Быстьтворь: бытие и творение русов и ариев. Книга 1 - Демин (Светозаръ) Валерий Михайлович - Страница 74

После разгрома войска сатрапа Персидской империи Бесса и войска Сатрака в Средней Асии активное сопротивление А. Македонскому оказывал только Спитамен, которому даже удалось уничтожить отряд Менедема (2 тысячи человек пехоты и 300 всадников). Однако его войско не могло воспрепятствовать переправе армии А. Македонского через реку Яксарт (Сыр-Дарью), которая тогда впадала в Каспийское море. А. Македонский скрыл это поражение и приказал готовить переправу. За трое суток македоняне связали 12 тысяч плотов для переправы конницы и фаланги. Лёгкая пехота должна была переправляться на мехах.

Чтобы пресечь переправу А. Македонского через Яксарт (Сыр-Дарью), князь южной веси Рассении Картасий выдвинул к реке войско ассагетов, возглавляемое его братом Картасисом. Картасис, видя приготовления македонян, направил к Александру посольство из 20 человек. Возглавлял посольство один из жрецов Рассении. Это посольство должно было усовестить, устрашить Александра, а также предложить ему союз. Содержание речи жреца не оставляет в этом сомнений:

«Если бы Боги захотели величину твоего тела сделать равной твоей жадности, ты не уместился бы на всей Земле; одной рукой ты касался бы востока, другой запада, и, достигнув таких пределов, ты захотел бы узнать, где очаг Божественного Света. Ты желаешь даже того, чего не можешь захватить. Из Греции устремляешься в Асию, если тебе удастся покорить весь род людской, то ты поведёшь войну с лесами, снегами, реками и дикими зверями. Что ещё?

Разве ты не знаешь, что большие деревья растут долго, а выкорчевываются за час? Глуп тот, кто зарится на их плоды, не измеряя их высоты. Смотри, как бы, стараясь взобраться на вершину, ты не упал вместе с сучьями, за которые ухватишься. Даже лев однажды послужил пищей для крошечных птиц; ржавчина поедает железо. Ничего нет столь крепкого, чему не угрожала бы опасность даже от слабого существа.

Откуда у нас с тобой вражда? Никогда мы не ступали своей ногой на твою территорию. Разве в наших обширных лесах нам позволено быть в неведении, кто ты и откуда пришёл? Мы не можем никому служить и не желаем повелевать.

Знай, нам даны такие дары: упряжка быков, плуг, копьё, стрела и чаша. Этим мы пользуемся в общении с друзьями и против врагов. Плоды, добытые трудом быков, мы подносим друзьям; из чаши вместе с ними мы возливаем вино Богам; стрелой мы поражаем врагов издали, а копьём — вблизи. Так мы победили царя Сирии, затем царя персов и мидийцев и, благодаря этим победам, перед нами открылся путь вплоть до Египта.

Ты хвалишься, что пришёл сюда преследовать грабителей, а сам грабишь все племена, до которых дошёл. Лидию ты занял, Сирию захватил, Персию удерживаешь, бактрийцы под твоей властью, индов ты домогался; теперь протягиваешь жадные и ненасытные руки к нашим стадам. Зачем тебе богатство? Оно вызывает только больший голод. Ты первый испытываешь его от пресыщения; чем больше ты имеешь, тем с большей жадностью стремишься к тому, чего у тебя нет. Неужели ты не помнишь, как долго задержался в Бактрии? Пока ты покорял бактрийцев, войну начали согдийцы. Война у тебя рождается из побед. На самом деле, хотя ты самый великий и могущественный человек, никто, однако не хочет терпеть чужестранного господина.

Перейди только Танаис, и ты узнаешь ширину наших просторов, нас же ты никогда не настигнешь. Наша бедность будет быстрее твоего войска, везущего с собой добычу, награбленную у стольких народов. В другой раз, думая, что мы далеко, ты увидишь нас в своём лагере. Одинаково стремительно мы бежим и преследуем.

Поэтому крепче держись за свою судьбу. Она выскальзывает, и её нельзя удерживать насильно. Со временем ты лучше поймёшь пользу этого совета, чем сейчас. Наложи узду на своё счастье: легче будешь им управлять. У нас говорят, что у счастья нет ног, а только руки и крылья: протягивая руки, оно не позволяет схватить себя также и за крылья.

