареей. Утром выглядит ужасно, а нам еще ехать и ехать по ухабистой, трудной дороге. Теперь и ему нужно опасаться обезвоживания. Но нам, в отличие от местных жителей, это не страшно: у нас с собой есть лекарства и питьевая вода. И потому мы, конечно же, продолжаем поездку.

Утомительный день. Долгая, трудная поездка сначала в Агру, потом назад в Дели. Зафару плохо, но переносит он это стоически. Он слишком ослаб, чтобы побродить по Фатехпур-Сикри, и мы лишь погуляли немного вокруг Тадж-Махала, а Зафар сказал только, что тот меньше, чем он думал. Я с облегчением вздохнул, когда наконец водворил его в комфортабельный гостиничный номер.

Включаю телевизор, чтобы посмотреть новости. Кроне сознался.

«Кроне: „Я сжульничал“», — кричат огромные заголовки передовиц в утренних газетах. Бывший крикетный божок оказался на глиняных ногах: он «поступил нечестно», он брал деньги, его гонят взашей не только из капитанов, но из команды. Репутация К. К. Пола и его людей восстановлена.

Оказывается, и заплатили-то Кроне какую-то ерунду: всего 8200 американских долларов. Невысокая цена за честное имя.

Тем временем болельщики у него дома, преимущественно белые (черные болельщики в Южной Африке предпочитают футбол), устраивают протесты в поддержку своего обожаемого Ханзи. Верните его в команду, требуют и пресса, и общественное мнение (как утверждают социологические опросы), верните его обратно. В Дурбане толпа белых атаковала председателя Программы развития крикетного спорта в провинции Квазулу-Наталь Садху Говинде, которого то и дело за что-нибудь шпыняют. «Чаррос[160] вышибли Кроне», — кричала толпа. (Говинде по происхождению индиец. Чаррос — индейцы.)

В команде своему капитану задолго до этого скандала дали прозвище Криминал. Потому что в мире криминала не платят. По слухам, он страшно не любил ставить товарищам выпивку. Сейчас, когда идут переговоры о экстрадиции Кроне и ему, если его все же выдадут Индии, грозит тюремный срок, это прозвище, наверное, кажется ему пророческим.

Удивляет относительное отсутствие хвастливых статей в индийской прессе. «Над чем смеемся?» — пишет в «Хиндустан таймс» Сидхартх Сахена, имея в виду, что не стоит лицемерить. В конце концов, букмекеры были индийские, так что из признаний, которые сейчас польются рекой, наверняка станет ясно, что тут все не ангелы. Букмекер Раджеш Калра уже под арестом, второй подозреваемый, посредник, киноактер Кишен Кумар, у которого вдруг случился сердечный приступ, будет арестован, как только выйдет из больницы.

Сегодня утром в придорожной дхабе на рекламном постере «Пепси» Зафар увидел улыбающегося молодого человека. «Кто это?» — поинтересовался он. Это был Сахин Тендулькар, суперзвезда индийского крикета, лучший отбивающий в мире. Боже мой, подумал я тогда, если в один прекрасный день и этот вляпается в какой-нибудь скандал, то конец крикету. Такого болельщики не вынесут.

Полиция называет имя еще одного посредника — южноафриканского бизнесмена Хамида «Банджо» Кассима. Пишут, что это букмекер продюсера Санджива Чавлы, Мохаммеда Азхаруддина… и Сахина Тендулькара. Азхаруддин и Тендулькар отреагировали бурно, хотя их никто ни в чем и не обвиняет. Но и на солнце бывают пятна.

Компания «Ропер Старч волдвайд», занимающаяся исследованиями рынка, опубликовала «Барометр всеобщего счастья». Оказывается, в среднем примерно лишь около 24 % жителей Земли считают себя счастливыми. Страны, где счастливых людей больше всего, — США (46 %), Индия (37 %) и Великобритания (36 %). Индия на втором месте! Серебряный призер! Она подтвердила свое право находиться вверху мировой таблицы.

