Недремлющее око. Пионер космоса. Божественная сила - Рейнольдс Даллас МакКорд Мак - Страница 104

— А кино вы почему не считаете? — спросил Эд. Он все еще не пришел в себя окончательно. События развивались слишком быстро, он не успевал приспособиться.

Военный оторвался от бумаг и глянул на Эда.

— Мы считали это не связанными между собой явлениями, — буркнул он.

— Ну так они связаны, — уверенно заявил Эд.

Оппенхеймер присел на край стола и вздохнул.

— К этому моменту, мистер Уандер, мы с майором опросили в этом офисе около трех сотен человек. Все они считали, что знают причину помех радиоволн. Все они были переданы нам по приоритету «А». Теперь прошу вас рассказать нам вашу историю в деталях. Чем больше деталей, тем лучше.

Майор фыркнул и бросил доклад и вырезки на стол.

— Во-первых, что за чушь насчет кино?

Эд сказал:

— Причиной помех на радио и телевидении послужило то же самое, из-за чего кинофильмы не могут правильно проецироваться. Кстати сказать, та же самая причина привела к появлению моды на «Домотканый стиль», — добавил он.

Майор щелкнул переключателем и сказал в свой интерком:

— Немедленно к действию. Высказано предположение, что крах кинематографа связан с явлениями на радио и телевидении. По мере выяснения дальнейшая информация будет предоставлена. — Он снова щелкнул переключателем. — Ладно, — сказал он Эду Уандеру. — Рассказывай всю историю.

Эд изложил им все, во всех деталях, которые они затребовали. Он закончил последним событием — исчезновением Базза Де Кемпа.

Когда Эд договорил, они продолжали молча таращиться на него некоторое время, показавшееся ему довольно долгим.

Наконец Билл Оппенхеймер кашлянул, словно извиняясь.

— Что думаешь, Ленни? — спросил он майора.

Майор почесал пальцем подбородок и скривил рот.

— Я отказался от того, чтобы думать, — сказал он. — Я уже слышал все, что только можно, так что еще и думать нет никакой необходимости.

Эд разозлился.

— Хиханьки, да? — сказал он. — Отличная шуточка, верно?

Оппенхеймер сказал с надеждой в голосе:

— Ты думаешь, мы должны его просто вышвырнуть?

— Я не сам сюда пришел, — возмутился Эд. — Меня похитили.

Они не обратили на него внимания. Майор покачал головой и сказал:

— Мы не можем его вышвырнуть. Мы никого не можем вышвырнуть, не проверив его историю всеми способами, начиная со вторника. — Он снова щелкнул переключателем на столе и сказал:

— Если кого-нибудь из нижеперечисленных еще не доставили сюда, пусть доставят. Одновременно полное досье на каждого. Приоритет «АА». Базз Де Кемп, Дженсен Фонтейн, Элен Фонтейн, Мэтью Маллигэн, Иезекиль Джошуа Таббер. Да, я сказал Иезекиль Джошуа Таббер. И Нефертити Таббер. Все из Кингсбурга, штат Нью-Йорк, за исключением Табберов, которых последний раз видели в Согерти.

Оппенхеймер вздохнул и склонился к своему интеркому.

— Алиса, немедленно сделай ленту, которую мы только что наговорили, в пятидесяти копиях. Разослать как обычно. Приоритет «АА». Он продолжает придерживаться своей версии.

Они оба снова обернулись к Эду Уандеру и некоторое время молчали.

Майор открыл рот, чтобы что-то сказать. Затем закрыл.

Оппенхеймер сказал без всякого выражения:

— Заклятия.

Интерком на столе майора что-то произнес. Брови майора поползли кверху.

— Пришлите немедленно.

Через несколько мгновений вошел посыльный, положил две копии доклада на столы и торопливо вышел.

Двое, не обращая внимания на Эда Уандера, принялись читать.

Оппенхеймер оторвался от бумаги. Его взгляд устремился на майора Дэвиса.

— Чрезвычайный приоритет?

— Да.

Майор встал из-за стола, потянулся было за мундиром, но передумал. В рубашке с закатанными рукавами, с распущенным галстуком, он направился к двери.

— Пойдемте, — сказал он Эду Уандеру.

Эд пожал плечами, встал и пошел за ним. Оппенхеймер прикрывал тыл, неся бумаги, относящиеся к Эду, а также новый доклад.

Когда они вышли в приемную, Джонсон и Стивенс вскочили на ноги и шагнули вперед.

— Вы охрана мистера Уандера? — спросил майор.

