Под крылом дракона - Лу Терри - Страница 40

Дракон шумно втянул носом воздух, скривился.

— Это что?

— Бульон, овощной, — терпеливо пояснила я. — Ничего другого тебе сейчас нельзя. Напоминаю, тебя ранили в живот, в грудь, и вообще, тысяча василисков, я не понимаю, как ты на ногах держишься! Пару часов назад едва дышал!

Задыхаясь от возмущения, я оперлась о стол, чувствуя, как от слабости и волнения подгибаются ноги.

Дракон вздохнул, легко поднялся, будто и не было никаких страшных ран, насильно усадил меня на стул, молча стал разматывать тряпки на груди.

Я невольно дернулась, чтобы остановить его, но дракон перехватил мое запястье, покачал головой.

— Все хорошо, Лис. Смотри.

Тряпки отрывались от тела медленно, с кусками буроватой сукровицы и запекшейся крови. Меня трясло от одного лишь вида. Неужели он совсем не испытывает боли?

Когда все повязки были сняты, я еще некоторое время безмолвно таращилась на дракона, не веря своим глазам. Кожа на груди и животе была нежная, розовая — именно такой она бывает, если сковырнуть застарелую ранку, при этом совершенно гладкая, без единого мельчайшего пореза.

— Ну, дела… — От удивления я по-мальчишески присвистнула. — Да на тебе все как на собаке заживает!

— Почему «как на собаке»? — Джалу выглядел оскорбленным. — Как на драконе!

— Ну да, ну да… Так, значит, ты бы и без нашей помощи обошелся?

Признаюсь, мне было немного обидно. Получается, все наши с Зазу старания были дракону как мертвому припарка.

Насупившись, я выпятила нижнюю губу. Нет, я, конечно, рада всем этим чудесам драконьей регенерации, но мне так шла роль матери Терезы…

Тяжелая теплая рука легла мне на плечо.

— На когтях твари был трупный яд, отвар рукколы вывел его из крови. Так что без вас, Лис, я был бы уже мертв.

От тихого проникновенного голоса Джалу по спине забегали мурашки, а внутри, где-то в животе, стало так тепло и приятно, словно там обосновался целый выводок пушистых мурчащих котят.

Вспыхнув, я поспешила отвернуться.

Громко охнув, схватила дракона за руку.

— Джалу, смотри! Что это?!

С трудом сдерживая восторженный щенячий визг, я подбежала к окну, высунула голову.

С неба падали огромные, размером с блюдце, снежинки. Белые, вычурные, похожие на вязаные салфетки моей бабушки. Я поймала одну на ладонь, она немедленно растаяла, нацедив прозрачную лужицу.

— А что такого? Снег — он и в Гладаре снег, — послышался ворчливый голос дракона за моей спиной.

— Но ведь еще вчера была весна! — возмутилась я. — Или такие перепады погоды для вашего мира — это нормально?

Дракон фыркнул что-то себе под нос, сказал с неохотой:

— Королевский метеоролог снова надрался и спутал заклинания. Лис, саламандра бесхвостая, в конце концов, ты мне дашь пожрать или нет?!

Через пару минут Джалу бесцеремонно уплетал мою порцию омлета — да так, что за ушами трещало, а я уныло хлебала овощное варево из котелка. Та еще гадость, надо сказать.

— Все равно не понимаю, зачем ты шатаешься по замку, если еще совсем недавно при смерти лежал, — бурчала я недовольно, роясь в кухонном шкафу: овощного бульона мне, разумеется, оказалось мало. — И куда только замковой смотрит? Сказала же ясным языком: дракона из кровати не выпускать!

— В угол, — сказал Джалу, смачно чавкая.

— Что «в угол»?

— В угол, говорю, смотрит.

— Ээ… зачем?

— Не «зачем», а «почему». Потому что я его туда поставил! Кстати, ты тоже в скором времени будешь там стоять, можешь хоть сейчас начинать. А потом, по расписанию, у нас розги и обливание холодной водой на морозе.

Шмыгнув носом, я примостилась на перевернутом жестяном ведре, заменявшим стул. Виновато спросила:

— Так ты все же сердишься?

— Сержусь, — согласился Джалу, со вздохом отстраняя пустую тарелку и шаря по комнате все еще голодными глазами. — Хотя, скорее, на себя. Чешуей ведь чуял, что просто так ты не уйдешь! То ли еще одну половину замка разрушишь, после сгоревшей библиотеки меня бы это уже не удивило… то ли вляпаешься в очередные крупные неприятности. Но, признаться, такого я даже от тебя не ожидал…

Я зашмыгала носом еще громче, демонстрируя крайнюю степень раскаяния.

