Пылающие небеса (ЛП) - Томас Шерри - Страница 18

Но все равно кровь бешено мчалась по венам, будто после полного пробега по стадиону.

Тит поднял взгляд и увидел отражение Фэрфакс в маленьком зеркале на двери. Она стояла к нему спиной, обнаженная сверху до пижамных штанов, и, опустив голову, пыталась справиться с обвязкой. Изгиб ее тонкой шеи, гладкость спины, сужающейся к талии… Тит тряхнул головой и уставился на пустой стул.

Спустя, кажется, целую вечность – вечность, за которую он успел позабыть о том, что же подумают агенты Атлантиды о его затянувшемся отсутствии, – Фэрфакс спросила:

– А как мне ее завязать?

– Скажи «Serpens caudam mordens». Это простое заклинание, и палочка не нужна.

– Даже в первый раз?

– Да.

– Ладно. – Казалось, слова Тита совсем ее не убедили. – Serpens caudam mordens.

Долгий миг молчания. К этому моменту Тит уже окончательно выучил лирообразные очертания перекладины на спинке стула.

– Serpens caudam mordens, – повторила Фэрфакс. – Не работает.

Времени ждать, пока она научится, не осталось. Тит глубоко вдохнул и повернулся. Теперь она стояла к нему лицом и держала в руках концы ткани, которой обмотала грудь. Тит опустил взгляд: над слишком низкими пижамными штанами резко выделялась талия; впадина пупка была глубокой и идеально круглой.

Принц собирался подойти поближе, но теперь передумал. Оставшись на том же месте, он произнес:

– Serpens caudam mordens.

Ткань заметно натянулась. Фэрфакс приглушенно крякнула.

– Спасибо. Так идеально.

Она еще явно не стала плоской как доска.

– Еще раз, – сказал Тит.

– Нет, не нужно. Я едва могу дышать.

– Уверена, что туго?

– Да, совершенно.

Не следовало этого делать, но он все же вновь уставился на ее пупок. Затем осознал, что творит, и, подняв глаза, увидел, что Фэрфакс залилась румянцем. Она поймала его за разглядыванием.

Тит отвернулся, чтобы в тысячный раз посмотреть на стул:

– Подвигайся и убедись, что она не сползает.

В следующий раз она позвала его, когда уже надела белую рубашку и черные брюки. Как Тит и думал, вещи оказались не по размеру. Нужно будет поработать с несколькими заклинаниями: укоротить рукава рубашки, сделать ее уже в плечах. Посадку брюк необходимо занизить и поднять отвороты на три дюйма – Тит запасся большой одеждой, потому что уменьшать гораздо проще, чем наоборот.

– Если ничего не получится, ты всегда сможешь устроиться портным, – пробормотала Фэрфакс, когда он опустился перед ней на одно колено, проверяя ровность штанин.

– Видела бы ты мое кружево! Тоньше паутины.

Над его головой раздался тихий смех.

– Не знала, что у тебя есть чувство юмора.

– Нечасто, – отозвался Тит с большей прямотой, чем обычно.

Может, ему не нужно будет лгать ей, как всем остальным?

Тит встал. У жилета на спине имелись ремни, которые достаточно просто подтягивались по размеру. В пиджаке нужно было уменьшить пройму, убрать мешковатость в плечах и сузить талию.

Но это еще не конец. К рубашке следовало прикрепить воротничок и повязать галстук. И так как у Фэрфакс такого опыта явно не было, за дело пришлось браться Титу.

Они встали лицом к лицу так близко, что он видел, как бьется жилка на ее шее. Одежда пахла лавандовым саше, которое он положил в шкаф. На кончиках пальцев Тит чувствовал дыхание Фэрфакс.

А когда поправлял галстук, то костяшками задел ее подбородок. Она прикусила нижнюю губу. Что-то дрогнуло у Тита внутри. Его сосредоточенность.

Он отступил на два шага:

– Сейчас достану туфли.

– Сколько же ты отрабатывал портняжные заклинания? – спросила Фэрфакс.

– Сотни часов. – И еще половину этого времени на подгонку обуви. Тит уменьшил кожаные полуботинки до нужного размера и вручил ей шляпу-котелок. – В Англии никогда не ходят без головного убора.