Самые несчастные страны — Китай (9 %) и Россия (3 %). В ЮАР крикетный скандал на уровень счастья не повлиял.

Сегодня национальный уровень счастья в Индии стал выше, потому что Пулицеровскую премию этого года получает писательница индийского происхождения Джумпа Лахири за свою первую книгу «Толкователь болезней». Ее сияющее лицо на первых полосах всех газет, и, несмотря на неоднозначное отношение к «индийской диаспоре», статьи только хвалебные. Она в самом деле очень талантлива, и я вполне разделяю общую гордость за нее.

Шри-Ланка хочет, чтобы Великобританию заклеймили как террористическое государство — за то, что там нашли себе убежище ТТ («Тамильские тигры»), палестинский «Хамас», курдская ПКК, кашмирская Харкат-уль-Ансар и, судя по заявлению правительства Шри-Ланки, еще 16 организаций и групп, числящихся в террористическом списке США. Невольно думаю, что в этом заявлении есть большая доля правды. Соединенные Штаты недавно обвинили Пакистан и Афганистан в предоставлении убежища Усаме бин Ладену и кашмирским сепаратистам. Почему же, в самом деле, такое же обвинение нельзя предъявить Великобритании? (Хотя вопрос дурацкий.)

Когда-то, в 1930-х годах, мой дед по отцовской линии Мохаммед Дин Кхалики, успешный делийский бизнесмен, приобрел скромный каменный домик в симпатичном горном городке под названием Солан недалеко от Шимлы[161] для семейного летнего отдыха. Он назвал его вилла «Анис», по имени своего единственного сына Аниса Ахмеда. Затем его сын Анис Ахмед, который позднее взял фамилию Рушди, то есть мой отец, подарил мне этот дом на мой двадцать первый день рождения. Одиннадцать лет назад правительство штата Химачал-Прадеш отобрало дом, с вашего, так сказать, позволения.

Отобрать собственность в Индии — дело непростое, даже для правительства штата. Потому, чтобы отнять у меня виллу «Анис», местные власти сфабриковали документы, в соответствии с которыми дом был объявлен «собственностью эвакуированных». Закон о собственности эвакуированных появился после Раздела с тем, чтобы власти могли присваивать собственность семей, переехавших в Пакистан. Этот закон не имеет ко мне никакого отношения. Прежде чем получить гражданство Великобритании, я был гражданином Индии, никогда не имел пакистанского паспорта и никогда не жил в Пакистане. Виллу «Анис» у меня отобрали незаконно, без каких бы то ни было оснований.

Но благодаря Солану мы подружились с Виджаем Шанкардассом. Один из лучших в стране адвокатов, который, между прочим, не раз блестяще выигрывал дела, связанные с цензурой, он взялся мне помочь. Разбирательство продолжалось семь лет, и мы в результате одержали победу. Две победы. По индийским меркам семь лет для судебного разбирательства — это невероятно мало. Бороться с властями трудно, даже когда закон на твоей стороне. Так что победу Виджая в Индии восприняли с восторгом, и он по праву заслужил все похвалы, высказанные в его адрес.

Для самого Виджая это дело стало еще одним шагом к той цели, которую он себе наметил, — восстановить мои связи с Индией. Он потратил на это массу времени, зондировал почву, уговаривал политиков — короче говоря, постоянно что-нибудь предпринимал. Без него теперешняя моя поездка была бы невозможна. У него, мягко говоря, исключительный дар убеждения, и я так ему благодарен, что вряд ли мне когда-нибудь удастся сделать для него что-нибудь равноценное.

Мне вернули мой дом в ноябре 1997 года. Там успели починить крышу, перекрасить стены и переделать одну ванную. Свет, как ни странно, есть, вода — тоже, телефон работает. В ожидании нашего приезда в местном магазине взяли напрокат мебель и прочее убранство для всех шести спален за фантастическую цену — сто долларов в неделю. При доме есть сторож, который живет там же вместе с семьей. Солан вырос до неузнаваемости, но вид из дома на горы остался прежний, чистый и ничем не испорченный.