Приключения Муна и Короля призраков - Жуковин Михаил Валерьевич - Страница 62

Мун вышел на поляну, где располагались пруды. На него, как он и думал, никто не обратил внимание. Тут перед ним возникло странное насекомое. Оно не двигалось. Только лишь за счет того, что невероятно быстро работали его малюсенькие крылышки. Насекомое весело висело перед носом. Мун хотел дотронуться до него, но лишь палец прикоснулся к парящему призраку, тот превратился в туман и отправился наверх. Мун проследил путь странного зверя, и увидел, что над поляной таких насекомых призраков уже тысячи.

Они зависли над прудами, размахивая крылышками, и не двигались. Вдруг привычная мгла купола чуть-чуть приоткрылась, и Мун увидел луну. Ту самую, которой иногда получалось любоваться с мамой через окно, когда на деревню опускалась ночь. От неожиданности мальчик сел на колени и, не моргая, смотрел на то, что связывало его с мамой и прежней жизнью…

Луна узким лучом подсветила насекомых, и они превратились в переплетение радуг. «Те самые», – выдохнул про себя Мун. Он видел сейчас те самые лунные радуги, что начинались у пруда, в котором они грелись с Пятым.

По многочисленным, переплетающимся радугам над прудами текли и шли призраки в самых разных обличиях: и зверей, и туманов. Летели птицы. Исполняли пируэты, словно в танце, тощие змеи. Мягко мерцали летящие огоньки, и было совершенно непонятно, что это. Вдоль одной из радуг тянулась призрачная ветвь с зелеными листьями. Она то превращалась в туман, то становилась еще гуще и продолжала плестись вокруг радуги.

Мун не мог оторваться от всего великолепия, что дарил его глазам Лес. Мальчик не верил, что в этом ужасном месте может быть что-то столь прекрасное. Он готов был наслаждаться, стоя на коленях, целую вечность, тем, что окружало его, однако тут его пронзили слова гиены: «Ищи его рядом с луной». Король призраков… Он где-то рядом! Луна могла в любой момент скрыться за набегавшими на неё облаками, поэтому сейчас нужно было нестись, что есть мочи, в ее направлении. Мальчик вздохнул и побежал прочь с поляны, крепко сжимая палку.

Он мчался, не боясь наткнуться на дерево: снова вокруг окружали лишь стволы. Он несся и боялся только, что скроется луна – его проводник к самому могущественному призраку. Лишь этот зверь имел власть помочь Муну. Бесконечные сугробы, провалы, возвышенности, падения… Скоро всё стало нипочем. Мун бежал и лишь изредка глядел на луну, которая, к счастью, не спешила пропадать.

Глава 38

Король призраков

Впереди показалось странное, толстенное дерево, намного ниже исполинов. Мун обогнул его и очутился у края пропасти. Всё. Дальше двигаться было некуда.

Луна была рядом. Круглая, желтая, она висела над черной пропастью, даже не окруженная серым куполом тумана. Она замерла над темнотой, которую не могла осветить, а вокруг мерцали звезды, и небо оставалось чистым, темно-синим.

Сердце Муна яростно забилось и перестало принадлежать мальчику, оттого что тот не понимал, что дальше делать, и одновременно от восхищения красотой, что замерла перед ним. Чувства мальчика смешались воедино, он даже не пытался понять, что сейчас хочет сотворить. Он будто бы растворился над пропастью и улетел куда-то к луне, оставив всё тут, у кусочка припорошенной снегом скалы. А чувства будто бы разлились, пропала и скорбь, и гнев и все остальные эмоции. Смешанный клубок души уже не мог быть распутан. Наверное, это и привлекло зверя, незаметно подкравшегося к Муну сзади.

– Ты же знаешь, что я разорву тебя на части. Зачем ты пришел? – раздался хриплый низкий голос.

В одно мгновение Муна охватил смертельный ужас. Он развернулся и увидел перед собой волка, огромного, с белой шкурой и короной на голове. Корона была золотая, зубчатая, с громадными цветными драгоценными камнями. Легенды не врали – взгляд волка было самое страшное, что Мун видел в жизни. Человеческий, пронизывающий насквозь, и сразу же повергающий. Мун упал на колени. Палка сама выпала из дрожащей, ни на что сейчас не годной руки. И все же Король задал вопрос. Надо было ответить. Кое-как справившись с телом, Мун прошептал:

– Ты мне нужен, чтобы найти маму и подругу. Можешь помочь мне?