— И еще этот Зарзарзуба, блоха хвостатая! Я ведь ему доверял, а он на твои провокации повелся, как маленький!

— Он и есть маленький! — сказала я вдруг сердито, почувствовав необъяснимую потребность защитить невольного сообщника. — Он маленький, одинокий, а еще очень любит своего хозяина…

Последнее я произнесла совсем тихо, отчего-то смутившись.

— Да знаю я… — Дракон скорчил страдальческую гримасу. — Все знаю. Оттого и злюсь на себя… Не уследил за вами, пакостниками мелкими… Хотя уследишь тут, ха! Носитесь как угорелые по замку — туда-сюда, туда-сюда! А мне уже не триста лет, чтоб, как козлу горному, за вами по лестницам и коридорам гоняться!

— И вовсе мы не пакостники. — Я старалась казаться не слишком счастливой, хотя от мысли, что сурового наказания все же удалось избежать, хотелось подпрыгнуть до потолка, как детский резиновый мячик. — А я так и вовсе первооткрыватель!

— Бог-Дракон… — Джалу закатил глаза. — Ну и что ты, скажи на милость, открывал в том подвале?

— Дверь, — буркнула я, почесывая зудящую шею, — и сундуки, если бы нашел.

— Какие сундуки? — Джалу недоуменно приподнял брови.

— С сокровищами! — ответила я снисходительно.

Ну в самом деле, что за нелепые вопросы… А что еще, спрашивается, можно искать в подземельях драконьего замка?

Резко сложившись пополам, Джалу стал беззвучно трястись с такой силой, что стол, стоявший рядом, заходил ходуном.

В беспокойстве я склонилась над драконом. Вдруг ему поплохело от одной только мысли, что кто-то хотел покуситься на его драгоценности…

Оказывается, дракон трясся от беззвучного хохота.

— Не хочу тебя расстраивать, Лис, — Джалу вытер тыльной стороной ладони слезящиеся глаза, — но все байки про несметные сокровища в драконьих замках — бред сивого василиска! Точно такой же, как и наша неуемная страсть к принцессам. Это вы, люди, как сороки, тащите в свои жилища все блестящее… Ну а мне-то зачем, сам подумай?

— Ну как, — в недоумении я почесала макушку, — это же золото! Богатство! Жизнь в неге и роскоши… все такое… И вообще, сокровища, наверное, жутко красивые!

Я только сейчас поняла, что вообще смутно представляю себе, как они, эти самые сокровища, должны выглядеть. Жемчуга и каменья? Короны и ожерелья? Все это я видела разве что на картинках… В любом случае, ответа на этот вопрос мне уже не узнать.

— Пошлятина, — проворчал дракон, беспардонно ковыряясь в зубах. — Мы, драконы, аскеты по природе. Мирские излишества нам противны. Все, что необходимо, я беру у торговцев, если кончается пища — добываю в лесу. Ты видишь, как я живу. К чему мне дурацкие безделушки…

В ответ я лишь вздохнула. Может, дракон и прав. Я и сама уже не была уверена, что мне так уж нужны эти сокровища; в конце концов, в ту злополучную минуту, когда я проворачивала ключ в замочной скважине гигантской бронзовой двери с изображением дракона, меня вела не столько жадность, сколько жажда приключений.

— Джалу…

— Умм? — Пока я предавалась философским размышлениям, дракон с видом беженца из голодающего Поволжья подъедал остатки бульона из котелка, обмакивая в него кусочки лепешки.

— Можно вопрос? — набрав полную грудь воздуха, отважно выпалила я.

В конце концов, как говорил какой-то там рыцарь древности: «Делай что должен, и будь что будет». И сейчас я просто обязана была выведать все секреты дракона — ну, если не все, то хотя бы самые секретные, иначе собственное любопытство грозилось предать меня анафеме. А уж что будет после…

Заметив, как с недовольным видом Джалу отстраняет котелок и хищно щурится в мою сторону, я напряглась. Ой, что будет…

Дракон вытер рот, с грохотом закинул ноги на стол, умудряясь каким-то образом не упасть, балансируя на тонких ножках стула, медленно произнес, лениво растягивая слова: