Искупление (ЛП) - Дарховер Дж. М. - Страница 105

– А я терпеть не могу, когда ты зачесываешь так волосы.

Кармин посмотрел на свое отражение в зеркало заднего вида. Коррадо предпочитал, чтобы они были опрятными и аккуратными, но ему самому это тоже не нравилось.

– Я похож на своего отц…

Кармин крепко сжал пальцами руль, не сумев произнести всей фразы целиком. Прошло уже четыре месяца, около шести недель, больше ста двадцати дней, а рана причиняла столь же сильную боль, как и в тот роковой вечер. Порой, закрывая глаза, он вновь видел случившееся, снова переживая тот момент, когда его отец сделал свой последний вдох.

Иногда воспоминания накатывали на Кармина с такой силой, что он едва мог дышать; боль была настолько сильной, что ему казалось, будто пули изрешетили его собственную грудь.

Хейвен поглаживала его шею, пока он сосредоточился на дороге, пытаясь взять себя в руки.

– Означает ли свадьба то, что я могу попросить все, что пожелаю? – спросила Хейвен, отвлекая Кармина от тяжелых мыслей.

Кармин нахмурился.

– Что?

– Когда кто-то женится, ты можешь попросить босса мафии об одолжении, и он не может тебе отказать. Это правда?

Кармину потребовалось несколько мгновений на то, чтобы осмыслить ее слова. Он рассмеялся.

– Посмотрела «Крестного отца»?

Хейвен покраснела.

– Нет.

– В любом случае, это неправда, – ответил Кармин, качая головой. – Говорят, в день свадьбы своей дочери босс не может никому отказать, но это чушь.

– О, – пробормотала Хейвен.

– О чем бы ты попросила? – спросил Кармин с любопытством. – Если бы кто-то мог исполнить любое твое желание, о чем бы ты попросила?

– Я не знаю. А ты?

– Я счастлив, – ответил Кармин. – Никто, в действительности, не может мне больше ничего дать.

Хейвен с удивлением посмотрела на Кармина.

– Вообще-то, может. На самом деле, именно об этом я и попросила бы.

– О чем?

– О твоей свободе.

Кармин не сразу нашелся с ответом.

– Жаль, что в действительности все не так.

– Да, жаль.

Спустя несколько минут они подъехали к ресторану. Кармин провел Хейвен внутрь и сразу же заметил своего дядю, который сидел за столиком в задней части зала вместе с Селией. Их окружало множество мужчин, которые защищали их словно огромный человеческий щит, однако Селии удалось заметить их даже через толпу. Она помахала им, и это движение привлекло внимание Коррадо. Он поднял голову, когда они подошли; его лицо было лишено всяческих эмоций, но Кармин увидел в его глазах раздражение.

– Встали, – строго сказал он двум мужчинам, сидевшим за столиком напротив него. Отодвинувшись от стола, они моментально поднялись на ноги. Коррадо указал на освободившиеся места. – Присаживайтесь.

Хейвен немедленно заняла свое место за столом, с беспокойством смотря на Кармина. Он улыбнулся ей, пытаясь тем самым подбодрить ее, однако на деле он нервничал не меньше нее.

– Ты опоздал, – сказал Коррадо, сердито смотря на Кармина.

Кармин посмотрел на свои часы: пять минут девятого.

– Полагаю, так и есть.

– Полагаешь?

– Да, – ответил Кармин. – Я пытался приехать вовремя, но…

– Но ничего, – резко перебил его Коррадо. Кармин моментально замолчал, отметив, что несколько человек, находившихся рядом с ними, так же притихли, смотря в их сторону. – Для опозданий не существует оправданий.

– Я знаю, я просто хочу сказать…

– Я знаю, что ты хочешь сказать, Кармин, – вновь перебил его Коррадо. – И я говорю тебе, что оправданий не существует.

– Да, и я…

– Он сожалеет, – выпалила Хейвен.

Коррадо пристально посмотрел на нее, выражение его лица было абсолютно нечитаемым.

– Правда?

Хейвен нерешительно кивнула.

– Да, сэр.

– Ну, хоть что-то.

Воцарившаяся за столом атмосфера становилась все более и более напряженной, пока Коррадо продолжал внимательно на них смотреть. Хейвен было совершенно очевидно не по себе, отчего Кармин волновался еще больше. Спустя мгновение Селия вздохнула и, покачав головой, развернулась к своему мужу.

– Если ты закончил подавлять всех вокруг своим авторитетом, то я бы с радостью поужинала.

Оторвавшись, наконец, от Кармина, Коррадо перевел взгляд на Селию.

