Со всей силой страсти - Смит Кэтрин - Страница 26

–  Могу я отнести эту улыбку на свой счет?  – спросил он, как только дверь за ним закрылась.

Сэди улыбнулась еще лучезарнее.

–  Безусловно, дорогой! Не думала увидеть тебя сегодня.

–  Приятная неожиданность, я надеюсь?

–  Еще бы!

Они сошлись в середине комнаты, и Мейсон, помнивший, что через огромное незанавешенное окно любой на улице может увидеть их, легонько чмокнул ее в щеку. Сэди рассчитывала на настоящий долгий поцелуй. Вдруг ему удастся перебить вкус губ Джека?

После того поцелуя с мерзавцем она должна была испытывать чувство вины перед человеком, который так красиво ухаживает за ней, но ощутила только глухое раздражение.

–  Итак.  – Вскинув темные брови, Мейсон оглядел пустую комнату.  – Здесь Достаточно места для легиона твоих приверженцев?

Сэди закатила глаза.

–  Ну, положим, это сильно сказано. Однако лучше было бы, чтобы здесь толпился народ, а вон тот стол всегда был занят. Мне хочется, чтобы клиенты ходили сюда гуртами.

Он решительно кивнул.

–  Так и будет. Ту дальнюю стену без окна надо бы расписать.

У Сэди подпрыгнуло сердце. В обществе работы Мейсона пользовались огромной популярностью, и он требовал за них немалые деньги. Повесить его картину – оригинал!  – у себя на стене уже было удачей, а иметь целую стену расписанную талантливым художником…

–  Мне не по силам расплатиться с тобой,  – беспечно сказала она, и это была правда. У нее не было таких денег.

В его искоса брошенном взгляде сверкнуло изумление и что‑то еще, она не поняла.

–  Я уверен, мы сможем договориться о компенсации в том или ином виде.

Сэди беспечно рассмеялась, но почувствовала холодок беспокойства внутри. Ничего не рассказать ему о Джеке – это обман или нет? Мейсон никогда не спрашивал ее о прошлом и неохотно рассказывал о себе. Они были просто два взрослых человека, которые получали удовольствие от компании друг друга, постепенно сближаясь. Может, не надо все так усложнять?

–  Место для магазина прекрасное,  – продолжил он, явно ощутив ее неловкость. И снова его черные глаза обежали помещение.  – Могу предсказать: здесь твои дела пойдут отлично. Будь уверена!

Его слова приободрили ее.

–  Твоими бы устами…  – Сэди не закончила фразу, потому что он уставился на ее губы. Мейсон обхватил ее за талию рукой и потянул на кухню, где их не смогли бы увидеть прохожие с улицы.

–  Я прямо сейчас собираюсь поцеловать тебя,  – сообщил он о своем намерении с дерзкой усмешкой.

–  А я прямо сейчас собираюсь позволить тебе сделать это,  – улыбнулась она в ответ. А потом Мейсон действительно поцеловал ее, и на какой‑то миг все мысли о том незапланированном поцелуе куда‑то пропали. Рядом с ней был мужчина, которому она нравилась, который уважал ее. Мейсон Блейн относился к типу мужчин, которые не торопились отдавать себя, но уж если делали это, то целиком и полностью. Он не бросит ее, не помчится на край света, чтобы что‑то доказать старому графу, его деду. Он никогда не обзовет ее мошенницей.

Только почему Сэди ничего не почувствовала, почему от его поцелуя ей не захотелось растечься, медленно расплавиться изнутри?

Они отодвинулись друг от друга и продолжили обсуждать ее планы, но эта мысль как заноза засела у нее в голове. Наконец Сэди заговорила:

–  Мейсон, как ты относишься к тому, чем я занимаюсь?

Он в это время обмеривал стену, которую решил расписать. Обернувшись, Мейсон внимательно глянул на девушку через плечо.

–  Ты права в том, что не сомневаешься в своих возможностях.

Это был не тот ответ, который она надеялась услышать, но такой тоже сойдет.

–  Но,  – добавил он, делая короткие записи в блокноте, и холодок пробежал у нее по спине,  – я верю: наша судьба – это то, что мы создаем своими руками. Человеческая природа меняется вне зависимости от пристрастия к разного рода предсказаниям.

Сэди лишь грустно вздохнула. Это что, ее удел – привлекать к себе таких недоверчивых мужчин? Или у них вообще напрочь отсутствует воображение? В их душах нет места романтике, нет веры в то, что для каждого земного существа есть свой, предначертанный свыше путь.