Наконец, если ты Бог, ты сам должен оказывать смертным благодеяния, а не отнимать у них добро, а если ты человек, то помни, что ты всегда им и останешься. Глупо думать о том, ради чего ты можешь забыть о себе. С кем ты будешь воевать, в тех сможешь найти верных друзей. Самая крепкая дружба бывает между равными, а равными считаются те, кто не угрожает друг другу силой.

Не воображай, что побеждённые тобой — твои друзья. Между господином и рабом не может быть дружбы; права войны сохраняются и в мирное время. Не думай, что мы скрепляем дружбу клятвой: для нас клятва в сохранении верности. Это греки из предосторожности подписывают договоры, призывая при этом Богов; наша Вера — в соблюдении верности. Кто не почитает людей, тот обманывает Богов.

Никому не нужен такой друг, в верности которого сомневаешься. Впрочем, ты будешь иметь в нас стражей Асии; если бы нас не отделял Танаис, мы соприкасались бы с Бактрией; за Танаисом мы населяем территории вплоть до Фракии; а с Фракией, говорят, граничит Македония. Мы соседи обеих твоих стран, подумай, кого ты хотел бы в нас иметь, врагов или друзей».

Вот образчик дипломатии, которой владели жрецы Рассении. Упоминание Танаиса, в одном случае Сыр-Дарьи, а в другом Дона, Фракии и Македонии, показывает их понимание геостратегического положения Рассении и Русколани и ограниченность возможностей А. Македонского. В то же время они дают установку на замирение и организацию дружеских взаимоотношений, рассчитывая при этом на поворот его войска против государства Нандов в Индии.

Александр вежливо выслушал посла, но поступил, как посчитал нужным. Летописец древности Руф сообщает в этой связи следующее: «Царь ответил, что он воспользуется своим счастьем, и их советами, последует велению судьбы, которой доверяет, и их совету — не поступать безрассудно и дерзко». После этого послы были отпущены. Кстати, переговоры велись без переводчиков. Это говорит о том, что языковое родство македонян, русов и ариев тогда ещё было настолько близким, что они без труда понимали друг друга.

Затем Александр переправил свои войска на северный берег Яксарта (Сыр-Дарьи), нанёс поражение войску Картасиса и продвинулся на 80 стадиев (до двадцати километров). Войско ассагетов потеряло несколько тысяч человек убитыми и ранеными. А. Македонский потерял убитыми 60 всадников, 100 пехотинцев и около тысячи бойцов было ранено. Это сражение произошло в 329 году до с.л. Здесь явно сказалось превосходство регулярной армии А. Македонского над ополчением ассагетов, состоящим из разновеликих и разнобоеспособных родовых дружин.

Однако дальше в степи и леса Рассении А. Македонский благоразумно не пошёл, а вновь вступил в переговоры с послами Рассении. Вскоре был заключён мир. Нам здесь нужно иметь в виду, что современники А. Македонского не находили различий между Рассенией и Русколанью. Обе эти страны ими объединялись в единую Великую Скифию. Как только Александр Македонский, не желая обострения отношений, начал переговоры о мире и союзе, ассагеты отловили Спитамена и предали его смерти. Собственно по-другому и быть не могло, так как миропонимание Аристотеля и Александра Македонского мало чем отличалось от миропонимания жрецов Рассении.

Заключение мира и союза с Рассенией позволило Александру привлечь дополнительные силы для осуществления похода в Индию, на котором настаивали жрецы Рассении. В этом походе его армия насчитывала около 135 тысяч человек, две трети которой составляли русы и арии. На подготовку армии как раз и ушли 328 и 327 годы до с.л. Но это же заключение мира А. Македонского с Рассенией обострило её отношения с Русколанью, которая не пошла на союз с ним.

Поражение от войска А. Македонского имело также то последствие, что жрецы Рассении сделали правильные выводы в вопросе организации своего войска. Войско, состоящее из родовых дружин разной численности и боеспособности, а также ополчения, было заменено на постоянное, профессиональное полевое войско. До прихода А. Македонского родовые дружины порубежных весей имели воинов двух видов: ассаки и ассагеты.

Последние в официальной исторической науке именуются массагетами, что не вполне верно. По месту нахождения гетов называли: тирагеты, пенян-геты, танагеты, рсигеты и т. д. Поначалу ассаков и ассагетов отличало друг от друга оружие, которым они пользовались. Ассаки ввели в употребление секиры, а ассагеты ввели в употребление мечи. За это их ещё называли меченосцами. Ассаки в основном контролировали восточные рубежи в Средней Асии, а ассагеты — западные.