Волк не стал отвечать. Он мгновенно обратился в туман и влетел в Муна.

– Ты внутри?! Что тебе от меня надо?! – прокричал Мун. Моментально побледнело все тело. Стало трудно дышать. Воздух мальчик глотал, как рыба. Затем он стал перекатываться по утесу и мечтал, чтобы голову его разорвало, поскольку ужас, её терзавший, был непереносим. Нет, это были не конкретные страшные мысли. Волк истязал неосознанным страхом, и это причиняло нестерпимые страдания. Сердце билось, как сумасшедшее. Мун уже не мог управлять телом и лишь бескровными губами произнес едва слышно:

– Остановись…

Волк медленно «вытек» из мальчика, принял образ зверя и подошёл вплотную к тяжело дышавшему Муну.

– Ты знал, что так будет. Зачем ты искал меня?

– Ты должен помочь мне… или я тебя убью… – еле произнес мальчик.

Волка, казалось, слова Муна не удивили. Он подошел к краю обрыва и вонзил взгляд в луну. Мальчик тем временем восстанавливал дыхание.

– Ты странен, – произнес волк. – Ты непонятен мне до конца, хотя твоя душа уже мечтает покориться мне, лишь бы уберечься от мук. Так почему я тебе должен помогать, и как ты меня убьешь?

– Ты должен мне помочь, потому что больше никто не может!

– Я ничего тебе не должен.

– Какой же ты Король, если не помогаешь, когда кроме тебя никто помочь не может! Зачем тебе тогда твое могущество?! – сказал Мун отчаянно, уже не думая, что за такие слова может с ним сделать волк. Зверь промолчал и снова устремил взгляд на луну.

– Как ты хочешь меня убить? Этой палкой? – неожиданно произнес волк.

– Да… Мне хоть и говорили, что твоя шкура крепче любой стали, но у меня нет выбора. – Мун решил, что лучше выкладывать всё начистоту, разговаривая с существом, которое видит тебя насквозь.

– Прощай, человек. Ты слишком слаб. Сейчас ты обратишься в ничто. – сказал волк глухо, разевая страшную пасть с безупречно острыми клыками.

– Подожди! – воскликнул уже бледный, слившийся со снегом Мун. – Я. я… очень хочу послушать твою песню… Я слышал ее однажды… Сердце каменело…

– Ты услышишь её, если хочешь, только моя песнь разорвет твоё сердце от страха. Не боишься?

– Нет, она просто… прекрасна… Я хотел Вам сказать, что мы люди, конечно, ничтожны по сравнению с Вами, но есть удивительная черта в нас… Мы можем совмещать несколько чувств… Смеяться от страха, плакать от счастья… если мне все равно уготована смерть, я хочу умереть слушая Вашу мелодию…

Волк опустился на утес. Закрыл глаза и глухо произнес:

– Есть у меня общее с людьми. Никакому призраку это не дано. Когда я вижу прекрасное, моя душа поет.

Он повернул голову к луне и завыл. Точнее, запел. И Мун не кривил душой, говоря, что песнь волка прекрасна. Это была самая завораживающая мелодия, но в душу мальчика она вносила ужас. Все больше и больше, с каждым мгновением; и как всегда времени на осуществление плана оставалось все меньше. А план был прост. Трясущимися от страха руками Мун взял палку; выронил ее; с еще большим трудом поднял её. Теперь надо было подойти к волку, благо тот смотрел на луну и мальчика не видел. Вставая и падая, так как не слушались ноги, роняя несколько раз свое орудие, Мун, наконец, подошел к призраку. Сердце билось уже с такой силой, что способно было вот-вот прорвать грудную клетку. Последние секунды оставались до потери сознания. Мун занес палку над непробиваемой шкурой… волк, не замечая мальчика, продолжал выть свою песню… В одно мгновение измученный Мун, налетев на зверя, всадил палку в открытую пасть поющего зверя.

Вряд ли внутренности волка были такими же непробиваемыми, как и шкура – так думал Мун, это была его последняя надежда. Волк замолчал и опустил голову на снег. Мун лежал рядом, обессиленный и измученный. Наконец, зверь открыл глаза. Спокойным взглядом он посмотрел на Муна. Мальчик взглянул с трудом в глаза призраку. Волк выплюнул палку: она была вся красной. Затем начал кашлять с кровью. Мун и не предполагал, что у призрака может быть кровь. Волк кашлял и кашлял, и кровь постепенно заполнила окружающий соперников снег.