Каньон Холодных Сердец - Баркер Клайв - Страница 154

Если только собственные ощущения не ввели Максин в заблуждение, последствия сегодняшней автомобильной поездки оказались для нее вовсе не такими тяжелыми. Конечно, руки у нее дрожали, голова кружилась, ее тошнило, и после пережитого шока она пребывала на грани истерики. Однако, решившись наконец встать, женщина, к немалому своему удовольствию, обнаружила, что стоит на ногах вполне твердо и даже способна передвигаться. Нигде не чувствовалось резкой пронзительной боли, свидетельствующей о переломе или трещине в кости.

– Похоже, твой ангел тоже не дремлет. Он вовремя пришел к тебе на помощь, – раздался голос у нее за спиной.

Обернувшись, Максин увидала Тодда. Он стоял у машины и пытался открыть перекосившуюся дверцу со стороны водительского места.

– Тэмми в машине? – спросила Максин.

– Да.

– Она жива? Ранена?

– Откуда мне знать? – процедил Тодд. – В такой темноте поди разберись.

И действительно, их окружала кромешная тьма. Конечно, это обстоятельство не позволяло рассмотреть, в каком состоянии находится Тэмми. Но, с другой стороны, полное отсутствие света говорило о том, что упорный преследователь оставил их в покое.

– Он здесь, – сообщил Тодд, словно прочитав мысли Максин.

– Где?

Тодд указал наверх. Взглянув по направлению его пальца, Максин увидела, что ангел устроился на верхних ветвях росшей неподалеку сосны. Испускаемый им свет был совсем не таким ровным и уверенным, как в доме Кати; блики его нервно перепархивали с ветки на ветку, напомнив Максин стаю испуганных птиц.

– Эй, ты! – крикнула Максин, задрав голову вверх. Она была слишком измучена и испугана, чтобы воздержаться от безрассудных действий. – Что это ты там уселся? И почему притушил свой фонарь? Тэмми может умереть от потери крови. Спустись и посвети нам.

– Не думаю, что он намерен кому-либо помогать. Ему никто не нужен, кроме меня. А я уже говорил с ним. Просил позволить мне спасти вас обеих прежде… ну, прежде чем он меня заберет.

– Когда это ты с ним разговаривал?

– Пока ты была без сознания.

– И ты обещал ему…

– Да. Обещал уйти с ним, как только вы обе будете в безопасности. Так мы договорились.

– Подумать только, ты заключил соглашение с ангелом?

– А что мне оставалось делать? Это же по моей милости вы обе влипли в переделку. Всему виной моя глупость.

Тодд просунулся в разбитое окно машины и попытался дотянуться до Тэмми.

– Я вижу, что она дышит, – сообщил он. – Но кровь так и хлещет.

И он показал Максин окровавленные ладони.

– Господи боже!

– Знаешь что?

– Что?

– Тебе придется идти за помощью. Меня этот долбаный ангел не выпустит из виду. Ты в состоянии ходить?

– Передвигать ноги я, конечно, в состоянии, но вот смогу ли я дотопать пешком до бульвара Сансет? – Максин тяжело вздохнула. – Не уверена. Но попробую.

– Попробуй. И постарайся идти побыстрее. Боюсь, Тэмми долго не протянет. А я останусь здесь, с ней. Другого выхода у нас нет.

– Да, ты ведь заключил соглашение.

– А соглашение нельзя нарушать. Тем более соглашение с ангелом.

– У тебя есть сигарета?

Тодд встал и принялся рыться в карманах джинсов.

– Вот. – Он извлек измятую пачку «Мальборо» и проверил ее содержимое. – Как раз две осталось. Каждому по одной.

– Может, у тебя и зажигалка найдется?

– Непременно.

Тодд подошел к Максин и протянул ей менее измятую из двух оставшихся в пачке сигарет.

– Зажги, – попросила она.

Тодд сунул обе сигареты в рот, закурил их и вручил одну Максин.

– По-моему, это похоже на сцену из какого-то фильма. Вот только не могу вспомнить из какого, – заметил он.

– Господи, Тодд, какая у тебя дырявая память. Конечно, это эпизод из фильма. Я тебе много раз его показывала. «Поспеши, мореплаватель». Там еще играл Пол Хенрид.

– Да, теперь вспомнил, – улыбнулся Тодд. – Десять любимых эпизодов Максин Фрайзель.

Затянувшись сигаретой, она двинулась в сторону шоссе, осторожно ступая по следу, пробитому в зарослях машиной.