Она сойдет за мальчика? Тит не был полностью в этом уверен. Но он позаботился о том, чтобы все ожидали увидеть Фэрфакса, а не какую-то девушку. А ожидание – сильная штука, особенно если связано с сильной верой.

Фэрфакс поправила шляпу, глядя в зеркало на двери, и внезапно развернулась.

– Что такое?

Она открыла рот, но сдержалась и снова сжала губы:

– Неважно.

Однако Тит знал: она поняла, что он мог видеть ее в зеркале, пока она переодевалась. Они уставились друг на друга. Фэрфакс опустила глаза и опять сосредоточилась на своем отражении.

Принц подошел к окну, чуть-чуть раздвинул шторы и через щелочку огляделся. Облака понемногу рассеивались. Бледные солнечные лучи падали на небольшую поляну рядом с домом. Мальчиков и персонала не было видно – близилось время послеобеденного чая, и, должно быть, все вернулись в дом.

Фэрфакс подошла и встала рядом.

– Перескачи вон за те деревья, – проинструктировал Тит. – Потом заходи через парадную дверь. Я встречу тебя у входа.

Он не хотел терять ее из виду. Но ничего не поделаешь: возвращение Арчера Фэрфакса нужно обставить так, чтобы никто не связал его с исчезновением Иоланты Сибурн. Если принц словно наколдует друга из воздуха, они оба попадут под подозрение агентов Атлантиды.

– А остальные мальчики знают, кто я?

– Когда они услышат, как я зову тебя по имени, то узнают. – Тит повернулся к ней. – Да, то, что ты здесь, моя ошибка. Но, пожалуйста, будь убедительна в роли мальчика – или все мои усилия пойдут прахом.

Взгляд Фэрфакс был одновременно восхищенным и озадаченным.

– Ты очень старательно подготовился.

«Даже не представляешь, насколько».

– И поэтому ты меня не подведешь, – не то приказал, не то взмолился Тит.

* * *

Пансион миссис Долиш оказался старым, добротным и аккуратным кирпичным домом. И из южного его окна на втором этаже за Иолантой наблюдал принц.

Наблюдал ли он и за тем, как она разделась почти догола? Ей померещилось, или он стал смотреть на нее иначе? Подбородок снизу, там, где он нечаянно ее коснулся, при этой мысли снова запылал.

Принц взмахнул рукой в молчаливом приветствии и исчез. Иоланта сразу же почувствовала себя брошенной на произвол судьбы. Когда-то ей казалось ненадежным ее прежнее положение. Она даже не представляла, насколько хорошо ее защищали, какой немыслимой цены это стоило учителю Хейвуду.

Теперь стоит поостеречься, хотя бы для того, чтобы его самопожертвование не оказалось тщетным.

Здесь явно шел дождь – все промокло. На окрестности падал бледный свет. Вдалеке Иоланта заметила здание более величественное, чем остальные. Школа? А дальше, в противоположном направлении, – громадную тень чего-то, напоминавшего приземистый замок.

Кажется, это не город – слишком много деревьев, травы и неба. Но и не отдаленная деревня. Были и другие дома. Где-то неподалеку грохотали повозки, их тянули… Серьезно? Иола сощурилась – да, лошади.

Настоящие лошади, без крыльев или рога на лбу, с копытами, стучащими по мокрой мостовой. Иоланта не могла сдержать улыбку, вспомнив книги с картинками, столь любимые ею в детстве: истории об обыкновенных детях, у которых не было ничего, кроме смекалки, мечей и верных лошадей, сопровождавших их в приключениях.

Повозки были темными и закрытыми, некоторые – с опущенными занавесками. Пешеходы в черных, коричневых и тускло-синих одеждах казались полностью поглощенными своими делами и даже не подозревали, что среди них есть беглец, за которым гонятся лучшие силы величайшей империи на земле.

Эта мысль почти утешала: по крайней мере, никто не обращал на Иоланту ни малейшего внимания.

Порыв ветра едва не сорвал ее шляпу. Надвинув котелок поглубже, Иоланта наконец шагнула вперед. Двигаться в новой одежде было неудобно – слишком много слоев, сдерживающий покрой, неэластичный материал. И без волос голова казалась странно легкой, почти невесомой.

Осторожно, стараясь не выглядеть как чужак, Иоланта прошла на тротуар, и сразу же к ней прицепился чумазый мальчишка неопределенного возраста, размахивающий отпечатанными листами.