Драконий Оборотень (СИ) - Витушко Евгения - Страница 31

Рыжеволосый оборотень методично обходил помещение, собирая и возвращая на привычные места в браслетах свои маленькие метательные звездочки.

— Знаешь, Сев, ты бы людьми так не швырялся, что ли? А то грубовато как-то выходит. Не спортивно.

Грейн задумчиво обозрел пару торчащих в оконном проеме сапог. Сапоги признаков активности не подавали.

— Эй, сапоги никому не нужны?.. Жаль, размер не мой.

— Мародерство — плохая привычка, — мимоходом напомнил ему неслышно появившийся в дверном проеме Хират. Я и не заметила, когда он успел выйти на улицу. И добавил, обращаясь к Севу. — Да, ты прав, стража тут не ходит. На улице чисто, хотя шумели мы прилично… особенно, ты сам.

Я вспомнила, что, по словам Грейна, Сев вспылил из-за того, что я пострадала, и благодарно оглянулась было на него… однако среброволосого оборотня уже и след простыл. Судя по бряцанью посуды на кухне и невнятным переговорам с засевшим там корчмарем, мое самочувствие в данный момент его не слишком-то беспокоило. Я даже почувствовала некоторое разочарование. Романтический ореол вокруг прекрасного спасителя несколько расплылся и потускнел… возможно, потому, что голова неудержимо кружилась, а ноги уже почти не слушались.

Через пару минут Сев, наконец, вернулся — с миской теплой воды и чистым полотенцем — и, не говоря ни слова, принялся еще раз внимательно осматривать мою голову, которой я так до сих пор и не занялась. Укоризненно покачав головой по этому поводу, он усадил меня на единственный уцелевший табурет и так же молча принялся промывать рану. Я послушно подставляла саднящий лоб, удивляясь про себя тому, какими осторожными и бережными могут быть руки, способные при необходимости вышвырнуть в окно здоровенного пьяного мужика.

— Мне почему-то казалось, что ты целительница, — заметил он, в конце концов, внимательно осматривая промытую ссадину на предмет заноз. — Разве ты не можешь залечить это каким-нибудь заклинанием?

— Для этого я сейчас слишком плохо себя чувствую, — слабым голосом ответила я, для пущей правдоподобности страдальчески закатывая глаза. — Не забудь, мне ведь пришлось еще и с чародеем сражаться, так что я просто совершенно ослабела.

Это была почти чистая правда, чувствовала я себя и впрямь довольно неважно. Ну, и кроме того, Сев в качестве сестры милосердия меня сейчас более чем устраивал.

— Ну да… — негромко пробормотал оборотень, накладывая повязку. — Я почему-то так и подумал…

Однако поглядывал он на меня при этом как-то странно, словно пряча в уголках губ затаившуюся улыбку.

Глава 8

Первая схватка

Верховая езда хороша в небольших количествах. Час-два утренней прогулки — несомненное удовольствие. Целый день трястись в седле по малолюдному тракту — нечто прямо противоположное. По крайней мере, именно так думала я утром следующего дня, когда Тилльх со всеми его яркими впечатлениями остался позади. Вчерашняя шумная потасовка, к всеобщему нашему облегчению, никаких неприятных отголосков, в виже городской стражи, не имела, и потому, проведя спокойную ночь на постоялом дворе и залечив поутру ссадины, на рассвете мы без помех смогли двинуться дальше. Честно говоря, на мой взгляд, Сев мог бы дать нам всем и подольше поспать, о чем я ему так прямо и сказала, когда городские стены уже скрылись за ближайшим холмом.

Оборотень, тем не менее, увильнул от прямого ответа. Как обычно.

— Я вот тут задаюсь вопросом, — вместо этого сказал он. — Что за чародея ты вчера так заботливо спеленала в трактире? Случайная жертва или давний знакомый?

— Адепт, — фыркнула я беззаботно. — Некромант. Подозреваю, что он просто обознался, приняв меня за какую-нибудь нечисть. Жаль, что не удалось проучить его как следует.

— Меня вот, что интересует, — задумчиво проговорил дарг, явно что-то прикидывая в уме. — Вот ты, как студентка, скажи — не сумев обезвредить нечисть, побежишь жаловаться на нее руководству Школы или постараешься сохранить остатки собственного достоинства и замнешь эту историю, надеясь, что эту пакость найдет и обезвредит кто-нибудь другой?