– Поспеши, – крикнул ей вслед Тодд.

Тэмми поглотила свой обед в молчании, ни о чем особенно не думая. Тетя Джессика то выходила из кухни, то входила опять, чтобы убедиться, что Тэмми не оставила овощи на тарелке. Если Тэмми не доедала все до конца, тетя имела обыкновение наказывать ее, лишая десерта. Не давала ни пирога, ни торта. Тетя Джессика не была особенно искусной поварихой, но выпечка ей удавалась неплохо, и она знала: больше всего ее племянница обожает пироги и торты. Особенно со сливками.

– Похоже, из тебя выйдет крупная девочка, Тэмми, – изрекла она, когда племянница жадно набросилась на увенчанный сбитыми сливками кусок яблочного пирога. – Ты так быстро растешь, просто ужас. А когда девочка вырастает раньше времени, от этого куча проблем.

– Да, тетя.

– Особенно с мальчиками. Мальчикам нравятся крупные девочки. Девочки, которые выглядят взрослыми. Они вечно не дают таким девочкам проходу. А потом… В общем, я не хочу, чтобы тебе причинили боль и…

– Кто, мальчишки? Ничего они мне не сделают, тетя. И вообще я их в упор не вижу.

– Хорошо, если так, – вздохнула тетя Джессика, хотя в голосе ее не слышалось особой уверенности. И она вышла из кухни, оставив Тэмми без помех наслаждаться пирогом.

Первые два куска показались ей чрезвычайно вкусными. Она проглотила их, блаженно прикрыв глаза. На каминной полке мирно тикали часы. Канарейка тети Джессики щебетала в клетке.

Но третий кусок почему-то оказался не таким вкусным Возможно, в пирог попала долька гнилого яблока. Не проглотив, Тэмми выплюнула его в салфетку, но во рту по-прежнему сохранился какой-то несвежий, гнилостный привкус.

Отложив вилку, Тэмми полезла в рот рукой.

– Подожди-ка, – раздался чей-то голос у нее за спиной.

Голос этот никак не мог принадлежать тете Джессике. То был мужской голос, мягкий и звучный.

– Мне что-то попало в рот, – сообщила Тэмми неизвестному собеседнику.

– Это всего лишь грязь, – ответил он. – Выплюнь ее прочь. Сплюнь хорошенько.

Тэмми бросила взгляд в сторону кухни. Тетя Джессика, склонившись над раковиной, мыла посуду. Несомненно, ей не понравилось бы, что племянница плюется в комнате.

– Я должна выйти из дома, – сказала она.

– Ты уже вышла, – возразил невидимый мужчина.

Тут она ощутила, что комната – стол, камин, клетка с канарейкой – слегка накренилась.

– Ой, что это? – испугалась Тэмми. – Что происходит?

– Все в порядке, – успокоил ее мужчина. Голос его по-прежнему был мягок и ласков.

– Тетя! – крикнула Тэмми.

– Ты ошиблась, детка. Это не тетя. Это Тодд. А теперь сплюнь. У тебя грязь во рту.

Комната вновь накренилась, но на этот раз чьи-то сильные руки подхватили Тэмми. Открыв глаза, она увидела самого красивого мужчину на свете, который склонился над ней. Он радостно улыбался.

– Очнулась, – произнес он. – Слава богу. Я уж думал, тебе крышка.

Последний кусок пирога тети Джессики растаял во рту Тэмми. Она вспомнила все, что с ней произошло. Ангел на дороге, светящийся шлагбаум, деревья, летящие навстречу машине, брызги стекла, скрежет металла…

– Где Максин?

– Цела и невредима. Она отправилась за помощью. Ушла и пропала. Так что мне пришлось самому вытащить тебя из машины. А потом перевязать. В машине, к счастью, оказалась аптечка. И мне удалось остановить кровь.

– Я ела яблочный пирог. Со сливками.

– Я рад, что ты так приятно проводила время в беспамятстве.

– Не слишком. В пироге оказалась какая-то грязь.

Тэмми смачно сплюнула. И тут же все ее тело пронзила боль, желудок мучительно сжался, и голова закружилась. Тэмми страдальчески поморщилась.

– Тебе еще повезло, – сказал Тодд. – А Максин – та вообще отделалась царапинами и легким испугом.

– Да уж, повезло, – вздохнула Тэмми. – Удивительно, что мы остались живы. Я ехала слишком быстро, когда этот проклятый ангел преградил нам путь. Кстати, где он? – добавила она, понизив голос. – Неужели убрался восвояси?