Позволь дышать мне только для тебя (СИ) - Фернандес Анхелика "angelcyprus777" - Страница 13

Ее сердце сжалось, когда он пощекотал пятачку сына, и вновь посмотрел на нее.

-Да, в детстве.

-Принц полюбил Золушку, а она отдала сердце ему. Они жили долго и счастливо, и я уверен у них было много детей -продолжал Алессио, положив ребенка на ее протянутые руки.

-Алессио -выдохнула Мэнди, осознавая к чему он клонит.

-Для меня мир наполнился яркими красками, засиял и засветился, словно радуга! Я научился видеть прекрасное вокруг и замечать, насколько красивы твои глаза в лучах солнца. Я понял, как огромно твое сердце, когда оно радуется. И все потому, что я тебя очень люблю!

Мэнди заплакала, прижав сына к груди и почувствовав как маленький ротик ухватил ее сосок.

-Я не любил Кармеллу. Вот как раз с ней у нас был секс, и то не очень-то хороший как у нас с тобой, cara -Он присел на край кровати, обхватив ладонями ее лицо.

-Но...

-Моя мать возможно и любила меня с Симоне, но отдала на воспитание бабушки с дедушкой, а сама уехала зарабатывать деньги. Мне было тогда всего восемь лет, cara. И я обозлился на этот мир, но ты открыла мне глаза.

-Ох, Алессио -ты настоящий итальянец -дрогнувшим голосом произнесла Мэнди, проводя пальцем по его нижней губе.

-Спасибо, cara ты подарила мне все: ребенка, радость и счастье, кроме...-Алессио хитро улыбнулся -Ты до сих пор не сказала о своих чувствах?

-Я тебя полюбила как только увидела, но сама это не понимала. Боялась, что ты почувствоваешь ко мне отвращение, узнав что от меня отказался муж -честно призналась Мэнди.

-Грег Томсон -дурак, но я благодарен ему, что он отказался от тебя в пользу меня.

С этими словами он снова поцеловал ее в губы, однако недовольный детский плач вывел их из сладкого тумана.

-Я придумал ему имены: Брето или Томо -пролепетал Алессио, беря сына из ее рук и укладывая в колыбель.

-Брето -улыбнулась Мэнди -А следующего сына назовем Томо.

К ее удивлению, он покачал головой:

-Cara, сегодня я пережил двадцать лет своей жизни, пока ты рожала это чудо.

-Нет, у нас будет трое детей -возразила Мэнди.

-Cara...-взмолился он, притворно нахмурившись -Хочешь, чтобы я поседел раньше времени?

-Еще не поженились, а уже спорим? -насмешливо подчеркнула Мэнди "еще"

-Нет, mi amour, я сделаю все как ты хочешь -благовейно произнес Алессио, вставая на колени возле ее кровати.

-Я люблю тебя очень сильно.

-И я люблю тебя.

Они скрепили свои слова крепким и нежным поцелуем, мысленно давая клятву беречь друг друга до последних дней жизни.

                                 ЭПИЛОГ.

Мэнди застонала, откинув голову на подушку. Испарина покрыла ее лоб, на лицо падали мокрые завитки медных волос.

– Постарайся, любимая, ты можешь это сделать, – Алессио положил холодное полотенце ей на лоб и помог ей сесть. – Еще одно большое усилие, и мы будем держать на руках ребенка, которого ждали все эти месяцы. Ты хочешь, чтобы это был мальчик? Или девочка?

– Нет, – она недовольно надула губы. – Это у тебя будет ребенок. А я хочу домой.

– Я бы с радостью оказался на твоем месте, но сегодня ты – звезда шоу. А сейчас давай постарайся. Еще одно усилие – и мы пойдем домой. Ты сможешь спать неделю, если захочешь.

– Честно?

– Я обещаю.

Он следил за прерывистой линией на мониторе, когда Мэнди глубоко вдохнула и начала тужиться. Она так сжала его руку, что хрустнули кости, но он этого не заметил. Роды длились уже шестнадцать часов – самые долгие шестнадцать часов в его жизни, – и он не мог не видеть, как она мучается от боли.

– Эврика! – воскликнул доктор, когда громкий крик заполнил комнату. Он улыбался так широко, как будто держал своего собственного новорожденного. – Это девочка! Отличная работа, Мэнди Теперь ты можешь полежать и отдохнуть.

Силы совершенно оставили ее, и она откинулась на подушки.

– Она в порядке? – спросила Мэнди, еле дыша. – Я хочу увидеть ее.

– Она прекрасна, – сказал Алессио, наблюдая, как медсестра обмывает ребенка и заворачивает его в голубую пеленку, перед тем как положить матери на живот.

Мэнди взяла малышку на руки. Она смотрела на них широкими, любопытными, как у совы, глазами, а ее розовые губки были похожи на бутон розы.

Глаза Алессио наполнились слезами, которые он даже не старался скрыть. Он смотрел на двух самых дорогих людей в его жизни. На свою жену и только что рожденную дочь.

– Посмотри, как она прекрасна, – прошептала Мэнди сквозь слезы, трогая каждый пальчик на руке малышки.

– Вы обе прекрасны. – Он с обожанием посмотрел на маленькую хорошенькую девочку, о которой с этого самого момента будет заботиться всю жизнь. – Спасибо.

– Пожалуйста. Ты не представляешь, как я счастлива.

Он стал вдруг серьезным и провел рукой по ее волосам.

– Я люблю тебя, Мэнди.

Она подняла на него глаза и улыбнулась.

– Я тоже тебя люблю.

– Как бы ты хотела ее назвать?

– Мне нравится Мелисса или Эллисон, но тебе больше нравятся Лусия и Ванесса.

– Может быть, стоит позвать сюда Брето? Пусть он решает, как назвать малышку.

Лицо Мэнди просияло.

– О да, конечно. Пожалуйста, пойди позови его.

Алессио вышел из палаты.

Их трехлетний сын ждал в приемной, сидя рядом со своим дядей Симоне, который оживленно разговаривал с молодой и достаточно привлекательной девушкой, искоса глядя на племянника.

Вместе с сыном Алессио вернулся к Мэнди.

– Мамочка!

– Привет, сладенький. Подойди ко мне, – Мэнди подвинулась на кровати и освободила место, чтобы и Алессио, и Брето могли сесть рядом с ней. Она показала рукой на новорожденную. – Это твоя сестренка, – сказала она. – Но мама с папой не могут решить, как ее назвать. Мы подумали, что ты сможешь помочь нам. Мы хотели назвать ее Ванесса или, может быть…

– Эрин.

– Эрин? – одновременно произнесли Алессио и Мэнди. Они обменялись взглядами, стараясь не рассмеяться, потому что Эрин-эта его няня-француженка.