–  Я не просто предсказываю будущее,  – сказала она.  – Иногда я вижу прошлое человека, которого сроду не знала.

Мейсон сунул карандаш с блокнотом в карман.

–  Не сомневаюсь, так и есть.  – Он не пошевелился, но она чувствовала, как Мейсон пожал плечами. Верный знак того, что мужчина решил оставить свое мнение при себе, но не сумел скрыть его полностью.  – Полагаю, ты сегодня работаешь на суаре у мадам Ларю?

Ох черт! Она совсем забыла! Сэди глянула на часы‑брошь, приколотые на груди. Если сейчас она бросит все, у нее будет время заехать к драпировщику и в посудную лавку, а потом заскочить домой, чтобы переодеться к вечеру.

–  Эй, очнись!  – В темных глазах Мейсона мелькнуло удивление, и ей расхотелось обижаться на него.

Она растерянно улыбнулась.

–  Забыла, представляешь? А еще надо заехать в два места, прежде чем вернусь домой. Ты ведь извинишь меня, правда?

Он взял ее за руку и ласково погладил пальцы. Его рука была теплой, а прикосновение мягким.

–  При условии, что сегодня ты позволишь мне сопровождать тебя в Сейнтс‑Роу.  – Мейсон ласково прижал ее к себе.

Сэди уклончиво улыбнулась, пытаясь заглушить внутренний голос, который напомнил о неверных женах.

–  Ну, разумеется. Я буду готова к восьми.

–  Отлично. Я так понял, что знаменитый Джек Фрайди тоже приедет туда. Рассчитываю с ним познакомиться.

У нее внезапно пересохло во рту.

–  Зачем тебе это нужно?  – еле проскрипела она. Сердце бешено застучало, хотя Мейсон никак не мог узнать про нее и Джека.

–  Он выказал интерес к моим работам. Надеюсь, закажет что‑нибудь.

–  По‑моему, мистер Фрайди не задержится в Лондоне. И почему она вовремя не сообразила, что Джек непременно будет присутствовать у Виенны? Надо придумать какой‑нибудь повод, чтобы не ехать туда. От мысли, что ей придется знакомить Мейсона с мужем, у нее похолодело внутри.

–  Тогда, может, он купит готовую работу. У меня есть пара портретов, для которых ты позировала. Ты вроде говорила, что не станешь возражать, если я их продам.

Сэди принужденно улыбнулась.

–  Конечно, нет.

Ей не хватило смелости предупредить, чтобы он не очень‑то надеялся: Джек купит ее портрет не раньше, чем она погадает ему. А такое разве возможно?

Никогда!

Когда в тот вечер Фрайди переступил порог Сейнтс‑Роу, все головы повернулись в его сторону. Его краткое пребывание в Лондоне произвело эффект разорвавшейся бомбы. Помимо его желания к нему приклеилась репутация человека, умеющего делать деньги. Это означало, что деловые джентльмены кинулись искать с ним знакомства, а дамы, оценив его обходительность и готовность флиртовать, с готовностью демонстрировали ему свое расположение. Так что Джек мог испытывать вполне понятную гордость за внимание, которое вызывали его личные достоинства. Если бы эти люди узнали, кем он является на самом деле, они все равно бросились бы лебезить и заискивать перед ним. Какое же в этом удовольствие?

Но была одна особа, которая знала о нем всю правду. И что? Чихать она хотела на него! Он мог бы быть хоть царем Персии, а Сэди все равно смотрела бы на него как на пустое место.

Можно было бы соврать самому себе и сказать, что предвкушение от встречи с ней не имеет никакого отношения к его появлению здесь. Только зачем себя обманывать? Помимо того что было у них в прошлом, имелось нечто, что по‑прежнему влекло его к ней. Ее ведь тоже тянуло к нему, как опытный мужчина он не мог не замечать этого. Джек хотел ее, прекрасно понимая, что им лучше держаться подальше друг от друга.

Такому разброду мыслей не было рационального объяснения, поэтому, по крайней мере, сегодня, он не станет предпринимать никаких шагов ради их сближения.

Он тщательно подготовился к выходу в свет. Вечерний костюм сидел на нем как влитой. В отличие от других светских мужчин Джек мог гордиться своим телосложением – благодаря тяжелому физическому труду. Он не шел, а нес себя. Этому помогал высокий рост. Подбородок был гладко выбрит, густые волосы – тщательно расчесаны.