– Я никого не подавляю своим авторитетом.

– Именно этим ты и занимаешься, – сказала Селия. – Ты всего лишь большой тиран. Ты ведешь себя так, словно он бесцеремонно проигнорировал назначенное время. Он опоздал всего лишь на несколько минут, в этом нет ничего страшного.

– В этот раз, – возразил Коррадо. – Возможно, сейчас несколько минут не играют никакой роли, но при других обстоятельствах пять минут могут стать вопросом жизни и смерти.

– Вот именно, при других обстоятельствах. Не при текущих, поэтому дай мальчику передохнуть.

– Он не мальчик, Селия, – сказал Коррадо, слегка помрачнев.

– Мальчик, – не согласилась Селия. – И мой племянник.

– Он мой «солдат».

– Моим племянником он стал раньше.

– Это неважно. Теперь он мой навеки.

Кармин замер, почувствовав дурное ощущение, когда Коррадо произнес эти слова. Он был свидетелем множества смехотворных разговоров в своей жизни, но зрелище того, как они спорят из-за него, казалось более чем необычным.

Отодвинувшись от стола, Селия поднялась на ноги.

– Мне нужно в уборную.

Коррадо покачал головой, когда она демонстративно удалилась. Сидевший слева от него младший босс похлопал его по плечу.

– О, chi non ha moglie non ha padrone.

Кармин усмехнулся, услышав эти слова, в то время как Коррадо натянуто улыбнулся. Он был в ярости от того, что Селия оспаривала его слова перед его собственными людьми. Он взял стоявший перед ним бокал и сделал глоток, тогда как Хейвен наклонилась к Кармину.

– Что он сказал? – прошептала она едва слышно, но Коррадо все равно услышал ее.

Поставив бокал на стол, он ответил на вопрос Хейвен, опережая Кармина.

– Он сказал, что мужчина без жены – все равно, что человек без хозяина.

Хейвен напряглась.

– О.

– Я забыл, что ты не говоришь по-итальянски, – сказал Коррадо. – Ты когда-нибудь рассматривала возможность выучить язык?

Хейвен побледнела, оказавшись в центре всеобщего внимания, все взгляды были устремлены на нее. Большинство людей из организации уже знали о том, кем она была, несмотря на то, что всего лишь некоторые из них видели ее вживую. Они были заинтригованы. Кармин понимал их любопытство, но это вовсе не означало того, что его раздражение уменьшилось.

– Да, – ответила Хейвен. – Я узнала некоторые слова.

– От Кармина?

Хейвен перевела взгляд на Кармина, и его моментально охватила тревога, когда он увидел панику в ее глазах. Она изо всех сил пыталась сохранять внешнее спокойствие, несмотря на царившее в ее душе смятение.

– Да, он немного научил меня.

– Полагаю, в таком случае ты знаешь только плохие слова, – сказал Коррадо.

Хейвен кивнула.

– И еще несколько других слов.

– Например?

Хейвен вновь посмотрела на Кармина, будто бы в надежде на то, что он спасет ее, но он не мог ей помочь. Если он попытается, Коррадо остановит его.

Поняв, что он не собирается ничего говорить, Хейвен развернулась к Коррадо, теребя под столом ногти.

– Например, ti amo и sempre.

– Что еще?

– Ciao. Buongiorno. Grazie. Prego, – произношение Хейвен было правильным. Слова были простыми, но это было лучше, чем ничего. – Еще, гм, vaffanculo?

Собравшиеся за столом не сводили взгляда с Хейвен, воцарившаяся тишина необъяснимым образом стала еще более неловкой.

Спустя мгновение – которое, казалось, длилось целый час – выражение лица Коррадо смягчилось, на его губах появилась улыбка. Он рассмеялся – искренне рассмеялся.

– Это было нецензурное слово.

– О, – Хейвен сильно покраснела. – Кармин часто его использует.

– Меня это нисколько не удивляет.

Перемена в настроении босса сказалась и на остальных – за столом возобновилась тихая беседа, когда все вновь расслабились. Царившая в зале атмосфера перестала быть напряженной, Хейвен расслабилась вместе с остальными. Когда Селия вернулась за столик, они с Коррадо спокойно начали что-то шептать друг другу. Наблюдая за ними, Кармин отметил очевидное притяжение, царившее между ними. Несмотря ни на что – невзирая на борьбу, жесткость и откровенное дерьмо, которые порой врывались в их совместную жизнь – они были счастливы вместе. Они любили друг друга, и это была та любовь, благодаря которой они преодолели все преграды. До тех пор, пока они будут хранить эту любовь, ничто не сможет их разлучить.