Темные воды - Судзуки Кодзи - Страница 57

В пустом вестибюле она увидела две софы, стоящие друг против друга. Она решила, что здесь-то она и наберется сил, но сперва ей нужно было найти почтовые ящики.

На ящике квартиры, куда было адресовано письмо, значились имена Сугияма: Фумихико, Кейко, Такехико, Акихико. Кайо знала, что отец, пославший письмо — это Фумихико, а Такехико его сын. Из содержания Кайо была в курсе, что это было послание от отца к сыну. Имена на почтовом ящике подтвердили это. Ей оставалось выбрать возможный вариант. При каких обстоятельствах отец мог написать такое письмо своему сыну? Где этот отец сейчас и что он делает? Его имя все еще числится на почтовом ящике. Означает ли это, что он по-прежнему живет вместе со своей семьей? Или это значит...

Кайо положила письмо обратно в кассету из-под кинопленки так, как она нашла его. С металлическим звуком кассета упала в почтовый ящик. Этот звук еще раз убедил Кайо, что она наконец достигла желанной цели.

Она сделала то, что от нее зависело. Одновременно испытывая чувства усталости и удовлетворения, она опустила свое миниатюрное тело на софу и погрузилась в мечты. Внезапно в пустом вестибюле кто-то появился. Она подняла глаза и увидела маленького мальчика лет трех-четырех, который что было мочи толкал стеклянную входную дверь.

— Мам, быстрее! — кричал мальчик.

Мать тем временем пыталась втащить по ступенькам коляску с орущим младенцем. Волоча коляску, она тяжело опиралась на перила, чтобы подняться на три ступеньки, совсем как Кайо. Одолев их, она вошла в вестибюль, ее сын все это время придерживал дверь. Когда она закрылась, он вприпрыжку двинулся дальше расчищать дорогу для мамы. Добежав до почтовых ящиков, он опять подпрыгнул, пытаясь дотянуться до их ящика, но ему не хватило роста. Подошла его мать и быстро достала содержимое. Мальчик возмущенно закричал, он уставился на кассету из-под кинопленки, как будто это была невесть какая ценность, и начал подпрыгивать, чтобы дотянуться до нее. Мать с подозрением рассматривала брошенную кем-то в почтовый ящик кассету. А мальчик, вцепившись в мамину руку, вопил «Хочу!» и «Покажи!».

Потом открылись двери лифта, и все трое исчезли, оставив вестибюль таким же пустынным, каким он был до их появления. В этой тишине вопли младенца и возмущенные крики мальчика продолжали звучать в ушах Кайо. Прежде чем звуки окончательно затихли, Кайо деловито встала.

Но все это шумное появление семьи Сугиямы в вестибюле, свидетельницей которого она стала в то краткое мгновение, произвело на нее, конечно же, глубокое впечатление. Годы спустя Кайо все еще видела маленького мальчика, вприпрыжку бегущего по вестибюлю. Я знаю, что могу рассчитывать на тебя: ты как следует позаботишься о маме и о ребенке, который скоро появится на свет. Таковы были последние строки письма отца к этому маленькому мальчику, и даже сейчас Кайо с большим удовольствием вспоминала его личико, такое полное жизни.

Само собой, Кайо знала письмо наизусть. В конце прошлого лета она читала это письмо своей внучке Йоко, добавив, что это часть сокровища, принесенного морем. Услышав эти слова, девочка с удивлением посмотрела на Кайо. Она искренне не могла понять, какое отношение могут иметь слова к какому-либо сокровищу. В сущности, даже Кайо не могла сказать с уверенностью, что она поняла истину, содержащуюся в этом письме. И все же она не могла отрицать, что какова бы не была эта истина, она проникла в каждую клеточку ее тела и духовно ее поддержала. С тех пор она каждое утро отправлялась на прогулку, и ее левая нога стала идти на поправку и сейчас почти полностью пришла в порядок.

Скоро весенние каникулы. Недолго ждать дня, когда Йоко приедет к ней. Кайо срезала лист ангелики и положила его перед придорожной статуей. Торопясь домой, она чувствовала себя полной жизни.