Драконий Оборотень (СИ) - Витушко Евгения - Страница 44

— Что? — не выдержала я, в конце концов.

Оборотень с несколько наигранным удивлением глянул на меня.

— Ничего… — спокойно ответил он, рассеянно пожимая плечами, но я продолжала вопросительно на него смотреть. Зная, что отделаться от меня теперь будет не так-то легко, Сев, в конце концов, сдался.

— Я, конечно, понимаю, — негромко сказал он после некоторого молчания. — Кто старое помянет — тому глаз вон. Но все-таки… Что тебе понадобилось посреди ночи на озере?

Почувствовав себя неожиданно неуютно, я неуверенно замялась. Сказать бы ему правду, но как?

«Знаешь, я тут иногда превращаюсь леший знает во что…»

— Ты перекидывалась?

— Что?.. — не ожидавшая такой прямолинейности, я вскинула на дарга удивленный взгляд. Данное им простое и емкое определение непривычно резануло слух — до сих пор его применяли исключительно по отношению к оборотням. Хотя, собственно, почему бы и не ко мне?.. Оборотень я — оборотень и есть.

— Ты перекидывалась? — спокойно повторил Сев, по-прежнему не повышая голоса.

— Ну… да, — сдалась я, наконец. — Как ты догадался?

— Видел следы на песке после драки с гворкасом. Вот и сложил вместе два и два.

Он помолчал, потом с интересом спросил:

— И как ощущения?

Я немного замешкалась, подбирая слова.

— Странные… Сначала легкая ломота в суставах, которая усиливается по мере трансформации. Потом, когда… хм, перекидываешься, все проходит. Тело становится гибким и пластичным, необычайно сильным. Ну, а после, когда все заканчивается, остается только усталость.

— Угу, — задумчиво кивнул оборотень. — И пить хочется.

— Да, бывает, — рассеянно подтвердила я. И тут же спохватилась. — А откуда ты знаешь?!

Оборотень поджал губы, бросив на меня саркастический взгляд.

— Ты не поверишь…

Я, наконец, сообразила, что именно спросила. И у кого.

Мы дружно прыснули со смеху. Грейн и Хират, не слышавшие всего разговора, посмотрели на нас обоих, как на ненормальных.

— Да уж, два сапога — пара, — отсмеявшись, заметил Сев. — Только знаешь, что? Больше так не сбегай от меня. Хватит судьбу испытывать. Если уж надо тебе будет сменить ипостась — скажи. Я могу тебя посторожить.

— Не хочу, чтобы кто-нибудь видел меня такой, — я упрямо покачала головой.

— Да я ведь могу и не смотреть, — спокойно пожал плечами оборотень. — Хотя, с другой стороны, ты ведь меня видела. И я, заметь, не возражал.

— Поживем — увидим, — уклончиво пообещала я.

Глава 11

Еще немного о триединых

Уже на закате мы добрались до небольшого местечка, обозначенного на нашем маршруте не иначе, как Малые Росны. Не знаю, что хотели сказать этим его отцы-основатели, учитывая, что Больших Росн нигде на карте, сколько ни старалась, я так и не обнаружила. Солнце мягко золотило прощальными лучами аккуратные беленые стены домов, мимо которых мы проезжали. Невысокие заборы огораживали чистые просторные дворики, откуда бдительные шарики и трезоры добросовестно облаивали незнакомых всадников. Тут и там, в приоткрытую дверь или из-за занавесок, то и дело мелькал чей-нибудь любопытный глаз, однако выходить и открыто пялиться на нас никто не стал. Видимо, проезжие были здесь не такой уж и редкостью.

На дальнем краю местечковой площади мы обнаружили, наконец, искомое — небольшую корчму, явно пережившую не так давно ремонт, и гостеприимно сверкающую по этому поводу свежей краской. Рядом с корчмой темнела некрашеными боками куда более потрепанная, однако просторная и чистая конюшня. Определив на постой лошадей, мы толпой вошли в корчму и расселись вокруг стола в дальнем углу зала. Помещение было чистое, светлое, свежие опилки на полу до сих пор пахли хвоей. В углу зала, возле кадки с водой, на сосновом табурете сладко спал огромный дымчато-серый кот. Объемистое лоснящееся брюхо было выставлено на всеобщее обозрение, толстые лапы раскинуты в стороны, голова завернута под невообразимым углом, пасть приоткрыта, демонстрируя выглядывающий меж зубов бледно-розовый язык. Если бы ни то и дело подрагивающий во сне длинный и пушистый, словно у зимней белки, хвост, можно было бы подумать, что бедное животное отдало Богу душу, не выдержав тягот систематического обжорства.