— Да, сэр.

Майор обратился к двум другим из присутствующих охранников.

— Вы освобождаетесь от предыдущего задания. Поможете охранять мистера Уандера. Если необходимо, ценой своих жизней. Дело чрезвычайного приоритета.

— Есть, сэр.

Все четыре охранника откинули полы пиджаков, так что кобуры оказались сверху и были теперь доступны мгновенно.

— Что за черт! — запротестовал Эд. Никто не обратил на него внимания.

На этот раз они поднялись этажом выше. Здесь было гораздо меньше суматохи. Они пересекли один холл, затем другой. Наконец они оказались рядом с дверью, перед которой стоял охранник. При их приближении он положил руку на оружие и не убирал ее до тех пор, пока Оппенхеймер и майор не предъявили документы.

— Еще один гость, — сказал Оппенхеймер охраннику. — Вас теперь шестеро, дежурить будете посменно. Постоянно должен быть один внутри, один снаружи. Я пришлю лейтенанта Эдмондса позаботиться о деталях. Пока он не появится, стойте здесь все шестеро.

Ему ответил хор голосов: «Есть, сэр». Оппенхеймер открыл дверь и первым вошел внутрь. Это была шикарная свита.

Базз Де Кемп поднял глаза от книжки в бумажной обложке, которую он читал, сидя в кресле. Он ухмыльнулся, вынул изо рта сигару и сказал:

— Привет, Крошка Эд. Стало быть, они и до тебя добрались.

Эд Уандер уже утратил способность удивляться. Он опустился на кушетку и закрыл глаза.

Оппенхеймер и майор посмотрели на газетчика. Оппенхеймер сказал:

— Мы только что перечитали сведения, которые вы сообщили по делу Таббера. Они в основном подтверждают то, что нам только что рассказал Уандер. Это повышает ваш приоритет с «АА» до чрезвычайного.

— Приятно слышать, — просиял Базз. — Сколько здесь еще народу с чрезвычайным приоритетом?

— В Соединенных Процветающих Штатах по меньшей мере несколько сотен. Чтобы выяснить, сколько таких в Англии, Европейском Содружестве и Советском Комплексе, мне нужно будет запросить последние данные. Возможно, к этому времени Союзные Нейтральные Штаты тоже взялись за дело.

Базз тихо свистнул.

— Дело приобретает настоящий размах.

— Размах войны, — сухо сказал майор.

Эд начал привыкать. Он брюзгливо сказал:

— Когда у вас тут кормят? Если я уже попал в заключение, пусть меня кормят хоть изредка.

— Вы не заключенный, — сказал Оппенхеймер. — Вы доброволец, выполняющий правительственное задание.

— А что, есть разница?

— Мы вскоре с вами свяжемся.

Вскоре не получилось. Получилось не раньше следующего утра. Тем временем была усовершенствована система их охраны и удовлетворены их потребности. Они провели несколько часов, пересказывая друг другу последние события, но это был скорее просто треп. В целом Базз Де Кемп прошел примерно через те же переживания, что и Эд Уандер. Его забрали двое агентов и отвезли в Нью Вулворт Билдинг. Его забрали как автора статей о Таббере. Поскольку он продолжал отстаивать свою версию происходящего, его приоритет поднялся с «С» до «АА», а с появлением Эда их приоритет возрос до чрезвычайного.

За Эдом и Баззом пришли утром. Но не Оппенхеймер и майор Дэвис. Очевидно, с ними теперь работали сотрудники высших эшелонов. На сей раз для сопровождения их к месту опроса явились полковник с двумя адъютантами.

Полковник Фредерик Уильямс из разведки Воздушных Сил.

Базз сунул книжку, которую читал, в карман куртки со словами:

— Просто на случай, если мы опять столкнемся с этой бюрократической волокитой. То бегом, то ждите, то бегом, то ждите… Лучше уж я захвачу что-нибудь почитать.

Полковник неодобрительно посмотрел на него. Базз ответил ему злобным взглядом, сгреб несколько сигар, которые он заказал вчера вечером, и затолкал их в нагрудный карман куртки:

— Горючее мне тоже понадобится.

Они проследовали за полковником и адъютантами. Охранники прикрывали тыл. Пиджаки их по-прежнему были откинуты, чтобы легко было выхватить оружие. Эду было интересно, какой потенциальной опасности они боятся, здесь на верхних этажах самого высокого небоскреба Ультра-Нью-Йорка, когда вокруг сотни людей из службы безопасности.