Я честно задумалась. Вопрос был действительно сложный. Возможно, парень, возрадовавшись счастливому избавлению, просто осел в какой-нибудь другой пивной и там воздал себе по заслугам за доблестно выдержанный бой. И сейчас отсыпается где-нибудь на лавке в уголке. А может быть, совести в нем все-таки оказалось больше, чем самолюбия, и тогда он просто обязан был отправиться в городской магистрат и сообщить об обнаруженном активном экземпляре нежити, не подпадающей под общеизвестную классификацию. Если он отправился туда прямиком из трактира, то Магистериум в Ренвине получил бы его сообщение не позже, чем через пару-тройку часов. Еще пара часов на координирование действий Егерей, идущих пока (как мы надеялись) по ложному следу… Я попыталась вспомнить в подробностях вчерашнего адепта и определить, к какому типу студентов он относится — к совестливому или не очень. Перед глазами всплыло худое бледное лицо с покрасневшими от частого недосыпа глазами. Отчего-то легче его было представить недосыпающим в окружении потрепанных книг, чем кувшина вина и хорошей закуски. Похоже, на юношеское разгильдяйство здесь рассчитывать особо не приходилось.

— Так ты тоже думаешь, что мы уже пару часов живем взаймы? — Сев явно внимательно следил за выражением моего лица.

— Ну и формулировочки у тебя, знаешь ли… — недовольно проворчала я в ответ, чувствуя при этом легкий озноб.

Оборотень, однако, не обиделся.

— А ну-ка, прибавьте ходу, — бросил он своим товарищам, принуждая Георда перейти с рыси на галоп. Не слишком дружно, но быстро, мы все последовали его примеру.

И очень вовремя, похоже. Солнце еще не достигло зенита, когда где-то позади нас в воздухе неожиданно возник и разнесся над трактом громкий скрежещущий звук. Словно кто-то медленно раздирал надвое кусок листового железа. Не сговариваясь, мы все одновременно оглянулись.

Позади, меньше чем в полуверсте от нас, воздух над дорогой вдруг задрожал, вспучился гигантским мыльным пузырем и лопнул, являя миру черную, словно сама бездна, сердцевину. Из клубящегося в зияющем разломе мрака на дорогу чернильными пятнами выплеснулись четыре верховые фигуры, закутанные в длинные черные плащи. Лошади под ними, явно не привыкшие к подобному способу передвижения, испуганно всхрапывали и мотали головами. Занятые усмирением своих скакунов, пришельцы на первых порах не обращали на нас никакого внимания. Однако что-то мне подсказывало, что это ненадолго.

— Раздери их леший за хвост вперехлест! — выразительно прокомментировал их появление Грейн, а Сев резко скомандовал:

— Вперед!

Дружно пришпорив лошадей, мы снова бросились прочь по тракту подальше от непрошеных попутчиков. Быстрая реакция дала нам хорошую фору, но усмирившие, наконец, лошадей преследователи скоро сориентировались — и бросились за нами в погоню.

Лихорадочно соображая, что, кроме меня и Грейна, в нашей компании ни у кого нет никакого поражающего на расстоянии оружия, я что было сил погоняла Искру наравне со своими спутниками. Надо сказать, эльфийская кобыла проявила редкостную для себя сообразительность и не артачилась, резво ускоряя шаг в ответ на мои понукания. Мы мчались изо всех сил, и расстояние между нами и нашими преследователями, в конце концов, начало медленно, но неуклонно расти. Чародеи, разумеется, были не в восторге от подобного положения дел, о чем и не замедлили нам сообщить. Мельком оглянувшись на грохот за своей спиной, я заметила позади небольшой фонтан дыма и песка, явно вызванный недолетевшим до цели боевым импульсом. Для того чтобы действительно попасть в кого-нибудь, Егеря были еще слишком далеко. Больше на шум я не оборачивалась, хотя, разумеется, одним выстрелом чародеи не ограничились.

Вскоре я уже потеряла счет трескучим хлопкам за своей спиной, когда следующий взрыв раздался прямо возле задних ног моей Искры, опалив ей при этом бабки. Испуганная кобыла пронзительно заржала и неожиданно встала на дыбы. Я вылетела из седла и, описав дугу, изо всех сил хлопнулась оземь. От удара воздух со свистом покинул грудную клетку, а в глазах потемнело. Последнее, что я четко разглядела, был рыжий хвост моей кобылицы, уносящейся куда-то в сторону леса, синеющего на горизонте по левую сторону от тракта.