Несколько посетителей за соседними столами поглядывали на нас с любопытством, но без назойливости. Видимо, видеть эльфов им было не впервой. Я мысленно вознесла молитву, чтобы на этот раз саттенгиров ни у кого не оказалось. Лысеющий краснолицый корчмарь поначалу лишь мельком глянул на нас из дверей кухни, однако вскоре вышел оттуда, на ходу вытирая руки большим полотенцем, и подошел к нам.

— Ужин и комнаты, — кратко проинформировал его Сев и многозначительно обернулся к Грейну. После короткого, но выразительного обмена взглядами тот хмуро выложил на стол один из оставшихся у него перстней в качестве оплаты за вышеназванное. Корчмарь обозрел его без особого интереса и пожал плечами.

— Ужин — пожалуйста. А вот комнат, извиняйте, нету. Не достроили еще. Разве что конюшню могу предложить, если хотите. Там тепло и чисто.

— Да, мы заметили, — вежливо отозвался дарг. — Что ж, конюшня нас устроит.

Корчмарь кивнул в ответ, подтверждая сделку, и принял у нас заказ. Пока мы ожидали ужина, я решила воспользоваться моментом и переговорить с хозяином наедине. Тихо выскользнув из-за стола, я подошла к стойке, где тот как раз возился с пивным бочонком, и вежливо поздоровалась.

— Простите, где бы я могла найти в вашем селении травника? Или знахаря?

Корчмарь посмотрел на меня с интересом.

— А ты что ж, девица, захворала?

— Нет. Но у меня есть кое-что, что его наверняка заинтересует.

Честно говоря, я очень рассчитывала на то, что мне удастся сбыть местному травнику добытый в лесу змеекорень. Сумрачный вид Грейна, медленно, но неуклонно лишавшегося столь милых его сердцу побрякушек, навевал на меня меланхолию.

— Травки, что ль? — без особого интереса спросил корчмарь.

Я молча кивнула, не желая вдаваться в подробности.

— Где я могу его найти? — снова спросила я.

— А ты не ищи, — отозвался вдруг хозяин. — Он скоро сам сюда придет, как пить дать. Почитай, уже три месяца каждый вечер тут бывает. Только ты, как придет, долго не жди — сразу о деле говори. Пока он еще трезвый.

— А что, травник много пьет? — удивилась я. Насколько мне было известно, обычно эта братия не слишком-то симпатизировала зеленому змию.

— Кони пьют, — пожал плечами корчмарь. — А травник так за воротник заливает, что и смотреть завидно. И ведь главное-то что? Всегда уходит на своих двоих!

Он протер полотенцем стойку и сочувственно добавил:

— Душевная трам…травма у него, вон чего.

— Что у него? — не поняла я.

Будучи по долгу службы в курсе всех местных сплетен и новостей, наш хозяин был вполне готов поделиться ими со свежим слушателем. Не прошло и пяти минут, как я уже была в курсе всех основных событий жизни местного травника. Оказалось, что всего за один прошедший год ему довелось дважды пережить горечь тяжелой утраты. Примерно полгода назад он лишился своей горячо любимой жены, а всего три месяца спустя — еще и не менее любимой дочери.

— Болезнь? — без особого интереса спросила я, уже украдкой поглядывая в сторону своих спутников и размышляя о том, как бы так поделикатнее смыться от словоохотливого корчмаря.

— Неа. Нечисть, — мрачно огорошил ответом корчмарь. — Давненько у нас тут лютует. Сначала жену его загрызла, потом дочку утащила. От дочки, вона, только кусочек платьица и остался, даже хоронить нечего было… Жаль, хорошая девка была. Красавица.

После подобного заявления я резко перестала коситься на оборотней и вся обратилась в слух. Если верить рассказчику, это несчастье окончательно доконало беднягу-травника, однако методичные попытки напиться и забыться до сих пор заканчивались провалом. Тем не менее, травник, похоже, не терял надежды, продолжая исправно посещать корчму и принимать вовнутрь лошадиные дозы спиртного.