Петля - Судзуки Кодзи - Страница 72

Эллиот тихо сказал:

— Я очень хорошо понимал желание Такаямы. Он просил об этом не потому, что боялся умереть. Им двигала невероятная жажда познания... Она и совершила для него это чудо.

— Чудо?

— Да, для него это было чудом. Он очень хотел перед смертью попасть на эту сторону. И если бы я не держал тогда у себя в голове общие схемы Newcap, то, возможно, это желание так и осталось бы нереализованным. Вернее, если бы у меня не было моего замысла. Однако, как я уже сказал, Newcap действует на все, включая и живые организмы. Я задумал это уже двадцать, нет, тридцать лет назад. И вот решился. Решился исполнить желание Такаямы.

— Простите, что вы сказали? — удивленно спросил Каору.

Исполнить желание Такаямы!

Значит, все произошло так, как он предполагал. Человек из виртуального пространства переместился в наш мир. Пораженный, Каору не мог связать двух слов.

Эллиот оставался спокоен. Он начал разъяснять, каким образом ему удалось возродить Такаяму в реальности.

Перетащить сюда Такаяму с его жизненным опытом, памятью, устремлениями — в общем, Такаяму как личность было невозможно. Оставалось одно: с помощью синтезатора геномов GFAM на основе информации, взятой из клеток Такаямы, воссоздать в нашем мире его ДНК. Затем, взяв человеческую яйцеклетку, извлечь из нее ядро и поместить вместо него искусственно созданное ядро Такаямы. Яйцеклетку вернуть в матку. После этого оставалось только ждать рождения нового существа. Этот способ не сильно отличается от механизма клонирования, созданного в прошлом столетии, ничего сложного. Правда, родиться Такаяма мог лишь как младенец. И вот наконец в нашем мире появился человек с точно такими же генами, как у Рюдзи Такаямы.

— Разумеется, это был выдающийся эксперимент. Мы собирались воссоздать виртуального человека — можно представить, как мы волновались. Правда, все происходило в обстановке абсолютной секретности. Это естественно. Если бы журналисты что-нибудь пронюхали, они подняли бы страшный крик, нас могли объявить изуверами. В конце прошлого века было много шума вокруг клонирования человека, и нам ничуть не хотелось во все это ввязываться. Ты, наверное, ничего и не помнишь о том времени, хотя... И проект осуществлялся строго только исследователями, имевшими отношение к «Петле».

— А отец тоже не знал?

Эллиот кивнул:

— Да-а, не знал... Да и обстоятельства...

— Отец просто пострадал, как москит, застрявший в сетке?

— Нет. Вовсе нет... Ну, в общем, если уж так... — Эллиот, похоже, с трудом подбирал слова.

— Если так, то что?

Каору уже знал, что будет дальше.

— Ну, как ты догадался, мы взяли информацию о генах Такаямы незадолго до его смерти. А в это время он уже был поражен RING-вирусом. Вместе с генами Такаямы мы перетащили в этот мир и гены вируса.

— Иначе говоря, возникший в «Петле» RING-вирус — это прародитель бушующего сейчас на Земле вируса метастазного рака.

— Мы это так и поняли. Анализ геномов обоих вирусов выявил определенные сходства, которые не могли быть случайными. По нашей оплошности в процессе оживления Рюдзи Такаямы в наш мир незаметно пробрался RING-вирус. Возможно, его РНК было примешано к кишечной флоре и по неудачному стечению обстоятельств вышло наружу. По примеру других вирусов RING начал со страшной скоростью мутировать. Вот и получился вирус метастазного рака.

Все произошло так, как и предполагал Каору. Неясным оставалось только одно: как бороться с вирусом.

Каору пристально посмотрел на Эллиота:

— Так что в результате? Вы нашли способ лечения или нет?

— Хочу напомнить тебе твои слова: ты сам говорил, что ключ к разгадке у Такаямы.

— И где он сейчас?

Подперев кулаком подбородок, Эллиот с сочувствием посмотрел на Каору и щелкнул пальцами.

— Вот как? Значит, ты не разглядел? Человеческая впечатлительность в критический момент мешает принимать верные решения.

Каору затряс головой, выпрямился и откинулся на спинку кресла. Мучивший его вопрос опять был обойден. Он не понимал, к чему клонит Эллиот, его недоверие к этому человеку росло.

Эллиот что-то быстро нажал на пульте дистанционного управления, и на стену рядом с Каору опустился экран.

— Ты видел это в шлеме, но не обратил внимания. Твоя предубежденность мешает тебе ясно мыслить. Ну что же, это поправимо.

Каору казалось, что старик разговаривает сам с собой: пищит что-то там, словно птичка, залетевшая в сад.

Каору оставалось только молча ждать. Стараясь не злиться, сдерживая раздраженные реплики, Каору уставился на Эллиота.

Наконец тот вывел на экран сцену, происходившую незадолго до смерти Такаямы. Он заранее приготовился показать ее. Эллиот лишь чуть-чуть провозился с пультом, и вот она уже на экране, ее можно смотреть.

— Ты уже пережил это однажды, давай еще раз подключимся к зрению Такаямы...

Эту сцену Каору видел в Уинсроке.

Через неделю после просмотра кассеты Такаяма, почувствовавший приближение смерти, вставил кассету в деку и... начал процесс своего возрождения. Бессмысленные картины сменяли друг друга. В металлической плошке начали перекатываться игральные кости... Увидев, что они каждый раз выстраиваются в определенном порядке, Такаяма, звонивший в это время по телефону, завопил диким голосом.

Как раз этот момент в зеркале, стоявшем сбоку, появилось отражение человека. Трубка, поднесенная к уху, на лице страшное возбуждение... Это и был Такаяма. Придерживая трубку возле уха, Такаяма на секунду повернулся и взглянул на свое отражение в зеркале.

В этом месте Эллиот остановил изображение и увеличил отраженное в зеркале лицо Такаямы.

— Когда ты смотрел глазами Такаямы, ты угодил в ловушку. Твое предубеждение, твоя уверенность, что этого не может быть, затуманили твой взгляд. Так часто бывает. Ну, погляди внимательно. Узнаешь?

Эллиот сделал изображение ярче.

Каору, приоткрыв рот, уставился на Такаяму в зеркале. Ему стало не по себе, сознание отказывалось принять увиденное.

На экране было перекошенное от возбуждения лицо Такаямы. Под гнетом надвигавшейся смерти оно выглядело постаревшим. Однако черты лица, острый подбородок — во всем этом было что-то особенное. Каору уже где-то видел это лицо. Он мог бы сказать, что привык к нему с рождения.